Прогулка

Я поехал с ними только потому, что поссорился с Кристинкой - а ссорились мы каждый раз навсегда, настроение было отвратное, к друзьям не хотелось - не хотелось и все, а родители собрались на побережье погулять, да и погода, как назло, стояла прекрасная, надо же как-то убить время, так почему бы и нет?

Раньше мы часто гуляли втроем - пока я был маленький. И не очень-то эти прогулки мне нравились. Скорее, ощущались повинностью. Наш маршрут всегда были одинаковым - по пешеходной улице до тарзан-парка, в котором меня ненадолго отпускали на лазилки, а обратно - по берегу моря до стоянки. Иногда мне покупали мороженое. Иногда заходили в какое-нибудь кафе. Иногда - означало очень редко. Это считалось излишеством, ведь поесть можно дома. У мамы с собой всегда была термокружка с кофе, чтобы не покупать втридорога. После того, как кофе был выпит, кружка тщательно вытряхивалась и заворачивалась в полиэтиленовый пакет - чтобы не испачкать сумку. Я бы никогда до такого не опустился, а папа кофе вообще не пил.

Когда мы впервые приехали сюда с Кристинкой, я сразу накупил всякого вкусного, потом мы еще зашли пообедать, а потом у меня закончились деньги. Но как же это было здорово!

Никогда не буду жить экономно, лучше уж больше работать, мутить какой-нибудь бизнес, например, и позволять себе все, что хочется. Кажется, характер для этого у меня вполне подходящий, осталось только найти бизнес-идею. Ничего, времени впереди больше, чем достаточно.

По дороге я украдкой смотрел на отца, похоже, он окончательно врос в свою старую одежду и не собирался обновлять гардероб, а ведь мужчины его возраста могут выглядеть вполне себе стильно, если не будут носить затрепанный свитер с рубашкой под ним, а допотопные брюки со стрелками сменят на нормальные джинсы. Но убеждать его в чем-либо бесполезно - и так было всегда. А мама, казалось, этого не замечала. Пусть ходит, как хочет. Не хотел бы я стать похожим на него в старости, то есть, тьфу, в преклонном возрасте. Всегда буду одеваться в крутые шмотки и еще никогда не облысею. Уверен, что есть способы, надо просто приложить усилия.

Меня всегда смешило, как тщательно папа выбирает место для парковки, медленно ползет вдоль бордюра, вытянув шею, ищет тот самый неповторимый участок асфальта, потом начинает выкручивать руль то в одну, то в другую сторону, а мы с мамой терпеливо молчим: парковка обычно занимает довольно много времени. Потом папа обязательно обходит машину со всех сторон - и не дай бог она стоит неровно! Тогда он возвращается за руль и все начинается сначала.

Ну вот, приехали мы, бесконечно долго парковались, и наконец вышли из машины. Было солнечно и даже тепло - наконец-то после такой долгой зимы, в этом году чуть ли не до конца апреля подмораживало.
На пешеходной улице было полно людей, все повылезали в такой денек. Сто лет не гулял с родителями. Последний раз, наверное, когда мне было лет тринадцать. Потом пошло-поехало, своя компания, девчонки. Взрослая жизнь.

Мы чинно пошли по улице, забитой магазинчиками и кафешками, и вдруг мама потянула меня за рукав:
-Давай купим кофе? Ты будешь?
Я неуверенно кивнул и она решительно устремилась к ларьку со всякими сладостями. Я только сейчас заметил, что термокружки в ее руках нет.
За прилавком стояла симпатичная девчонка, мама заказала два капучино - себе и мне, и обернулась с улыбкой:
-Хочешь вафлю с шоколадом? Или мороженое? Может, орешки?
-Нет, - возмущенно вскрикнул я, краснея, - ничего я не хочу!

Хотя не отказался бы. Но эта девчонка так насмешливо на меня посмотрела, что я готов был сквозь землю провалиться. Когда они перестанут считать меня ребенком? Да и вообще непривычно, что мне что-то такое предлагают. В нашей семье всегда считалось, что сладкое - вредно и его надо избегать всеми силами.

-Ну ладно, - вздохнула мама. Папа, как всегда, ничего себе не взял. Мы поплелись дальше, я то и дело проверял, не написала ли мне Кристинка, но от нее ничего не было. Упрямая. Главное, сама виновата, наверняка сидит так же с телефоном в руке и ждет. Ладно, я тоже упрямый.

Я привык к тому, что мои родители почти всегда молчат. А если разговаривают, то все о делах, и все каких-то неинтересных. Покупать новый холодильник, или не надо. Лето в этом году обещают жаркое. Овощи опять подорожали.
Помню, раньше мама что-то рассказывала, пытаясь привлечь внимание отца - всякие случаи с работы, какие-то новости, но тот реагировал подчеркнуто вяло. Вот она и перестала, они и дома почти не разговаривали. Телевизор в основном смотрели. Папа - спорт, мама - сериалы. А со мной говорили только о школе, и это называлось "не лезем в твои дела".

-Все-таки хочется чего-то вкусного, - преувеличенно-весело воскликнула мама, бросаясь к очередному ларьку. Продавцом там была пожилая женщина, поэтому я согласился на венскую вафлю. Мама тоже взяла одну. И - о чудо, к нам присоединился папа. Так, жуя фантастически вкусные вафли, мы вышли на берег моря.

Людей там было еще больше - целые толпы, бредущие в обе стороны. Мы влились в этот поток, солнце прямо палило, и люди все были такие нарядные, как будто специально готовились к этому дню. Многие сняли куртки, есть такие, только температура становится чуть выше нуля, сразу раздеваются, как будто всю зиму только этого и ждали. Пара сумасшедших даже разулись и шли босиком по воде. Из кафе, разбросанных по берегу, звучала музыка. Чайки качались на волнах. Хорошо было так идти и ни о чем не думать. Только я все время хватался за телефон.

Перед нами шла такая же семья - мама, папа, сын-подросток. Они оживленно разговаривали, смеялись, мама пыталась сфотографировать их, они уворачивались, с хохотом отбегали. Их папа был в крутой ярко-желтой куртке, которая очень бы подошла нашему. Мои же шли рядом, время от времени перебрасывались еле слышными ничего не значащими фразами. "Солнце-то как палит." "Да, весна теплая." "Ничего, еще похолодает."

Какой-то мелкий у самого берега кидал чайкам кусочки хлеба, и что же те устроили! Орали так, что уши закладывало, вот кто их наградил таким противным голосом! Мальчишка радостно смеялся и кричал - еще, еще!
-Ой, как здорово! Хочешь тоже покормить? - спросила мама, глядя на меня снизу вверх с умильной улыбкой, от которой мне всегда становилось ее немного жалко, что-то шевелилось в груди, хотелось одновременно отмахнуться и сделать все, что она хочет .
-Так нечем же.
-У меня осталось… - мама протянула кусок вафли. Я подкинул - чайка поймала на лету, и закружилась надо мной. Краем глаза я увидел, как папа тоже бросил кусочек. Чайки умудрились подраться прямо в воздухе и мы все засмеялись - включая мелкого. Мама пыталась снять чаек на телефон и они чуть ли не садились ей на руки, наверное, думали, что телефон - это тоже шоколадная вафля.

-Ты, наверное, тоже голодный? - спросила мама, все еще улыбаясь, - так домой не хочется, зайдем куда-нибудь поесть? Я читала в интернете(я закатил глаза), тут недалеко открылся новый ресторанчик, хорошие отзывы вроде… Ладно? Пойдем?

Это было так на нее не похоже! Чаще всего мы брали с собой бутерброды, перекусывали на скамейке и ехали обедать домой - рестораны - это пустая трата денег, считал папа. А тут он горячо поддержал маму:
-Я бы тоже поел.
-Ну и хорошо, посидим, поболтаем, - обрадовалась мама.
-Отлично, - изумленно добавил я.

Мы не спеша побрели к выходу по дощатой дорожке (ступни, даже в кроссовках, никогда не забывают ощущение чуть шершавой древесины, знакомое с детства), мимо раздевалок, ползающих в песке детей, переполненных скамеек. На одной скамейке сидел парень в темных очках и лежала девушка, положив голову ему на колени. Он что-то тихо говорил и гладил ее по волосам, а она улыбалась и кивала с закрытыми глазами. Потом поймала его руку и прижала к своей щеке.

И тогда я поспешно, чтобы не передумать, вытащил телефон и написал Кристинке. Выдохнул, бросил прощальный взгляд на парочку и заторопился за родителями.

Будем надеяться, ответ придет, пока мы будем обедать, тогда вечером можно будет встретиться.