101-ВЫЙ КМ

Когда смотришь за занавески - ревниво хочется остаться за занавесками. Я не хотел,чтобы она смотрела на меня. Поэтому гадко прикрывался платком. От платка пахло кремом из дорогого туалета и я успокаивал себя богатым запахом мечты
- Ну ты как? -  спросила она  за дорогой
" Я - ничтожество!..." - заплакал я и она улыбнулась.
-  А как ты относишья к Первому Мая? - спросил её муж
- Очень хорошо отношусь! Праздник весны!
- И труда...- добавил муж.
    Нет! Это были люди и я их всегда любил. Или я любил её? Или где-то любил его за то, что он любит её. Для меня её счастье всегда казалось необыкновенным, как она сама. Но муж сказал, что пора выходить и я понял, что  теперь он меня убьёт. Отточеным  стилетом в спину - это было бы лучше всего. Но я почему-то выжил.
   Кладбище встречало нас кустарниками тьмы. Дозволялось проводить в последний путь рыхлую землю и идти пить чай. Нищая могила родственников ничего не сказала мне.
- Ад - не существует... - сказал муж.
- Ад - это Артериальное Давление... - ответил я, ища сигарету
- Кури ветку... - посоветовал муж.
  Я раскурил веточку сирени и ничего не понял.
- Ну бумага! - развёл руками муж.- Они пропитывают её чем-то и ты можешь курить даже веточку.
- Это вам в ответочку! -  проорал голубь- истребитель и нагадил на лобовое стекло.
- Да ты поэт! - восхитился муж и остался безучастным.
- Я -  не поэт. Просто я люблю её...
- А я люблю высадить тебя на сто первом километре - и иди, глотай пыль!
 ... Возвращались в город. Я попросил открыть окно, чтобы глотнуть пыли сто первого километра.
- Сиди уж так...- разрешил муж.
   Я сделал вид, что сплю  и в итоге доехал до её дома.
   Только это был -не её дом!  Я же помню оранжевую многоэтажку, пряники- конфеты, вальс хрустальных лимузинов. А тут -  обшарпанная девятиэтажка! Не то!
- Ну хочешь, верну тебя на сто первый километр? Пыли поешь, может и то будет! - посочувствовал её муж.
   Разрешили подняться в квартиру. Мне было уныло и ничего не хотелось. Ломило спину, но я не хотел жаловаться. На кухне дали поесть. Испытал вкус и почувствовал любовь к ней. Беседовали о музыке.
- Не, Киркоров мне не нравится! - интеллигентно заметил я. - Слащавый он какой-то! Одно слово - татар!
- Так он - татарин!- поправила меня она.
- Я пойду, покурю в сад, - сменил я  тему разговора.
- Это балкон называется, ничтожество!- сменила она моё настроение и мне захотелось на сто первый километр.
На балконе курили с ней.
- Чего ты такой худой стал? - спросила она
- Так я ж не ем ничего!Денег нету! - признался я. - Вон потрогай, одни рёбра торчат!
- Мне противно к тебе прикасаться! - с чувством заметила она.- И вообще, тебя скоро парализует!
   Стало грустно. Грустно не за себя, а за неё. За ту размеренность и обыденность её жизни. И я бы там вряд ли был украшением. А её муж.Вот его я и любил! Тянет всё это на себе, держит на плаву. Ковырялся в её книжном шкафу. Нашёл книгу Василя Быкова.
- Забери меня к себе! - взмолилась книга. - Будем вместе глотать пыль на сто первом километре! Мне здесь - одна унылость!
- Ах ты бедная моя...  - погладил я шершавый переплёт. -Ну и иди ко мне. Будешь стоять в моём книжном шкафу среди своих собратьев. А прежде я тебя заклею и прочитаю. Ладно, лапочка?
- Хорошо, дружище! - ласково улыбнулась книга.  Вот и поладили.
Пора было ехать домой.
- Отвезём его? -  спросила она мужа.
- На сто первый  километр? - обрадовался тот.
- Да на станцию! Пусть валит в свою Щербинку!
   Она была не в настроении. Я любил её. Я всю жизнь это делал. Мне было поздно восхищаться ей, но и немыслимо грезить. Я просто любил её.
 Когда ехали, мне понравился парень, который перебегал дорогу. Такой длинноволосый и всё время улыбался чему-то.
  "Счастливый!" - подумал я.
- Дурак! - сказала она.
   Мы стояли на переходе. Было холодно и ломило спину.
- Вот ещё две суки перебегают дорогу- неожиданно заметила она. Но здесь не она была виновата.Просто сказала от любви ко мне. 
   Потом курили на станции.
- Я прочёл все твои рукописи! - с достоинством сказал мне её муж.
- А Вы не читали? - поинтересовался я у жены
- Ты мне не интересен! - ответила она и стала похожа на немца.
 Распрощались. Хотел поцеловать руку её мужа, но постеснялся. Прошёл через турникет. Не нашёл в кармане телефон. Сразу же охватила паника. Они ещё не отошли от турникета.  И вот тут я понял, что никому не нужен со своей пропажей, кроме них.Это единственные родные люди на этом промежутке времени и только их и озаботит моя проблема. Остальные  просто пройдут мимо и останусь я на этом перроне один.
- Чего там у тебя? - спросила она, глядя на меня с презрением.
- Неловко сказать... Телефон... Он пропал...Был в кармане... А теперь нет...
   Стало просто невыносимо. Я писал такие стихи. Меня любили прекрасные женщины. Мною восхищались и меня боготворили! А тут, брошен в этот мир. Это как манная кашка после изысканного ужина! С каким-то телефоном вожусь. Разбить бы его об асфальт! Вдребезги! Но нет! Имущество!
- Он у тебя в кармане.- сказала мне она и достала смартфон из моего кармана.
   Мне стало стыдно. Я помахал рукой и побрёл на платформу..
   После инсульта эта рассеянность усилилась во сто крат. Я стал забывать ключи в дверях, карты в банке, смысл в жизни. Думал, что прошло... Теперь понял, что -нет.  Опозорился в её глазах..Закуривай ещё одну. Жди свою электричку. Дома напьёшься в своей лачуге. Вот и вся радость.
   Внезапно увидел её.
- Я решила проводить тебя...
 Смешался...
- Прости, так по-дурацки получилось...
   Она вряд ли мне поверила. Да и говорить больше не хотелось. Опозорился.
   Пристыженный ехал в электричке.Ломило спину. Я закрывал глаза, но не спал.
- Зато я теперь с тобой! - сказала из рюкзака книга Василя Быкова.
- Я тебя обязательно прочитаю, - пообещал я.
- Молодой человек, сказала мне старая ведьма в очках, что сидела напротив.- Проезжаем Сто первый километр!
- Да, спасибо, - вежливо ответил я и повернулся к ней спиной - Помогите пожалуйста.
 Она вытащила из спины отточенный стилет и вздохнула:
- Вам правое крыло порвали. Теперь летать не сможете.
- Ничего, - улыбнулся я. - Меня же скоро парализует...

                апрель-май 2026