1615. Хуторская чертовщина. Голос совести

    Идти от одного клада к другому кратчайшим путём величайшая глупость, это будет верный указатель его зарытых кладов, а где же природная хитрость и смекалка, надо же немного и головой думать, пред тем как сделать очередной шаг.
      Заяц и тот соображение имеет, перед тем как залечь в спячку, наматывает круги, запутывая свои следы, остерегаясь внезапного нападения от своих врагов.
     Вполне закономерная подсказка, так почему бы ей не воспользоваться,  уж если кто и взял его след, то пусть изрядно потрудится, пытаясь распутать верченые и кручёные замысловатым переплетением пути-дорожки оставленные им.
      Надев пиджак не застёгивая пуговиц, довольно вспотел, хотя той работы особо-то и не видно, в большей мере его одолела гнетущая нервозность, свернул пальто и сунул подмышку, а «сидор» забросил через плечо и направился в сторону болот.
     Выписав несколько замысловатых восьмёрок, где трудно было разобраться откуда и куда ведут следы, молодым козликом сиганул через барбарисовые кусты и был таков.
    Мысленно проведя ровную линии двух смежных оснований равнобедренных треугольников, определив половинный угол прилежащего катета на только что зарытый им клад, установил точное расположение своего очередного схрона. 
         Бросив на траву заплечный мешок, а на него свёрнутое пальто, сделал два шага в точности по направлению запада, вначале присев, определившись с местом зарытого клада, поддел дёрн с проросшими и перепутавшимися меж собой корневищами свинороя, отложил в сторону, снял пиджак и расстелил, собираясь выкладывать на него вынутый грунт, как вдруг в его голове прозвучала насмешка, до противности неприятного голоса.
-И чего ты сюда дурень собираешься положить?
     Как чего, мысленно ответил Злотазан, узелок с ювелирными изделиями, которые мной были куплены на базарной площади во Владикавказе.
-Так я у тебя спрашиваю,
              продолжил говорить этот нудный гундосый голос,
-чего собираешься положить, если при тебе нет этого самого платочка с цацками.
       Как же нет, было ответил изумлённый интриган и вдруг пугается своей внезапной догадке.
       А ведь собираясь уходить совсем позабыл об этом платочке, лежавшим поверх его заплечного мешка, как есть недосмотрел и обронил, ну нельзя же быть таким рассеянным, теперь придётся побегать, ища, где он мог  его потерять.
     Что за невезения преследуют его, почему он такой не собранный, чего ему мешает сконцентрироваться на одной конкретной цели и главное кто и по какой причине пытается выбить его из колеи?
    Вопросы, куча вопросов и ни одного вполне внятного ответа.
-Ну чего уселся и зенками своими хлопаешь, как та бестолочь безмозглая, тупо соображая чего же дальше делать или ты собрался молитву вознести червям могильным, отбивая им своим челом земные поклоны в углубление снятого тобой дёрна?
-Беги, поторопись, возможно успеешь найти, иначе трава распрямится и скроет все твои оставленные следы.
      Повинуясь указанию голоса в голове, вскочил и помчался кратчайшим путём к месту первого вскрытого, а затем и зарытого им клада.
    Впав в логическое предположение, что в последний раз он прикоснулся к узелку, когда брал золотую табакерку, надеясь на нисхождение судьбы, обнаружить его там.
    Оказавшись на месте, только здесь осознал бесполезность своих хождений к болоту и обратно в лес, запутывая своими замысловатыми восьмёрками следы.
        А с кем не бывало и кому не приходилось попадать в подобные ситуации, когда огромное количество физических затрат и предстоящих надежд превращаются в обычный пшик.
       В последствии приходиться терзаться мыслями о своей несостоятельности, испытывая отвратительное чувство к своей сомнительной затеи, а ведь до этого прозрения казалось, что все продумано до мелочей и получиться, как нельзя лучше.
     Но не всё нам подвластно в этом прогнившем мире, есть ещё силы способные встать наперекор всем нашим возвышенным задумкам, позволив с полнейшим разочарованием осмыслить личную никчёмность.
     Совершая очередную ошибку тут же осознаём, что не следует бросаться в полымя не зная огненного брода, в подобных обстоятельствах следует сдержать себя и обстоятельно подумать, а с чего бы начать предстоящую процедуру.
      Но вышло с Злотазаном большое недоразумение, его желание оказалось выше здравого смысла, он сходу бросился искать утерянный платочек, ползая на коленях и прощупывая своими растопыренными ладонями, каждую пядь земли.
      Он кружил, вертелся волчком, злился на себя и превратности судьбы, и когда казалось, что надежды отыскать здесь свои драгоценности были тщетны и придётся пробороздить весь лес до самых болот, над ним будто сжалилось само проведение и подбросило под руку этот желаемый узелок.
     Невероятный всплеск приятных эмоций вскружил и ударил ему голову, не в силах сдержать внутренний невероятный напор, изверг из себя ужасный победный клич, прокатившийся эхом по ночной округе.
        Распрямившись и стоя на коленях потрясал этим узелком, восторженно радуясь найденной потере, но когда свой взгляд перевёл с узелка на место своих поисков, то ужаснулся, можно было подумать, что здесь, только  что, произошла битва двух могучих титанов.
    Радостный восторг тут же погас, мгновенно вспыхнув пучком сухой соломы, на мгновение высветив ярким огнём всплеск эмоций и вновь погрузившись в полнейшую темноту, оставив впоследствии полнейшее разочарование от увиденной им картины.

      Признавать свою вину и совершённые ошибки не в чести даже у самых бессловесных тварей, своим необдуманным действиям всегда найдутся вразумительные оправдания, умело перекладывая свою вину на внезапно возникшие обстоятельства.
        Ну действительно, чего себе голову посыпать пеплом, подумаешь немного вытоптал травы, так это ещё и лучше, пусть думают, что здесь кто-то дурачился, валяясь по зелёному ковру.
       Подумаешь, маленько притоптал траву, так пусть думают, что здесь лужайку организовали для весёлых развлечений, да та же хуторская детвора приходила, в казаки разбойники играли.
   Бывает же, чему здесь удивляться, ну случилась небольшая промашка, обронил в спешке узелок с золотыми украшениями, чего теперь устраивать скорбь скорбную, нашлись и никуда не делись.
   Вместо того, чтобы порадоваться решил устроить самобичевание, да всё обошлось без всяких потерь и рыскания по лесу.
      Вот они его драгоценные цацки, крепко зажаты в кулаке, попробуй их отними, да фигушки вам, ни за что не вырвите.
-Долго ты тут собрался панихиду разводить,
                раздался в голове гнусавый голос,
-ты посмотри на него, устроил забавные потешки, а там остался вскрытый клад, смотри не опоздай, как бы не пришлось потом себе за локотки кусать, найдя свой клад опустошённым.
       И вправду сказал голос совести, если это был он и ведь оказался как никогда объективен, пока он тут рассусоливает и слюни пускает восторгаясь утерянной находкой, его чугунок с золотыми монетами могли выкопать и умыкнуть, оставив его с носом.
       Подскочив, будто был весь напружинен и опять кратчайшим путем поспешил к своему вскрытому, но ещё не отрытому из земли кладу, достаточно было одного взгляда чтобы оценить обстановку, всё оказалось на месте и никакого присутствия любителей до чужого имущества им не было зафиксировано. 
      Пора бы приступить к более приятному занятию, приспустившись на колени, а узелок положив на край пиджака, принялся за выемку земли, достаточно было двух минут, ну может чуток больше, чтоб докопаться до чугунка накрытого сковородой и вытащить его наверх.
      Усевшись на свою пятую точку с восточной манерой подогнув под себя ноги, держа обеими руками увесистый предмет домашнего обихода, поставил подле себя, придерживая левой рукой притулил к себе, а правой снял сковороду, отложил в сторонку.
         Как только вынул тряпицу из  горшка, вырвавшийся яркий сноп золотого света вознёсся к небесам, из опасения быть замеченным сунул внутрь свою пятерню, прочувствовав приятное тепло излучаемое монетами.
        Если допустить, что это был всего лишь психологический обман, то само воздействие имело вполне приятное и ощутимое воздействие, отчего невольно сжались пальцы, ухватив горсточку золотых червонцев.
        С невероятный удовольствием жмакая в своей ладони монеты, процеживая их меж своих пальцев, чтоб вновь захватить очередную порцию червонцев и повторить до необычайности изумительный процесс.
       Совершая это ритмичное месиво, на ощупь определяя качественное состояние каждой монеты, невольно предался сентиментальным воспоминаниям.

       Если вспомнить всё что связанно с этим металлическим изделием, то выйдет довольно закрученная и познавательная история.
    Ведь приобретение этого чугунка не обошлось без подлого обмана, который был подстроен Александром Ивановичем Григоренко, этим перехитренным старикашкой,  облапошив его по всем статьям, как глупого воробья на мякине, продемонстрировав показательное надувательство, будто в этом горшке хранит свои золотые сбережения и в полнейшей тайне от всех, пряча его в своём нужнике.
      И Злотазан купился на это подлое недоразумение, выкрал в ту же ночь из нужника и помчался радостный на речку отмывать, как ему казалось золото от вонючего дерьма.
     За этим не пристойным занятием его застали приятели Песя с Шобой, подавшись соблазну решили отобрать чугунок и заглянуть в него, чтоб впоследствии разделить золото по братски, всем в равных долях.
    Долго пришлось от них отбиваться, но одному противостоять против двоих не смог, в итоге чугунок вскрыли, а там вместо золота оказались не нужные в хозяйстве железяки, вызвав у участников возникшей склоки полнейшее разочарование.
    Но и на этом приключения этого чугунка не закончились, вскоре посчастливилось ограбить молодого барина Владимира Кузьмича, устроив ему дорожное происшествие с опрокидыванием тачанки под гору, ловко выкрав у него саквояж с тысячью отборных золотых десятирублёвок, которые он собирался свезти в Москву и сбыть за баснословную цену, чтоб вновь вернутся и закупить на вырученные деньги ещё большую партию золотых монет.
      Вот эти девятьсот девяносто девять монет он и положил в этот чугунок, а в насмешку над простодушным барином оставил в саквояже одну единственную монетку, а сам саквояж подбросил ко двору старика Григоренко, в отместку за подстроенную им подлость. 
     Честность и преданность старика погубили его, найдя этот саквояж поспешил отнести барыне, а та воспротивилась подобной наглости и всю вину за кражу золотых червонцев возложила на него.
       Не в силах пережить подобный позор, Александр Иванович вскоре отбыл в дом Вечного Приюта, так и не проговорившись попу Василию, где прячет свое личное золото.
       На этом похождения этого чугунка, уже с золотыми червонцами, не закончились, вначале Злотазан его спрятал в основании кургана, что был в балке напротив конюшни и овечьих кошар, но посчитав это место не столь надёжное, сюда иной раз наведывались приспешники станичного чёрта Змеярина, эти быстро унюхают, отыщут и умыкнуть, не удосужившись восполнить накопившиеся за ним долги.
       Перенёс он этот чугунок и закопал, как ему казалось в самом надёжном месте у конского могильника, того самого, куда свезли с поля сражения всех убитых в бою лошадей, сбросив в овражек и присыпав сверху землицей.
    Вонище от разлагающихся конских трупов было до невероятности смердящей скверною и являло собой мерзопакостное удушье, это место старились прошмыгнуть как можно быстрее, так что учуять, что здесь есть клад с золотом ни одному чуткому носу неподвластно.
     Шло время, менялась ситуация, вот и дернула его нелёгкая, когда вновь вернулась старорежимная власть, взять из чугунка шестьсот монет и отправиться во Владикавказ, чтоб у старой помещицы выкупить её разорённое поместье.
      Кто ж знал, а надо было хоть иногда почитывать газетки и интересоваться положением на фронтах, в то время когда он занимался оформлением бумаг и тратой привезённых с собой червонцев, победоносная Добровольческая армия подобно морской волне начала дружный откат обратно на юга.
     Здорово же его надули бывшие господа, ловко сработали, до сей поры на них злость держит, попадись они моему, такое бы устроил, что горькой,  слезливой, жалостной скорбью прониклись за свой совершённый подлый обман, барахтаясь в котле с кипящей смолой.
       А ведь этот чугунок ещё раз вынужден был перепрятать, добавив в него золотые червонцы принесённые в кисете с сахарницей, самопальной посудине, теперь в нём ровно восемьсот штук, не лишись он портсигара с монетами, доложил бы для ровного счёта в тысячу отменного качества монет.
    Полпуда золота с небольшим внушительное состояние по нынешним временам, да и себя чувствуешь причисленным к сильным мира сего, а чего стеснятся, иные при высоких титулах не имеют и ломаного гроша за душой, а у него этих богатств скопилось столько, что уже в точности не может указать точной суммы.
     Да и как тут сосчитаешь, ведя точный счёт, когда вынужден мыкаться, то беря червонцы, то добавляя их обратно.
       Вот взять эти в узелке ювелирные изделия, приобретены им по самой низкой закупочной цене, а пройдёт год другой, народ опериться, заживёт новой сытной жизнью, вот и подавай ему что-то эдакое и необычное.
     Возникнет спрос, подскочат цены, что в конечном счёте принесёт заметную прибыль, чем вам не коммерция по сбору грибов после обильного дождя.
   Ничего не затрачивая и не рискую ни единым рублём, по стечению возникших обстоятельств вдруг получить значительный денежный приток, чем вам не классическая магия, когда из ничего материализуется финансовая составляющая.
-Чего задумался и о чём размечтался,
                прозвучал в голове гнусавый до противности голос,
-смотри досидишься, наткнётся кто ни будь и выведает, где ты прячешь свои сокровища.
-Умыкнут, будешь потом завывать одиноким волком, плача горькими слезами об очередной потере.
-Только не забудь вспомнить о своей беспечности, поди не медяки прячешь, а золото.
       И в правду, чего он не ко времени предался этим воспоминаниям, поделай вначале дела, а потом мечтай сколько фантазий хватит.

     Положив узелок поверх золотых монеток, прикрыл тряпицей, осторожно накрыл с щербиной сбоку сковородой, обхватил своими ладонями посудину и осторожно опустил в яму, присыпая землёй, уплотнял её своими кулаками.
      Если бы кто увидел эту процедуру со стороны, то мог подумать о тайном сектанте-кадушечнике, производящего свой религиозный ритуал, обращаясь с мольбами к обитателям подземных царств, засунув свою голову в выкопанную им дыру.
     Но не будем значимо видимое и отчётливо зримое воспринимать за действительность происходящих событий, ибо человеку свойственно ошибаться по причине его личного восприятия данного факта, где само обстоятельство расценивается с его позиции, как что-то мерзкое  и отвратительное. 
       Ссыпав со своего пиджака остатки земли поверх тайника, уложив и расправив сверху дёрн, привстал с коленей, взглянул с высоты своего роста на свою проделанную работу, отступил два шага назад, ещё разок внимательно посмотрел, оценив по достоинству мастерство идеальной маскировки своего клада.
        Не торопясь, хотя следовало поторопиться и покинуть это место, надел пиджак, затем и пальто, пришлось, а куда деваться, чувствительна ночная прохлада в балке, уцепил и забросил через плечо «сидор», поправил на голове шапку, не поворачиваясь прошёл назад по оставленным им следам.
        А остановившись, так на всякий случай и запутывания своих следов, прошёл прямым ходом до излучины старого заброшенного русла и вдоль берега, совершив полу круговую прогулку, вышел к ручью, а перейдя через него вышел к дороге у моста.
        Повернув на право прошёл к извозу поднялся в гору, прогулялся в сторону колодца, на половине пути к нему свернул с дороги и обогнув конский могильник и оказался у своего клада, в котором хранилось триста двенадцать монет разного номинала, по большей части пятирублёвых монет. 
      Найдя его не тронутым, прошёл стороной спустившись вниз к извозу, вернулся обратной дорогой к мосту, но переходить по другой берег не стал, а свернул налево к кургану, изрядно прогулявшись по дубовой роще мимоходом  взглянул на место первого спрятанного им клада, которое изрядно заросло травами.
      Убедившись в сохранности закапанных драгоценностей и золотых монет, украденных им из бронированного шкафа Кузьмы Ильича Мамкина во время ночного нападения на усадьбу, так сказать умыкнул под шумок, прошёл к большому дубу у кургана, прислонившись к стволу этого многовекового великана позволил себе выкурить папиросу, испытывая вернувшуюся уверенность в целостности своих кладов, заметно повеселел, удивляясь внезапной перемене в самом себе, окончательно избавившись от навязчивых тревог.
        Остаток ночи он отдежурит сидя на кургане, а перед рассветом вернётся в хутор, заберётся через чердак в хату Васятки Харитонова, где при полном спокойствии проведёт весь световой день.
               
                15-16 май 2026г.