Не успела кошка умыться, как гости наехали!

Дорожное приключение

Глава первая
 
   Татьяна Николаевна Копьёва, миловидная, но уже не молодая женщина собиралась в поездку   для встречи с другом юности, одноклассником, Тимофеем Соколовым.    Много лет они ничего не знали друг о друге. После окончания школы разъехались на учёбу в разные города, создали семьи и благополучно трудились на благо социалистической Родины. Изредка узнавали от кого-то:
«У Тимофея-то вторая дочь! А так хотел сына…»
 «А Татьяна родила второго сына!»
 Списались как-то в Одноклассниках, обменивались открытками и смайликами. Однажды встретились на тридцатилетие окончания школы и проговорили весь вечер о своей жизни, своих детях. Муж Татьяны, учёный, биолог, был для неё светом в окошке, опорой был…
 Да сплыл! Бросил её с мальчишками, доездился по командировкам. Пришлось Татьяне Николаевне одной их воспитывать. Такая вот история…
 А у Тимофея жена умерла. Болела долго, намучился он с ней, бедной. Сколько по санаториям возил, да по светилам медицинской науки, но все усилия, трата денег бесполезными оказались. Ушла его Екатерина Марковна, оставив Тимофея одного. Дочки – то выросли, замуж вышли и разъехались по белу свету, детками обзавелись. Свои у них проблемы. Живёт- поживает Тимофей один в коттедже в Подмосковье.
 Вот и решили два «одиночества» вновь встретиться, пообщаться, а там, как получится. В юности они симпатизировали друг другу.
 
  Дома Татьяну Николаевну провожала молодая пара, сын Антон и его жена Вероника. Всего неделю тому назад отпраздновали они свадьбу и теперь у молодожёнов медовый месяц. Прекрасное время, когда они очень заняты друг другом и желают уединения.  Поэтому отъезд Татьяны Николаевны, проживающей с молодыми в одной квартире, был для них, — чего уж тут скрывать, — мега радостным событием! Молодожены счастливые носились по квартире, выполняя любую её просьбу: лишь бы поскорее остаться одним!
  Печалилась только собачка Дуся, маленькая болонка, которая ждала щенков. Чувствуя, что хозяйка уезжает надолго, и не берёт её с собой, она сердилась, скулила и принялась рвать свежую газету, приготовленную в поездку. Татьяна Николаевна, чуть не плача, в который раз пыталась её успокоить, прижимала к себе и уговаривала: мол, подожди, Дусенька, надо мне самой ещё оглядеться…
  Внизу у подъезда сигналило такси.
   В последнюю минутку все присели «на дорожку».
«Цветы-то поливайте! Дусю выгуливайте, не забывайте! Звоните, пожалуйста!» — тут Татьяна Николаевна встала, обняла детей на прощание.  А потом расправила плечи, улыбнулась задорно и пошла, как подруги говорили, «навстречу своему счастью»: «Эх, была-не была!»
  Она всё ещё очень хороша собой: невысокого роста, но одежда сидит ладно по фигуре, волосы уложены в красивой модной причёске. И самое главное - настроение романтическое. Сын порадовался за маму: «Ты, мам, прям вся светишься!»
 Давно уж он её такой не видел. В карих маминых глазах будто звёздочки сияют.  На свидание же собралась!
  До краевого центра добралась быстро.
  В жаркий летний день люди у вокзала не толпились. Внутри здания было прохладно, и всякий, сюда входящий, ощущал прекрасную перемену, скрывшись в полдень от зноя. Длинных очередей нигде не было. В зал «Билетные кассы» вошли несколько туристов с рюкзаками за спиной, транзитные пассажиры с чемоданами. В окнах касс приветливые кассирши в элегантной форме поджидали своих пассажиров. Татьяна Николаевна невольно сравнила их с гусынями с длинными белыми шеями. И это сравнение показалось забавным. Неприятного вокзального запаха не было. После недавнего ремонта пахло древесной отделкой, свежим лаком и хорошим парфюмом из киоска «Косметика в дорогу».  И это особенно понравилось! Больно не терпела Татьяна Николаевна дурные запахи.
  Довольно скоро в руках у неё был билет. Важный голос «гусыни» из окошка:
— Проверьте, пожалуйста! Поезд номер … до Москвы, конечная остановка Ярославский вокзал. Вагон шестой, купе 3, место 12.  Нижняя полка. Отправление с третьей платформы через два часа.
— Всё правильно. Благодарю!
— Счастливого пути!
  Она подошла к вагончику “Cafeteria”.  Купила чашечку латте. Бариста был шустрым малым и подал его с особым изяществом: «Держите, мадам, самый лучший в мире кофе!»
«Видимо, я ещё ничего себе, мадам!» — подумала счастливая Татьяна Николаевна. «В сущности, что нам женщинам и надо-то? Чуточку внимания, ласковое слово. Интересно, дома он так же свою жену радует? Нет, наверное, набегается, накрутится за день, «выёживаясь» перед посетителями, что и улыбнуться родному человеку, как на Эверест подняться без страховки …»
 Кофе на самом деле был замечательным, и Татьяна Николаевна с удовольствием наслаждалась нежной текстурой и сливочным вкусом напитка.
  В зале ожидания, устроилась на одно из свободных кресел. Достала из сумки газетку, со «следами» Дусиных переживаний, просмотрела заголовки, фотографии, но читать всерьёз не хотелось, не могла сосредоточиться. И тут придумала себе развлечение: ненароком рассматривать соседей через прогрызенную дырочку.
 Слева - мамочка с двумя маленькими мальчиками - двойняшками, которые поочерёдно то взбирались на мамины колени, то спускались вниз, догрызая яблоки. Рядом с ними - бабушка в задорной панаме, зелёной майке и бриджах в цветочек с корзинкой душистых яблок. Судя по всему, она и подкармливала мальчиков.
  Справа нет никого. Напротив, через ряд, усаживались двое мужчин, одетых по-походному: в панамах в стиле bucket hats* и, не без щегольства, в ярких футболках от «Nike». Туристы, наверное. Рядом лежали рюкзаки. На ремне одного из них висел карабин с оригинальной эмблемой 2010 года, который был объявлен Организацией Объединённых Наций Международным годом биоразнообразия. Эмблема пятнадцатилетней давности…
 
Татьяне Николаевне очень хорошо запомнился этот значок, потому что такой был у её супруга Александра, принимавшего участие в научной конференции по вопросам сохранения биологического разнообразия и грозящих ему опасностей.
 И было то время тяжёлых переживаний, потому что супруги Копьёвы решили расстаться.
 Рассмотреть бы поближе… Надела очки.
    Теперь Татьяна Николаевна внимательно разглядывала хозяина рюкзака. От волнения она почувствовала сухость во рту. Сердце ёкнуло!
 Неужели этот бородач - её бывший муж Александр? Постарел, поседел изрядно, стал более грузным, но за пятнадцать-то лет разлуки разве и она не изменилась?    Черты всё те же, не оторвать глаз от его красивого загорелого лица. Правда слегка опустились уголки губ и эта борода… Бороду отрастил, чего отродясь никогда не было…
   Спутник Александра помоложе, примерно сорока лет, высокого роста брюнет, крепкий в плечах, в ветровке поверх футболки.
  В это время диктор громко, да так, что слова рассыпались на отдельные, раскатистые звуки, объявила посадку на непонятный поезд.
 Бородач встрепенулся и спросил соседа:
 — Is this a train to Moscow? Haven't you heard? *
— No, Pete, I don't think so. It's too early.**
  Татьяна Николаевна хорошо понимала английскую речь. Она преподавала английский язык.
  Удивилась, когда её бывшего мужа Александра только что назвали Питом и непроизвольно опустила газету вниз.
 Глаза их встретились лишь на какую-то долю секунды ... Больно, очень больно… 
Так бывает, когда задеваешь не зажившую рану.
 Он точно узнал её, но сделал знак взглядом, мол, «ни-ни», «мы не знакомы».
 Разве такое возможно?
 Как никак, прожили вместе без малого пятнадцать лет…
 О детях спросить разве ему не интересно?
 Что-то здесь не так…
   Кто его спутник?  Мужчины между тем поднялись, взяли с собой рюкзаки и отправились в привокзальное кафе. Александр даже не оглянулся, он шёл впереди. Но это точно был он. Татьяна кожей своей чувствовала: это был он!

* Это поезд на Москву? Вы что, не слышали?
** Нет, Пит, я так не думаю. Еще слишком рано.

Здесь какая-то тайна... Ведь Александр узнал её, но скрыл это от своего спутника.
 Взволнованная Татьяна Николаевна посмотрела на часы. Казалось, время должно было остановиться или пойти вспять, но оно неумолимо бежало вперёд. Через час отправление поезда, и можно уже продвигаться на посадку.
 И как же быть? В памяти пронеслась поначалу счастливая жизнь с Александром: вот они познакомились, поженились, отдыхали, работали, любили друг друга… Родились один за другим сыновья, и счастье упорхнуло из их дома.  Дети требовали постоянного внимания, отцовского участия в их воспитании. Александр совершенно перестал помогать по дому. Её работа тоже отнимала уйму времени. Он же занят был только собой и своими научными изысканиями.  В постоянных разъездах, в экспедициях.
   Сегодня, спустя много лет, они встретились. Доля секунды, а хватило, чтобы встрепенулось её сердце.
 Но далее следовало негласное «табу» общению. За кого выдаёт себя Александр?  Он и прежде хорошо говорил по-английски. Сказывалось проживание в детстве в Англии вместе с родителями, сотрудниками консульства, ещё во времена СССР.
  Вспомнилось, как расставались с ним. Его желание пожить одному и посвятить себя науке было не неожиданным. Всерьёз увлеченный микробиологией, Александр участвовал в нескольких экспедициях от Русского географического   общества.   
  Но Татьяна Николаевна не хотела принять, что он ушёл от неё к другой и зовут её наука. За разлукой ей мерещились женские юбки… 
   Все эти годы они не виделись ни разу. Иногда Александр отправлял деньги (и, порой, немалые) на содержание детей. Звонил всё реже и реже, по случаю их дней рождения, Нового года, присылал подарки. Но детям-то нужен был папа, его совет, его умелые руки! 
  Сразу после развода многие бывшие супруги обвиняют друг друга на чём свет стоит, но проходят годы и прошлое видится уже по-другому.
 Теперь Татьяна Николаевна иногда говорила себе: «Ну что мне было тогда не потерпеть, не раздражаться совсем? Глядишь бы и семью сохранила…»
  Со временем она уже представляла себе Александра этаким «анахоретом», положившим на плаху науки свою судьбу, как   вдруг сегодня в чужом городе они встретились на вокзале. И бывший муж предстал перед ней в совершенно ином амплуа. Уж не разведчиком ли был он все эти годы?    Возможно, имя у него иное согласно какой-то легенде?
  В таком случае, не следует им интересоваться. Это смертельно опасная профессия. Настораживал спутник Александра: мужчина явно военной выправки и рука постоянно в кармане ветровки в такую-то жаркую погоду…
  Татьяна Николаевна, расстроенная, встаёт и идёт на посадку, которую вот-вот должны объявить. Ехать к Тимофею уже не хотелось. И зачем ей всё это?!
  На платформе стояли люди, как у вагонов появились проводники и началась проверка билетов, документов для отбывающих. Татьяна Николаевна встала в очередь. Кто-то прощался, кто-то молча, как она, проходил в плацкартный вагон. Соседей пока никого не было. Работал кондиционер, и это очень важно в такую-то жару!
 Татьяна Николаевна сидела за столиком у окна с белоснежными занавесками и взволнованно смотрела на перрон со снующими туда-сюда пассажирами.
 И тут появился Александр-Пит со своим спутником англичанином. Они, судя по всему, искали соседний купейный вагон.
 «Стало быть, мы едем с Сашей в одном направлении, в сторону Москвы!..»


  Глава вторая


  Поезд тронулся. Татьяна Николаевна старалась не думать о неожиданной встрече, хотелось вернуть прежнее легкомысленное настроение. Но, увы, оно упорхнуло, как мотылёк. Может быть, показалось, и это вовсе не Александр Копьёв?
 Напротив устраивалась на нижней полке попутчица. Вот она в прощании буквально прилипла к раскрытому окну и посылает кому-то воздушные поцелуи. В ответ прозвучало мужское:
«Буду ждать! Не задерживайся, любимая!»
  Как давно никто не говорил Татьяне Николаевне таких слов…
  У молодой женщины были аккуратно причёсанные светло-русые волосы, элегантная одежда светлых тонов крема аппетитного пирожного: от белого до бежевого и нежно - розового. И самое приятное: Татьяна Николаевна почувствовала лёгкий аромат нежных духов. Возможно, «My Name» от Труссарди.       Женщина принялась со вздохом лёгкой грусти распаковывать свою дорогую дорожную сумку.
«Здравствуйте», - спокойно сказала она, с достоинством и располагающей простотой. - Я Елена Ивановна. А Вас как зовут?
-Здравствуйте! Очень приятно. Татьяна Николаевна.
 Далеко едите?
— В Н-ск, а Вы?
— В Москву.
— Стало быть, до конца. А мне уже скоро выходить.
 Хотелось бы тоже в Москву. Москва для меня - это святая Матронушка…   
 По всему было заметно, что даме хочется поделиться о том, что её волнует. Многие в России становятся общительными с мимолётными попутчиками, понимая, что поезд навсегда унесёт с собой в бескрайние просторы и внимательного слушателя, и их душевные излияния.
 Слово за слово завязалась беседа, в которой она поведала свою историю.
  «Мы сейчас с мужем попрощались. Хорошо попрощались. И вижу, что Вы даже позавидовали такому доброму общению».
  Татьяна Николаевна хотела было возразить что завидовать кому-то не в её правилах …
   —Увы, так было не всегда… Вам я расскажу всю правду.
   Мы встретились с моим мужем во время речной прогулки по Енисею. На всю жизнь запомнился тот солнечный день, катер, островок с замечательным пляжем. Компания весёлых ребят нашего двора.
   И Андрей, молодой, только что пришедший со службы в армии.
   Свадьба была осенью. Всё как у всех.
   А накануне иду я по улице и навстречу мне, шаркая маленькими ножками, безобразный карлик. Глаза у него круглые, какие-то водянистые, с набрякшими толстыми веками. Нос, как нагромождение скальных пород, занимал пол-лица. Поравнявшись со мной, вдруг злобно кричит: «Не видать тебе счастья, не радуйся!» Голос хриплый и низкий для столь мелкого существа.
Потом узнала я, что он — психически больной человек, и ждать от него можно было всего, но именно в тот день такие слова казались очень дурным знаком. Опечалилась я, но не отменять же всё из-за чьих-то злобных слов. Не сказала никому об этой встрече. Однако потом ни раз её вспоминала. 
Говорят, что не стоит быть суеверным. «Не верь в приметы, и они не будут сбываться!» - сказал святой Иоанн Кронштадтский.
 Но в то время, где был святой Иоанн и где я?
И стало у нас всё сыпаться. Что ни задумаем, не получаться. То квартиры нет, где жить, то с работой проблемы. Отсюда раздражение и ссоры. Ребёнок родился, и я вообще ушла к маме жить. Но мама твердит: «Не разрушай семью! Нельзя дочке без отца расти. Все ваши трудности временные». Молилась она за нас с Андреем.
 Молодец мама! Права оказалась.
 Мы часто думаем, что вольны сами строить свою жизнь. Как прежде говорили, мол, «человек - кузнец своего счастья». И отчасти это так. Но лишь отчасти.
  Многое мы получаем уже при рождении: внешность, порой красивую или не очень, физические и интеллектуальные способности, но как со всем этим багажом наша жизнь сложится, неизвестно. И далеко не всё в нашей власти.
  Заболела дочурка. Появилась на глазу шишечка и стала расти, и расти. Ребёнок стесняться стал, потому что даже прохожие обращали на неё внимание. И в отношениях с ровесниками проблемы начались. Врачи предлагали только операцию. Мы волновались, так как место уж больно опасное, можно и глаз повредить и «шрам» на лице останется.
Посмотрела я телепередачу о чудесных исцелениях людей по молитвам ко святой Матроне Московской и решила: «Поеду обязательно!» Рассказала Андрею о своих планах. Мы тогда ещё врозь жили. Он меня поддержал не только словом, но и деньгами, и мы все вместе отправились в Москву. Там и в очереди стояли в Покровском монастыре, и к мощам блаженной Матроны с просьбой об исцелении ребёнка приложились. Предложили нам пожить в гостинице дня три, с молитвой маслицем помазывать освещённым на её мощах. И вскоре шишка покраснела, воспалилась, образовался нарыв, гной стал выходить наружу, а шишка превратилась в коросту и отвалилась совсем. По молитвам блаженной Матронушки ко Господу свершилось такое чудо! И семья наша воссоединилась. Постепенно все житейские вопросы решались Не без трудностей конечно, но мы с Андреем уже не расставались.
—В тяжёлой ситуации, мы часто не понимаем, что бог всегда рядом и ждёт только нашего обращения к нему, — сказала Елена Ивановна.
  —Как хорошо, что мы не одиноки на этом свете! — вздохнула с облегчением Татьяна Николаевна.
Дети выросли, и я им совсем не нужна, как прежде…
  — Подождите, пойдут внуки, и тут-то они о Вас непременно вспомнят!
  Поздним вечером попутчица покинула поезд. Женщины тепло простились, как родные. На прощание Елена Ивановна подарила Татьяне Николаевне маленькую иконку Божией Матери с младенцем.
 Так явились друг другу люди будто из неоткуда и разошлись в никуда, унося с собой частичку сердца совершенно незнакомого человека.
 Но всё, что с нами случается, не просто так…


  Глава третья


  Первый день Татьяна Николаевна питалась приготовленными в дорогу припасами, и Елена Ивановна угощала домашней едой. Но на второй отправилась в вагон-ресторан, чтобы поесть горячего. Села за свободный столик. В меню все блюда были простыми и понятными. Выбрала борщ, котлетку с картофельным гарниром, компот из вишни.  Пока оформлялся заказ смотрела в окно на пролетающие мимо ландшафты: леса, поля, озёра.
«Довольно жить прошлым! -думала она. - Что это я раскисла? Я еду на встречу с Тимофеем, другом юности. Жизнь даёт нам шанс, и грех им не воспользоваться! Одиночество, печальное, холодное и немое, оставайся позади!»
 Татьяна Николаевна была заядлой грибницей, и лесные полянки, воспринимала, как желанное грибное поселение. 
 «Вот пойдём с Тимофеем по грибы!   В Подмосковных лесах, говорят, их много бывает».
 Несётся поезд по российским просторам с бешенной скоростью, приближая обещанную радостную встречу. И теперь Татьяна Николаевна по крупицам старательно собирает было утраченную, радость.
  «Поделюсь с Тимофеем об увиденном и услышанном во время путешествия…»
  И едва успевает рассмотреть, как выглянула из-за кустика лисичка и бросилась бежать, напуганная грохотом и визгом стремительной громады.  У человека-то сердце замирает при приближении поезда, что тут про зверя дикого говорить…
  Вспомнилось с тоской: «Как там Дусенька, собачонка моя?»
    Вагон покачивается, поскрипывают рессоры, на столах чуть звенят ложечки в стаканах. Посетителей в ресторане немного, человек пять.
 И вот неожиданно появляется Александр – Пит вместе со своим спутником! Проходят мимо столика Татьяны и усаживаются ближе к середине вагона. Александр-Пит, как всегда, впереди и здоровяк идёт следом. Как вдруг, он что-то спешно объясняет спутнику и возвращается назад в тамбур. Александр-Пит быстро подходит к Татьяне, безо всяких церемоний наклоняется и говорит шепотом уже по-русски:
«Ну, здравствуй, Таня! Рад видеть тебя, дорогая! Ты классно выглядишь. Вынужден маскироваться, прости. Тебя мне сам бог послал! Очень нужна твоя помощь! Специально привлекал твоё внимание к себе. Со мной в купе настоящий шпион. Он сопровождает меня от самого Н. Сейчас в туалете, удалось открепиться. Сработало слабительное… Прости, дорогая! Он очень опасен. Я сразу узнал тебя и слышал у кассы: номер твоего вагона 6, место 12. Передам тебе результаты важных исследований. Просьба отнести по адресу, как прибудешь в Москву. Адрес дам позже. Продолжаем играть. Мы не знакомы. Всегда люблю и любил только вас, мои дорогие».
  Встаёт и уходит на прежнее место. Татьяна Николаевна ошеломлена, голова кругом, но берёт себя в руки. Через минуту появляется спутник Александра, и они вдвоем выбирают что-то в меню.
 Татьяне Николаевне приносят еду и она, совершенно не чувствуя её вкуса, что-то там ест, глубоко потрясённая.


  Глава четвёртая


  В своём вагоне она долго не могла успокоиться.  Сердце трепетало и на что-то надеялось, глупое... Столько лет одиночества, и только надумала встретиться с другим мужчиной, как является бывший муж и будоражит память. Для чего это ей теперь? 
 Надо же такому случиться! Что же такое происходит?
 В купе вошёл Александр, сел рядом и вытащил из пакета маленький чёрный кожаный саквояж. Был он присыпан древесными опилками.
«Видимо хранился прежде в опилках», —подумала Татьяна Николаевна. Приятно запахло кедром и тайгой.
Александр обтёр контейнер носовым платком, смахивая душистые опилки. Попросил не открывать его ни в коем случае, спрятать в надёжном месте и отнести в Москве по адресу, нацарапанному на салфетке.
 «Скажи, мол, «посылка от Пита для «Центра». Запомни адрес, слова и выбрось в туалете!»
Тут появилась новая попутчица, молодая женщина, которая стала устраиваться напротив на нижней полке.
Татьяна Николаевна, без возражений, поставила саквояж в свою большую походную сумку и спрятала под сидение.
  Александр попросил Татьяну выйти с ним в дальний тамбур. В тамбуре кроме них никого не было. Отсюда видно всякого, входящего в вагон.
—Твой спутник тебя не хватится?
—Надеюсь, что нет. Хотя он всё время настороже и никому не доверяет полностью.
  —-Ты ушёл от нас, чтобы работать в разведке?
  —Да, и науки ради, ты же знаешь. Ситуация была такова, что попросту выбора у меня не было. Я не хотел впутывать свою семью, тебя и детей в эту многолетнюю игру на благо нашего Отечества.
  —У тебя есть другая семья?
 —Была, прости, другая женщина, моя коллега и друг. Но десять дней, как её не стало.
  — А дети? Были ли дети от неё?
  — Нет, Таня, дети у меня только от тебя. Как они, кстати? Только кратко, пожалуйста!
  Она сказала, что всё, слава богу.  Они с ним уже дважды свёкр и свекровь. Недавно женился младший сын, Антон.
—Таня, дорогая, моя миссия, думаю, скоро заканчивается, и очень хочу вернуться к вам, моим родным и любимым. Если, конечно, получится…
  Тут он попытался её обнять, но Татьяна отстранилась.
— Это что за эксперименты с живыми людьми, Саша? Ты отсутствуешь миллион лет и теперь, когда я еду устраивать свою личную жизнь с одноклассником, ты вновь появляешься на горизонте! Возможно ли это, подумай сам! Я говорю тебе: «Нет!»
— Подумай, Таня! Очень прошу тебя!
Александр взглянул на часы на руке и резко повернулся:
—Надо возвращаться! Подумай, прошу тебя!  Если что со мной случится, то передай детям нашим: я всегда помнил о вас! И обязательно найду вас!
 Последние слова говорил на ходу, бежал бегом в свой вагон.
  В этот момент, — такая нелепость, — позвонил Тимофей.
  Отвечать не хотелось. Но надо ведь…


Глава пятая.


    Как же Татьяна прежде любила своего Александра! Столько лет одна оставалась, надеялась на то, что пройдёт у мужика его неудержимое увлечение наукой, как болезнь простудой, и однажды вернётся он в свою семью. Но чуда, увы, не свершилось…
 И вот теперь, через пятнадцать лет, когда она решилась на свидание с другим мужчиной, как гром среди ясного неба, появляется бывший. По-прежнему хорош собой…
 Татьяна вспомнила слова Омара Хайяма: «Гони друзей, что предали однажды, кто предал раз, предаст тебя и дважды». Но так ли уж предал её Александр на самом деле?  Выясняется совсем другая картина. Он чуть ли не герой, достойный похвалы! И в глубине души своей ей очень хотелось, чтобы всё было именно так.
                ***
  Из беседы с Тимофеем по телефону стало ясно, что одноклассник ждал её с нетерпением, считал дни и часы до их встречи.
  Или, возможно, играл роль влюблённого, стараясь тоже забыть свои страдания и одиночество?
  Кто же знает точно, насколько могут быть искренними мужчины в 55+?
  После случившегося Татьяна уже не верила самой себе. От того и Тимофею не очень–то доверяла. Но она понимала, что не стоит мгновенно отменять своё решение повидаться с одноклассником.  Александр, поди, как появился, так и исчезнет опять. Будет ли вообще ещё встреча с ним? Одному богу известно. Прилетел, как яркая комета на небосклоне. Блеснула она хвостом, да, только её и видели! Живёт Саша в каком-то своём, как выяснилось, очень опасном мире.
   Если бы встреча эта произошла через пять лет после разлуки, она бы, возможно, на что-то надеялась. Теперь же Татьяна привыкла жить одна и «замки на песке» строить давно разучилась. Да и слова, Александра о «другой женщине», «коллеге» и «друге» не отпускали.
 «Скрывает свои адюльтеры, — подумала она. — Стало быть, другая «юбка» была и нечего мне на уши лапшу вешать!  С посылкой-то что теперь делать?»
 Тимофей встретит её на Ярославском вокзале, а саквояж, судя по адресу, надо отвезти в другой конец Москвы.
  «Придётся это делать с Тимофеем? Тогда объяснять ему от кого, зачем и почему? Вот так ситуация!»
  Лгать совсем не хотелось, но, как же иначе? Татьяна Николаевна прекрасно понимала, что Тимофею рассказ о встрече с бывшим мужем совсем не понравится. Но не могла же она отказать в помощи. Ведь, как-никак родной человек, отец её детей …
«Влипла ты, дорогая Татьяна Николаевна, в историю», — вздохнула она обреченно. Бабуля моя говорила: «Не успела кошка умыться, как гости наехали!» То ни одного кавалера, а тут, уж, выбирать приходится!»
  Было очень любопытно посмотреть, что в этом саквояже. Но сказано же: «ни в коем случае не открывать»!


 Глава шестая.

 
   Тимофей действительно считал дни и часы до встречи с Татьяной. Она ему нравилась всегда, сколько он себя помнил. Просто, когда человек находится рядом долгое время, то привыкаешь к нему и не понимаешь, насколько он тебе дорог.
  В юности своей, увлечённый авиацией, он считал, что «Первым делом, первым делом самолёты, ну, а девушки, а девушки потом!» С этим и расстался с Таней после окончания школы. Мечта привела его в город Армавир в авиационное училище. В Армавире он и встретил свою будущую жену Екатерину. Познакомились на танцах в пединституте, куда пришли чуть ли не всем курсом. Молодые, красивые курсанты, скучающие по женскому обществу, сплошь занятые то тренировками, то учебой оказались там, как в «цветнике»! Глаза разбегались тогда у парней и девушек в поисках своей половинки. В пединституте, как правило, учились почти одни девушки. Вот и организовало руководство для них эти танцы. Работа в школе вряд ли отпустит учителей на подобные мероприятия. И остались бы они, как многие учительницы, одинокими.
   Нет, Катя ему тоже понравилась и жил он с ней потом хорошо, душа в душу. Но о Тане вспоминал частенько. Так бывает, нет-нет, да и сравнивал Екатерину с Таней. Признаться, сравнение это было не в пользу Екатерины, но обещаний Татьяне он никаких не давал, они даже не целовались, а вот Кате успел столько «нагородить», что делать нечего. Держи слово, если мужик! И он держал своё мужское слово. Катя без памяти влюбилась в него, в его голубые погоны, и уж ни на шаг от себя не отпускала. Разлучила их только её смерть.
  Тимофей в лихие девяностые чуть совсем не потерял работу, но дослужил-таки до пенсии. Военные лётчики рано выходят на пенсию. 
  После встречи с Таней Тимофей будто заново начал жить. Это состояние можно сравнить с появлением на небе радуги после грозы. Когда измученное одиночеством сердце, омылось горькими слезами, смирилось с неизбежностью утраты. И вдруг поверило в то, что жизнь не окончилась и может ещё порадовать!   Тимофей стал уговаривать Татьяну приехать к нему, ведь как ни как, Подмосковье — центр России. Звонил почти каждый день, пока не убедил её наконец отправляться в дорогу.
  Так повелось со времён Великой Отечественной, что в России не хватает мужиков. И Тимофей, вдовец, видный мужчина, добрый хозяин, давно приглянулся многим женщинам в посёлке. Среди них более всех он нравился Анастасии, его соседке. Ещё при живой Екатерине она не упускала случая разговорить его, чтобы обратить на себя внимание. Всё усердие соседки шито белыми нитками. Понятно было Тимофею, в чём её интерес, ухмылялся в усы и на пустое не вёлся. Теперь же и подавно взялась Анастасия соседа охаживать.
  Ближе к вечеру прибежала, принаряженная, стучится в окошко, мол, помоги Тимофей! Свет в избе погас. Больше некого просить. Ни телевизор посмотреть, ни бельё погладить…
 Что же делать, помог, пробку вкрутил, да не отпускает Анастасия. Приглашает к столу, чай пить. Не отказываться же ему от душистых пирогов на столе!
Угостила, да ещё и с собой в пакет дюжину положила.
Едва ноги унёс;) Пироги пирогами, но не люба она ему…



 Глава седьмая.


  Новая попутчица у Татьяны Николаевны была очень словоохотливой. Всё ей бы разузнать, замужем или свободная, детки есть или нет, а о себе ни слова. Только почему-то Татьяна Николаевна не верит ей. Нет в её словах искренности, глаза, как оценщики товара на базаре, бегают туда-сюда, что-то высматривая.
   «Саша, как он там?» Вот о ком теперь беспокоится Татьяна Николаевна. Уклоняется от очередного вопроса, извиняется, ложится на подушку и закрывает глаза. Засыпает незаметно для себя под перестук колёс. Глубокой ночью проснулась, вышла ненадолго из купе.
  Возвращается и наблюдает такую картину: нижняя полка Татьяны Николаевны поднята, сумка её открыта, попутчица лежит на полу, на боку, изо рта и носа пена, а перед ней открытый саквояж Александра.
 «Он же говорил, что открывать его было нельзя ни в коем случае. Поди не зря. Лежит теперь женщина в обмороке или совсем не дышит? Что же есть в нём внутри, что привело её в такое состояние?»
 Татьяна Васильевна на всякий случай закрывает своё лицо полотенцем и захлопывает саквояж. В последнее мгновение замечает в полумраке купе перламутровое свечение внутри и едва ощущает запах камфары. Она прячет саквояж опять в своей сумке, опускает полку и вызывает проводницу, чтобы помочь пострадавшей.  Понятно, что женщина, вероятно, воровка, но ведь человек же…
  Проводница пыталась нащупать пульс женщины и сказала, что, увы, его не ощущает. Стала звонить начальнику поезда. И тут же на первой станции по пути следования в вагон вошла бригада дежурных медиков. Обнаружилось, что попутчица всё-таки жива, возможно с ней приключился эпилептический припадок. Татьяну Николаевну опросили. Она объяснила, что нашла женщину в таком состоянии, когда вставала ночью по нужде. Паспортные данные Татьяны Николаевны, и показания её быстро записали.
 О саквояже Александра, понятно, она не сказала ни слова. Попутчицу погрузили на носилки со всеми вещами и далее в машину скорой помощи у вокзала.
  Татьяна Николаевна же долго не могла сомкнуть глаз. Что же такое в этом чёртовом саквояже, что человека с ног валит? Придёт ли в себя попутчица?
 И зачем ей, Татьяне Николаевне, всё это? Было очень страшно.
К Александру-то не подойти и ни о чём не спросить… Она не знает даже, в каком он купе. Да и ночь глубокая. Спят все.
А, если бы она сама из любопытства приоткрыла крышку? Что бы сталось с ней? Какому же риску подвергает её Саша! Разве можно так с любимыми?
И вообще, любил ли он её когда-нибудь на самом деле?
Что-то не припоминается особого внимательного сердечного отношения с его стороны.
 Лежала с открытыми глазами, наблюдая за огнями, бегущими по стенам. И казались они Татьяне строчками повести её жизни, миражами её несбывшихся надежд.
 Как непрочно их видение, не поймать реальность, не остановить мгновение. По щекам бежали слёзы и не было конца печали…
 Вдруг с воем промчался встречный поезд, разрывая привычное видение и наполняя пространство грохотом колёс. И Таня села на постели, поспешно вытирая слёзы.
 Ведь всё так хорошо начиналось… Расскажи она подругам обо всём, не поверят!
 Надо остановиться, вернуться к точке отсчёта, когда она решила отправиться к Тимофею и сердце её наполнялось радостью от предвкушения встречи с ним и ни с кем, ни с кем другим…
  Рассказывать ли ему всю правду о неожиданной встрече с бывшим супругом, о саквояже и женщине – воровке, дерзнувшей его открыть?
  Если бы не было этого последнего трагического случая, она бы, возможно, придумала что-то правдоподобное, чтобы лишний раз не волновать Тимофея. Но теперь бедная женщина пребывала в полной растерянности. 
«Надо прежде успокоиться!» — решила она.
 Открыла свою сумочку, чтобы найти успокоительные таблетки, как рука наткнулась на иконочку.
  И пришли на ум слова Елены Ивановны: «В трудной ситуации, мы часто не понимаем, что бог всегда рядом и только ждёт нашего обращения к нему».
  «Господи, помоги мне, научи, как поступить правильно! Я так устала за эти годы от одиночества… Милосердный, помоги!»  – взмолилась она в душевном порыве, будто тонула в пучине вод и хваталась за соломинку. И слова-то молитвы родились как-то сами собой.
  Посмотрела в удивительные очи Богоматери, внимательно разглядывающие Татьяну Николаевну…
  О, да это не она пожелала на Богородицу посмотреть, а Пречистая ею интересуется!..
  Даже страшно стало… Живая-живая! Таким рентгеном душу просветила!
  Вспомнилось, что говорили об иконах, как о вратах в иное измерение. Но прежде-то сколько раз смотрела и ничего такого не открывалось! Видимо, настало время явиться благодатной силе свыше…
 Рядом с ней любая ложь разоблачается и становится грязным мерзким пятном.
Сердцем почувствовала ответ на свой вопрос: надо рассказать всю правду Тимофею. На лжи новых отношений не построить. Да и его проверить. Готов ли взять Татьяну со всеми её проблемами и вместе преодолевать житейские трудности?
  Стало спокойнее на душе и таблетки не понадобились. Достала белую салфетку, аккуратно обернула ею иконочку.
  Но бессонная ночь сделала своё дело: под глазами тёмные круги, вид помятый.
  А Александр вышел из поезда утром, и Татьяна Николаевна сама видела, как он спешно покинул соседний вагон вместе со своим спутником. Было это километров за сто до Москвы.
 Прошёл мимо окна, легкомысленно подмигнул ей, напуганной и растерянной, типа «всё хорошо»! И когда уже мужчины собирались спуститься в подземный переход, к ним подошли какие-то люди, видимо, встречающие.
 Поезд тронулся и рассмотреть, что было потом, не удалось.


 Глава восьмая

 
  На Ярославском вокзале она прежде увидела яркое облачко прекрасных роз, а уж потом и лицо счастливого Тимофея.
И Татьяне Николаевне бы действительно радоваться, но после всего случившегося прошлой ночью, выглядела она озабоченной. В воздухе по нарастающей прибавлял летний зной и, казалось, поднимал градус нервного напряжения.
  Предложила: «Тимофей, нам надо с тобой переговорить, мне нужен твой совет».
 Чувствуя, что за эти дни что-то произошло неладное, он весь напрягся. Смешно задёргались кончики его усов. Но просьбу выполнил. Пригласил в уютное кафе неподалёку.
  «Уж, не передумала ли, Таня», —думал он. Сердце его встревожилось.
 – Что, Таня, «ждала сова галку, а выждала палку»? Уж не мил я тебе совсем? –- спросил он её, замирая от страха, услышать утвердительный ответ.
  – Ой, Тимофей, не о тебе речь! Тут такое в дороге приключилось! 
И Татьяна Николаевна рассказала всё без утайки о неожиданной встрече с бывшим супругом, о его просьбе, саквояже и о женщине-воровке…
  Не сказала она ни слова о своей, было вновь вспыхнувшей любви.
  Но Тимофей и так обо всём догадался. Был бы молод, может быть, вспылил, а теперь, по прошествии стольких лет и потерь, научился с благодарностью принимать подарки судьбы. Рядом с ним была Его единственная, о которой мечтал. Всё ещё хороша собой, женственная, нежная. С ней связаны его дорогие детские и юношеские воспоминания. Чего ещё желать? Да, она беспомощна, напугана.  Сумел бывший муж своими подвигами голову вскружить!..
  Не поверил Тимофей ни в какое-то задание Александра, ни в шпионов.
   И твёрдо дал совет: «Необходимо с этим ценным грузом сразу в ФСБ отправляться!» 
Так и сделали.


 Глава девятая


  Татьяна Николаевна рассказывала следователю о своей встрече с бывшим супругом. Описала всё в мельчайших подробностях на бумаге. Передала саквояж для исследований и адрес назвала, куда должна была его доставить. Сообщила, где примерно Александр вышел вместе со своим спутником.
  Пришлось и Тимофею давать свои показания, мол, когда познакомился с Татьяной Николаевной и так далее…
  Здесь же справились о здоровье женщины, которая была снята с поезда дежурной бригадой медиков.
Её едва удалось спасти. К счастью, помощь подоспела вовремя. В последствии диагностировали сильное отравление боевым отравляющим веществом. И уже начали расследование, кто отравил женщину. Татьяна Николаевна могла стать подозреваемой номер один. Получается спас её Тимофей от страшных последствий, потому что привёл вовремя, куда следовало.
    Оказалось, что в саквояже имелся секрет.
  Неудачливой воровке была сделана инъекция автоматическим шприцом, встроенным в крышку. Внутри саквояжа находились необработанные алмазы. Их-то и надо было доставить по определённому адресу. Знающий о секрете, должен бы был предварительно нажать на тайную кнопочку, чтобы игла с инъекцией спряталась.  Александр Копьёв не предупредил об этом бывшую супругу.
Потом он объяснял цинично: «Говорил «нельзя открывать саквояж», значит нельзя! А, если сунет свой нос, куда не надо, то что же, … Лишние свидетели…, сами понимаете. Но она всегда мне во всём доверяла».
  Александр Копьёв познакомился с нелегальными добытчиками алмазов в одной из своих научных экспедиций. Вступил с ними в сговор и давно уже занимался транспортировкой алмазов. Поднаторел в этом деле. И состязаться с ним, раскрывая его преступления, было совсем непросто. Ум его, изобретательный и склонный к аналитическому мышлению, мог предугадать действия оперативников на несколько шагов вперёд.
   Копьёв опасался ареста и обыска. Чувствовали сообщники шкурой своей погоню. И она их настигла при выходе из поезда. «Да алмазы-то тю-тю, нет никаких алмазов!» Докажите, мол!
И саквояж он обтёр старательно, убирая свои потожировые следы, якобы смахивая опилки.
 Но Татьяна Николаевна нашла в карманчике салфетку с нацарапанным адресом, которую из-за случая с попутчицей позабыла выбросить. На них-то и потожировые следы Копьёва сохранились, и адресок сам по себе — ценная улика против него.  Любил Александр Копьёв только себя, но возвращаться к Татьяне действительно собирался. Понимал, что на старости лет человеку нужна семья, надёжная пристань.
  Он узнал Татьяну Николаевну ещё в зале «Билетные кассы» и со своим сообщником разыграл весь этот спектакль про шпионов ради того, чтобы использовать любящую и доверчивую женщину курьером для перевозки драгоценных кристаллов «в тёмную».  И «заработать для неё же к пенсии на безбедную жизнь».
 «И эта «дура набитая», как потом говорил о Татьяне Николаевне, самоуверенный, в прошлом действительно научный сотрудник Александр Павлович Копьёв, — отправилась в ФСБ!»
 Посылая Татьяну Николаевну по московскому адресу, Копьёв, не знал, что её бы там встретили сотрудники органов безопасности, давно уже подозревающие, что в том месте курьеры - преступники оставляют свои грузы для дальнейшей их переправки.
И стала бы она не иначе, как сообщницей.
—Как до жизни такой дошли Вы, Александр Павлович Копьёв? — спросил следователь.
—Ответ банальный: надоело существовать на жалкое жалование. Рядом с богатствами находиться, а самому в нищете проводить свои дни— разве, справедливо?
  Слава богу, Тимофей, военный человек в прошлом, не растерялся, поддержал Татьяну Николаевну в трудной ситуации дельным советом.
  Но не расскажи она Тимофею всей правды, неизвестно, что бы потом случилось.
    Живут теперь Татьяна и Тимофей в Подмосковье, хорошо живут.  Сказать, что, прям, как в сказке, наверное, не правильно. Жизнь всегда найдёт, чем людей испытать.
  Пришлось Татьяне побороться за Тимофея-то с соседкой Анастасией.  Но это уже совсем другая история…

  Да, чтоб не забыть, через месяц молодожёны Антон и Вероника привезли к ним любимую Дусю с щенятами! Сколько радости –то было для Татьяны Николаевны, Дуси и её потомства!

(Опубликовано в сборнике произведений минусинских писателей "По тропинкам детства".М.,2026)