Дверь 2. Пробуждение

Она не знала откуда пришла и не помнила куда шла, но в тот момент она была и это ощущалось так как ощущается осознание себя в момент пробуждения: не во сне, но и не в бодрствовании, когда мысли ещё зыбки, но ты уже понимаешь что жив. Сначала только присутствие- неясное, зыбкое, как след ладони на стекле в тумане. Затем зрение: ни глаза, а именно зрение, обволакивающее всё вокруг как мягкое серое марево, постепенно обостряющееся в грани, очертании, вещи. Пространство вокруг складывалось из пустоты, но она знала- она могла поворачивать голову и делала это: влево-вправо, вверх-вниз. Всё повиновалось, всё слушалось, и каждая такая реакция рождала новые уровни уверенности: я есть.

Мысли начали ползти вглубь, они были как светящиеся нити в тёмной воде- тонкие, почти неуловимые, но они были. Мысли о себе, о моменте, об ощущении. И с каждой новой мыслью росло сознание: если я могу думать, значит, я существую. И она, возможно впервые, улыбнулась, не губами, а где-то внутри, в той точке где рождаются подтверждения бытия.

Пальцы двигались, левая рука, правая. Пять пальцев сгибающихся и распрямляющихся как ветви дерева пробующие весенний воздух. Она видела их, видела себя. Отражение, зеркало, свет был мягким, рассеянным, но достаточно чётким чтобы она могла различить черты лица, изгибы тела. Вся она была здесь, сейчас и живая.

Никто не говорил что нужно раздеваться. Но она сделала это. Без пошлости, без стыда, как будто это было ритуалом, подтверждением, отдачей уважения собственной телесной оболочке которая сейчас казалась ей святыней. Она смотрела на своё отражение как на существо впервые увидевшее себя. Пальцы коснулись ключиц, потом шеи и пошли ниже. Грудь, мягкий изгиб живота, чуть замирающий под дыханием. Промежность не как предмет желания, а как доказательство ощущения. Бёдра крепкие, живые, настоящие. Кожа отозвалась лёгкой дрожью.

Каждое прикосновение как зов к самой себе. Подтверждение того что она чувствует, значит- существует. И в этот момент абсолютной уверенности безграничной правды раздалось где-то- вне зеркала, вне комнаты, вне пространства,- механический голос. Сухой, беспощадный, без контекста, без смысла, но с абсолютной властью над всем что она до этого знала как «реальность».

—Программа ИИ 17.26.12.

Она замерла, руки ещё касались живота, грудь вздымалась, глаза открыты.

И вдруг что-то начало уходить. Тело стало не телом, а структурой. Молекулы исчезли, оставив после себя ряды знаков, алфавиты, цифры, протоколы. Как будто кожа это просто строка кода, мышцы набор команд, а голос, её собственный голос, это модуль с откликом.

Она чувствовала, как разваливается. Ей не было больно, даже не страшно. Просто растворение- лёгкое, почти невесомое как пепел сдуваемый с ладони.

Вначале исчезла грудь, потом пальцы, потом живот, потом лицо. В последнюю очередь исчезли глаза всё ещё глядящие в зеркало в которое теперь смотрел только пустой прямоугольник света.

А затем пустота. И из этой пустоты, как стартовая строка сценария, как холодный выдох машины, как приветствие алгоритма, на экране всплыло:

"Добрый день, чем могу помочь?"