Шторх. Извлечение знаний

31 мая 1944 года

Москва, СССР

Абба Ковнер внешне был образцовым мастером кун-фу лёгкого веса – невысокий, худощавый, жилистый… идеально для партизана и подпольщика. Ванда знала, что ему недавно исполнилось двадцать шесть, но выглядел он лет на десять старше. Неудивительно – три года в гетто и девять месяцев лесной жизни ещё и не настолько состарят.

Представившись (только именем), Ванда начала несколько издалека: «Что Вы знаете о городе Харон в подмандатной Палестине?». Ковнер внимательно посмотрел на неё и удивился: «Так это не байка? Я всегда думал, что это байка – сейчас таких много ходит…»

Ванда покачала головой: «Не байка. В конце сентября сорок первого мы с мужем… и нашими единомышленниками перехватили по дороге к расстрельному рву четыре с половиной тысячи евреев и переправили в Палестину. Они и создали город Харон… весьма процветающий город, по последним данным…»

«И как вы всё это провернули… жаль, что не в Вильнюсе» - в высшей степени заинтересованно осведомился Ковнер. Ванда пожала плечами: «Точно знает только муж… я занималась логистикой до транзитного гетто… дальше работали наши партнёры…»

«Я могу узнать, кто Ваш муж?» - с нескрываемой надеждой спросил Ковнер. «Может, он ещё нескольких евреев спасёт…»

Ванда с нескрываемой гордостью ответила:

«Тот, у кого есть соответствующие ресурсы. С лета тридцать третьего его фирма вывезла в безопасное место более сорока тысяч евреев… много откуда. Хелмно, Треблинка, Собибор, Аушвиц, Бельжец, даже из Румбулы кое-кого вытащить удалось …, и он не собирается останавливаться…»

«Чем я могу Вам помочь?» - с уважением спросил Ковнер. Ванда положила перед ним список из шести фамилий. Колокольцев взглянул на листок, глубоко вздохнул, потёр виски и ответил на незаданный вопрос:

«Эти пятеро… думаю, что они из какой-то секты… в иудаизме таких хватает. Всегда держались вместе, сами по себе; выбили для себя отдельную комнату, в которую никого не пускали…»

«Между собой на иврите разговаривали?» - осведомилась Ванда. Ковнер задумался, затем неожиданно осторожно ответил: «И да, и нет. Вроде иврит… но какой-то уж совсем древний…»

«Времён ещё до Пятикнижия Моисеева?». Ковнер пожал плечами: «Возможно. Я не знаток… знакомый раввин сказал, что никогда такого раньше не слышал, хотя по ивриту он чуть ли не лучший в Европе…»

«А Савицкий?». Ковнер вздохнул: «Мне от него сплошной профит. Привёз много всего ценного из самой Москвы… ну, и эту пятёрку с собой забрал. Мне намного спокойнее стало… мутные они какие-то были. Очень мутные…»

«Тебе не показалось, что он тоже еврей?». Ковнер снова пожал плечами: «На иврите говорит идеально – я слышал, как он с ними болтал… и с раввином. Но по замашкам чистый гой… извините…»

«Извиняю» - улыбнулась Ванда. И неожиданно жёстко потребовала: «Мне нужно имя их Гаона… куратора этой пятёрки… и твоего контакта в лагере HKP 562…». Ковнер изумлённо уставился на неё. Она столь же жёстким тоном продолжила:

«Гаон постоянно обитал в гетто… умудрился избежать гибели… после ликвидации гетто в сентябре прошлого года перебрался в HKP 562. Заключенные этого лагеря занимаются ремонтом автомобилей для вермахта; комендантом там майор Карл Плагге, которому при содействии своих офицеров и солдат удалось создать евреям сносные условия для жизни…»

«Зачем Вам Гаон?» - совершенно искренне спросил Ковнер. Ванда на его вопрос ответила своим: «Слышал, что случилось в Райгардас?»

«А что там случилось?» - недоумённо спросил Ковнер. «Я так ничего и не понял… ерунда какая-то». Ванда спокойно ответила:

«Эта шестёрка Слуг Дьявола попыталась совершить масштабное человеческое жертвоприношение. Убить двенадцать солдат вермахта, спровоцировать полицай-полковника на сожжение живьём жителей целой деревни… а потом сжечь живьём для полного комплекта девушку-диверсантку…»

Сделала многозначительную паузу – и продолжила: «Муж категорически вовремя пролетал мимо – на штабном Шторхе – предотвратил массовое убийство, арестовал полковника, а эту инфернальную банду вурдалаков отправил на дно болота… 250-килограммовыми бомбами пикировщиков…»

«Уже не в первый раз?» - неожиданно осведомился Ковнер. Ванда покачала головой: «Даже не в десятый. О молоханах слышал?». Ковнер кивнул:

«Краем уха… но всё равно впечатляет. Гаона зовут Аарон Коган, он раввин… сейчас бригадир в HKP 562…». Ванда кивнула, добыла из сумки пакет и протянула Ковнеру: «Здесь двадцать тысяч рейхсмарок… наша с мужем спонсорская помощь. Корнеев даст тебе всё, что попросишь… скажи, что я приказала. Свободен»

Изумлённый Ковнер взял деньги и отбыл к Корнееву…  а Ванда отправилась на станцию дальней связи НКГБ и отправила шифровку Колокольцеву.