Шторх. Новая инкарнация

04 июня 1944 года

Москва, СССР

Граф Вальтер фон Шёнинг появился в кабинете Ванды настолько обыденно, что, казалось, он меньше часа назад покинул собственный. Хотя Ванда знала доподлинно, что добирался он из Берлина сильно кружным путём – через Францию, Ирландию, Лондон… в точности как это делал Колокольцев (и сделала сама Ванда 14 месяцев назад).

На вахте граф предъявил удостоверение на имя подполковника госбезопасности Антона Салтыкова… что Ванду совершенно не удивило. Ибо это было одно из имён, которыми регулярно пользовался граф в бытность свою (в основном) графом Антуаном де Сен-Жерменом.

Хотя его настоящее имя было Луций Корнелий Пулл и он был лично знаком и с Иисусом Христом, и с Понтием Пилатом… и со всеми остальными персонажами новозаветной истории (Святой Апостол Павел вообще был его личным агентом).

«Гаона взяли?» - осведомилась Ванда. Граф вздохнул: «Взяли, конечно. Живым».

«И что он рассказал?». Фон Шёнинг пожал плечами: «Ничего интересного – всё было совершенно предсказуемо. Они постоянно пробуют разные варианты открытия ворот в Ад, постоянно терпят неудачу…»

«… но упорно продолжают грызть кактус» - усмехнулась Ванда. Граф вздохнул:

«Они не могут остановиться… это намертво вбито им в мозги и всё остальное…»

«Почему у Девы не получилось добить Зло на болоте?». Фон Шёнинг бесстрастно ответил: «Зло было слишком сильным, его нужно было утопить… а пикировщики появились только пятьсот лет спустя…»

«Как его ликвидировали?». Граф усмехнулся: «А ты догадайся…»

«Отвезли в Райгардас, заперли в ящик, всё объяснили жителям и живьём сожгли?». Фон Шёнинг рассмеялся: «Садись, пять… в смысле, так оно и было»

«Сюрпризов не будет?». Фон Шёнинг покачал головой: «Гаон существо неглупое, знал, с кем имеет дело и что всё равно заговорит… да и места такие уникальны. Ему просто повезло – он забрёл на это болото ещё до гетто… и почувствовал. Но не знал ни точно, где… ни дороги на остров…»

Ванда кивнула: «А искать без карты – значит гарантировано утонуть». Граф кивнул и осведомился: «Что о Ковнере думаешь?». Она мрачно вздохнула; «Инфернальный он… мы с ним ещё наплачемся…». Она как в воду глядела.