Эстетика шахматного этюда

      В наш прагматичный век про красоту часто забывают. Продукт творчества есть - этим и довольны. Ведь он, продукт, всей своей массой, презентабельностью, знаком качества, упаковкой, успешной подачей на рынке вполне удовлетворяет запросам покупателей. Чего же еще? Красота, изящество, тонкие линии и очертания - это, конечно, хорошо, но "сыт" всем этим не будешь. Да и не так уж требуется все это сейчас от творца произведения. Да и сам творец таких задач зачастую не ставит. Что получится - то и получится, всё равно всем Леонардо да Винчи не стать, в историю не войти, к вечности не прикоснуться. Мы знаем свою школу, свой стиль, свой манёвр - ну и уж как-нибудь что-нибудь отработаем. Так отработаем, как умеем.
      Вот и в шахматной композиции "материя" зачастую одолевает дух. Тяжеловесные этюды, многоходовые задачи без тени изящества. Много побочных вариантов. Компьютер  подтвердил, что всё чисто, опровержения нет - выходит, все хорошо, работа сделана. Но это ведь именно "работа", а никак не произведение искусства. Она в веках не останется, ни в какие анналы не войдет, никто про нее вскоре не вспомнит. А шедевр будут тиражировать постоянно - в учебниках, хрестоматиях, сборниках. И восторгаться им будут все на протяжении веков. Потому что красота побеждает сама собой.
      Финал этюда Абрама Соломоновича Гурвича ("Бакинский рабочий", 1927). Парадоксальная позиция, когда два коня неизбежно матуют короля, окруженного двумя конями и пешкой. Чистый цугцванг, классический, исключительно изящный. Любой ход любого черного коня ведет к мату. Более того, белые и при своем ходе выигрывают, пойдя куда-нибудь королем и передав ход сопернику... А ведь решение этюда состоит всего лишь из четырех ходов (только что был сделан ход 4. Кh7-g5). При этом белые успели еще и ферзя пожертвовать. Красиво - что тут скажешь. Яркое, убедительное доказательство того, что шахматы - это еще и искусство."Остановись, мгновенье! Ты прекрасно!" - хочется сказать вслед за классиком.