Арктур

     Эта история произошла за несколько лет до событий, описанных в главе «Сироты».
     Это — Деревянная Лисица, небольшой, тихий и уютный посёлок городского типа на Земле.
     Представь себе, читатель, прохладное, пасмурное осеннее утро. Шёл в школу шестиклассник Арктур. У него — светлые волосы с чубчиком, белые шапка, куртка, рубашка и брюки.
     Школьник, перейдя дорогу, вдруг увидел во дворе драку. Дрались хорошо знакомые ему пятиклассники, которые получают в основном тройки. Он гораздо лучше них знал, что эти драки миру лишь вредят, но эти пятиклассники по-другому, к огромному сожалению, общаться не умеют. Поэтому он, Арктур, был гораздо разумнее них, понимая, что они так лишь навредят друг другу. У них есть СЛОВО и РЕЧЬ, а они ИМИ не воспользовались! Скажи на милость, дорогой читатель, кто разумнее: Арктур, понимающий бессмысленность и пагубность этой драки, или глупые школьники, рискующие попасть в травмпункт?! Арктур знал, что Разум — это не письменность, компьютеры, интернет и тому подобное, а Дружба и Гармония в отношениях между людьми и Природой, что путь к Миру во Всём Мире никак не может лежать через войну и оружие. Мудрый Арктур понимает, что галка, которую он только что увидел, прекрасно знает, что она разумнее некоторых людей на Земле, ибо не может придумать мерзость, подобную атомной бомбе, не станет причиной вооружённого конфликта, и не произойдёт из-за неё какая-нибудь экологическая катастрофа вроде той, что случилась на Чернобыльской АЭС. Так что в вопросах «разумности» надо ещё разобраться.
     Первым уроком сегодня у него была биология.
     — Скворцов, какое было домашнее задание? — спрашивает Арктура Алла Борисовна, высокая, хмурая, вечно чем-то недовольная брюнетка лет пятидесяти в белой рубашке и чёрных брюках.
     Ученик гордо вышел к доске.
     — Отношения человека и Природы.
     — Правильно. Рассказывай.
     — В начале была Природа, и Она вечна, и Она создала не только людей, животных и всё живое, а также и всё существующее. Все люди — сыновья и дочери Природы и одна семья. Природа нас создала, и поэтому мы не вправе себя считать хозяевами мира, ибо не может младенец распоряжаться своей матерью. Природа нам даёт, а мы обязаны Ей возвращать то, что мы у Неё взяли. Именно Она правит всем миром, а не человечество. Все Её творения равны перед Ней, и Она не знает ни «высших», ни «низших»; Она любит всё живое вне зависимости от вида; важна лишь способность существа чувствовать и страдать. Люди грешны, а Она — нет. Природа и есть Бог. Каждому из нас воздастся по делам нашим: и атомные бомбы, сброшенные на Хиросиму и Нагасаки, и Чернобыльскую катастрофу, и Холокост Она нам когда-нибудь напомнит. Ведь «другие» животные не способны совершить такие страшные грехи и поэтому разумнее людей. Человечество нарушило Порядок Вещей, неписаный Закон Природы, по которому живёт этот мир, и тем самым ставит под угрозу своё существование.
     Алла Борисовна слушает и не хочет останавливать Арктура: настолько он её заинтересовал.
     — …Либо человечество исправляет последствия своих грехов, либо будет конец света. Ни одно «другое» животное не стало причиной такого количества экологических катастроф (откройте Красную Книгу, которой они не ограничиваются, и Вы сразу поймёте эту мысль), как Homo stupidus («человек невежественный»); да, это выражение я придумал.
     — А откуда ты это взял? Латынь выучил?
     И Арктур рассказал про драку, которую видел сегодня утром. И, закончив рассказ, он стал объяснять глубокий смысл придуманного им латинского выражения:
     — На самом деле я латынь плохо знаю; просто взял два слова из русско-латинского словаря, и всё. Лучше каменный век и Мир во Всём Мире, чем войны и технологии. Разум — это не письменность, технологии, компьютеры, интернет и тому подобное, а дружба и Гармония в отношениях между людьми и Природой: мы можем дружить и поддерживать эту Святую Гармонию, оставаясь неграмотными. Дружба — это простое отсутствие вражды и неприязни. Путь к Миру во Всём Мире никак не может лежать через войну, которая всегда братоубийственна, ибо всё человечество — это одна огромная семья, которая создана Природой: каково смотреть матери, как её сыновья ненавидят и убивают друг друга?!?!? И именно поэтому каждый из нас, кто Воистину Разумен, непременно будет пацифистом. Так что в вопросах «разумности» надо ещё разобраться. А «другие» животные живут без письменности, не способны взяться за оружие, не мнят себя выше Природы, Которая их создала… Врачи, желая нам добра, постоянно твердят про человеческие вредные привычки, но слушают их не все. Тот, кто игнорирует их, убивает себя и этим приносит себе и своим родным и друзьям лишь вред. А Разумные никогда не будут причинять вред.
     Алла Борисовна была изумлена:
     — Спасибо большое за такой ответ. Садись, 5.
     Но Арктур не мог остановиться:
     — Либо человечество оправдывает свою разумность исправлением последствий и устранением причинённого вреда, либо никакой речи о разумности быть не может…
     Староста Соловьёв, придя домой, пересказал этот ответ своему старшему брату Денебу:
     — Знаешь, брат мой, я завидую Арктуру. То, что Алла Борисовна ему пятёрку поставила, меня удивляет сильно, ведь, как ты знаешь, она большинству тройки ставит, а если она поставила четвёрку, то это значит, что ученик сильно её впечатлил.
     — Понимаю. Я тоже ему завидую. Она мне всегда тройки ставила. А о четвёрке речь идти не могла.
     Два месяца спустя Арктур рано утром шёл в школу. По дороге ехал знавший его велосипедист Денеб на слишком высокой скорости и сбил шестиклассника. Этого, к сожалению, никто сразу не заметил. Спустя тридцать минут Арктура встречает Самаритянка, которая тотчас вызвала «скорую». Школьника увезли, операция длилась долго, очень долго, Самаритянка всё это время сидела и никуда не отходила. И через пять часов выходит к ней медсестра и спрашивает её:
     — А вы кем парню приходитесь?
     — Самаритянкой. Случайная прохожая я. Даже родителей его я не знаю. Увидела его сбитым на асфальте и, не раздумывая, вызвала «скорую».
     — Нам очень жаль. Спасти его не удалось.
     Тем временем родителям Арктура звонили из школы и спрашивали, почему их сын не явился на занятия.
     — Мы не знаем. Он ушёл из дома вовремя, и его телефон не доступен.
     Они, не теряя времени, начали обзванивать все известные им больницы. Час им потребовался на то, чтобы найти сына, и они получили такую страшную новость. Они долго его оплакивали.
     Неважно, было ли открыто дело, но Природа Денеба очень сурово наказала: он вскоре сильно заболел, и его не спасли; следующие пятнадцать жизней ему придётся пробыть воробьём и бояться разных кошек и мальчишек с рогатками, которые всё время будут преследовать и гонять его. Забрать бы у них рогатки и телефоны с играми и интернетом, посадить их за парты и дать им Пушкина, Лермонтова, Есенина, Блока, Чехова и Бунина.
     А Арктур стал синицей. Нет, это — не наказание: пойми, бедный Арктур, не все люди такие злые, как Денеб, этот первобытный варвар!
     Зимой синица эта прилетела в Деревянную Лисицу. Она уже знает, какие бывают люди, и не желает видеть их кормушки: «лучше голодать, чем брать что-либо у тех, кто может быть таким злым, как этот дикарь-убийца». Ослабшую птицу нашла неизвестная школьница и принесла домой. У девочки уже были клетка, поилка и кормушка (она когда-то имела канарейку); она, принеся синицу домой, обнаружила, что подобрала её слишком поздно. Девочка сидела и плакала несколько часов, ибо не успела её спасти. А ей почему-то показалось, что если бы она нашла её раньше, то всё бы было хорошо. Она положила синицу в коробку и похоронила возле своего дома.
     А Арктур родился в Ледяной Звезде, относительно крупном городе на восточном берегу Материка. Ледяная Звезда — это один из самых красивых и больших городов Аррета, где есть красивый парк с арками из деревьев, где у белых белок с бурундуками блестит шерсть, а у воробьёв, синиц и снегирей — перья…
     В пять лет этот несчастный, но очень добрый и очень умный мальчик, одетый в белые футболку и шорты и обутый в белые тапки, пошёл в школу. Его учителем был Орёл, высокий мужчина лет двадцати пяти в белых рубашке и брюках. Несчастного Арктура тогда заметила и запомнила Ласточка. Она имела светлые длинные волосы, была в голубом платье, в белых босоножках.
     В школе, простой одноэтажной постройке без комнат, где были лишь ковёр и шкаф с книгами, все ребята сидят на полу по-турецки, держат книги и учатся читать, а Арктур сидит с книгой и тихо плачет: так Ласточка его и запомнила, желая помочь ему. Орёл это видел и после занятий пошёл к родителям Арктура, Акуле и Сурку. Дома он застал лишь Акулу: Сурок всегда на работе, он уходит до рассвета и приходит после захода солнца. Мать была молодой, красивой девушкой в белой футболке и светло-серых брюках. Их дом двухэтажный: на первом этаже — круглый стол, календарь, окна, диваны, сундуки, печь, раковина, уборная и лестница на второй этаж, где находятся спальня и комната Арктура с шкафом для одежды, кроватью, стулом, столом и большим светлым окном. Во дворе жила коза, и были костёр, баня, огород, сад и сарай.
     Только что началась учёба, кончили праздновать Новый год; был сезон солнца и четвёртый день месяца огня. Стояла ясная, тихая и жаркая погода, которая совсем не радовала несчастного Арктура, который не знал, куда попал. Возвращаться туда, где его убили, он совсем не хотел; с другой стороны, ему очень не хотелось находиться в незнакомом мире, где он никого не знает.
     — Мир тебе, Акула.
     — И тебе мир, Орёл. Что случилось?
     — Сына своего ко мне можешь не приводить больше.
     — Почему? Что он сделал?
     — Он не хочет со мной заниматься. Я не желаю его видеть.
     Орёл, в отличие от Грача, подумав, что Арктуру не нужна его школа, просто прогнал мальчика, не зная его прошлого. Арктур тем временем сидел на своей кровати и горько-горько плакал. Это Акула заметила лишь тогда, когда учитель покинул их.
     — Что ты плачешь? Что с тобой в школе сделали?
     — Орёл приходил? — в слезах спросил Арктур.
     — Да. Он сказал, что не хочет тебя видеть.
     — Что я ему плохого сделал? — Арктур был весь в слезах.
     — Он сказал лишь, что не хочет тебя видеть, и тотчас ушёл.
     В это время мимо них проходила Сойка, милая девочка лет семнадцати с длинными золотыми волосами. Она была в белом платье и синих ботинках и играла на своей Волшебной Дудке, которая подсказала ей, что в доме Акулы и Арктура срочно нужна её помощь. И она постучала в калитку:
     — Мир вам от Сойки. Чувствую, моя помощь кому-то нужна, да?
     — И тебе мир от Акулы.
     И в этот момент из открытого окна выглянул Арктур:
     — Мир тебе от Арктура.
     — И тебе мир от Сойки. Что плачешь, милый? Что с тобой сделали? Кто обидел?
     — Учитель меня в первый день из школы прогнал, — ответил мальчик, спустившись вниз. Плакать он не переставал.
     Сойка обняла его и прошла в его комнату, и после этого он сразу успокоился. Вот она, магия Сойки!
     — Орёл меня прогнал в первый учебный день, — всхлипывал Арктур.
     — У меня времени много, если ты хочешь, то я могу быть твоим учителем. А школа его где находится?
     — На улице седьмой, дом восемнадцатый.
     — Знаю я этого Орла. Тех, кому, по его мнению, у него плохо, он сразу прогоняет. Он — не Грач, который будет любому такому ученику помогать, не теряя надежды.
     — А кто это?
     — Это — основатель порядковедческой веры, я ему и Стрижу помогала построить этот чудесный и добрый мир. Я и про это могу рассказывать. Я могу каждый день к тебе приходить, я могу быть у тебя вместо Орла.
     Это услышала Акула и пришла к ним:
     — Сойка, я слышала ваш разговор и буду очень благодарна тебе за это. Хоть каждый день кофе буду тебе варить.
     — А я буду рада оказать вам помощь.
     — Огромное спасибо тебе, Сойка, спасительница ты наша! — обняла её Акула.
     — Тихо, тихо! Я ещё ничего не сделала! — вырвалась из объятий Сойка.
     На следующий день она пришла к Арктуру в семь часов утра:
     — Мир тебе, друг мой.
     — И тебе мир, Сойка.
     — Чувствую, что ты не первый раз живёшь. Рассказывай, что с тобой было?
     — Ничего хорошего. Жил на Земле. Был конфликт в школе, где я говорил, что Природа вечна, что Она и есть Бог, что Она нас всех создала, что все люди — это одна огромная семья, что человек не вправе считать себя венцом творения, что человечество (там, на Земле) нарушило Порядок Вещей, неписаный Закон Природы, и этим поставило под угрозу своё существование, что человек грешен, а Природа — нет… Далеко не все там понимают, что надо просто не причинять другим и миру вред, и всё…
     Сойка его перебила:
     — Грач этому и учит. Ты дошёл до этого своим умом?!
     — Представь себе, дорогая. Ещё я упоминал такие грехи, для которых на местном языке слов не имеется, настолько там всё страшно… Мне после этого «доклада» одноклассники позавидовали сильно, и старший брат одного из них меня на дороге сбил. Затем я почему-то синицей сделался и прилетел в тот же городок. Знал я уже местных обитателей и не хотел приближаться к их кормушкам. Ослаб сильно, замёрз, меня какая-то девочка в руку взяла, сил улететь не было совсем, но она не успела меня донести до квартиры. А теперь я здесь, на Аррете, где никого не знаю. Да, до этого учения своим умом дошёл. Там, на Земле, ещё иногда вражда между людьми доходит до применения насилия и вещей, специально предназначенных для того, чтоб убивать…
     На этих словах Арктур начал плакать.
     — Бедненький ты мой, — учительница его обняла.
     И она достала свою Дудку и начала на ней играть. Играла она недолго, секунд десять.
     — Не бойся, маленький, здесь всё хорошо, здесь нет таких страшных вещей, — успокаивает она мальчика, закончив играть.
     — Надеюсь, — он ещё не знает местных жителей и поэтому не доверяет им.
     — А про Силы Света и Силы Тьмы знаешь?
     — А что это?
     — Силы Тьмы вечно побуждают нас совершать разные проступки и преступления и причинять вред, а Силы Света учат нас творить лишь Добро. Если мы не будем поддаваться первым силам, то у нас всё будет хорошо. Мы должны давать друг другу что-нибудь доброе и отвечать на это чем-нибудь добрым. Тогда мир станет добрее: не одиночка мир меняет, а всё человечество.
     — Я об этом уже догадывался, когда жил на Земле…
     Следующим утром Сойка решила показать Арктуру порядковедческий храм, который находился, к счастью, не так далеко по меркам крупного города: в двадцати минутах ходьбы. Это было небольшое одноэтажное кирпичное здание с зелёной дверью. Учитель и ученик, войдя, оказались в пустой, светлой и очень большой комнате с несколькими большими окнами и дверьми, где их встретил мастер Сапсан, молодой парень с тёмными волосами и с очень добрым и очень умным видом. Он одет согласно уставу в белую рубашку и чёрные брюки.
     — Мир вам от Сапсана. Сойка, кого ты привела?
     — И тебе мир от Арктура. Я — ученик Сойки.
     — А ты у нас учителем стала?
     — Да, после того, как Арктура прогнал Орёл в первый учебный день. А мальчик очень умным оказался, он до некоторых идей Грача своим умом дошёл, когда жил там, на Земле.
     — Что это за мир, Арктур?
     — Злой это мир. Там лучше не находиться. Там не верят в учение Грача, а некоторым грехам на арретовском языке имён не подобрать, настолько они страшны. Там не все понимают, что всё человечество — это одна огромная семья, что человек не должен считать себя хозяином мира, что для Природы на самом деле нет ни «высших», ни «низших», ибо Она относится одинаково ко всем, кого сотворила: достаточно учесть лишь способность чувствовать и страдать. Я говорил об этом в школе, учительница была восхищена, а ученики мне позавидовали…
     — Не напоминай ему это, — твёрдо сказала Сойка. — Сейчас опять мне его успокаивать придётся. Позавчера у Орла он сидел и плакал оттого, что никого здесь не знал и не мог никому доверять, а учитель, не зная его прошлого, просто его выгнал, не желая ему помочь.
     — Знаю я этого Орла. Пусть лучше другую профессию выберет.
     — Теперь я у него вместо этого «учителя».
     — «Начала» дать почитать?
     — А это что такое? — спросил Арктур.
     — Книга Грача, в которой он описал начало этого мира, как он вместе со Стрижом и твоей Сойкой строил этот Рай. Также ты прочтёшь законы этого мира, выучишь земледелие, ботанику, черчение, арифметику и тому подобное.
     — А где Грач сейчас?
     — Далеко, очень далеко, в Чёрной Белке, которая находится на другом конце Материка.
     — А я так хотел его увидеть…
     Следующим утром Сойка вновь пришла к Арктуру, который был рад её видеть. У неё был на спине белый рюкзак.
     — Мир тебе, подруга.
     — И тебе мир, Арктур.
     — И тебе мир. Кофе будешь? — спросила Акула.
     — Не откажусь, спасибо.
     К счастью, кофе был уже готов, Акула его просто налила и принесла в комнату сына, где они находились.
     — Ты заметил сезон солнца, сезон дождей и сезон гроз?
     — Да.
     — С сезона солнца, месяца огня, и начинается год. Далее следуют месяцы реки, ветра, земли, дерева, металла, камня, неба и солнца. Когда у тебя день рождения?
     — Не знаю.
     — Почему? Как так получилось?
     — Мне про это не говорили. То есть в месяце земли начинается сезон дождей, а в месяце камня — сезон гроз?
     — Да, мой дорогой.
     Через некоторое время она сняла свой рюкзак и показала ему «Начала». Мальчик посмотрел на книгу с широко раскрытыми глазами. Она вызвала у него любопытство. Сойка часа четыре показывала ему арретовскую письменность, учила его читать, применяя для этого свою Волшебную Дудку, и перед обедом ученик прочитал первые слова:
     «В Начале была Природа, породившая Истину, пространство, Землю и Аррет, где нет почти ничего.
     И были вода и суша, небо и звёзды. Материя и дух независимы друг от друга и исходят от Природы, Которая вечна.
     И было солнце, осветившее Аррет, и растения на его Материке, и росли они и ничего иного не умели.
     Так появились Шесть Элементов: Природа, Дух, Время, Свет, Пустота и Материя.
     Солнце родило день и ночь, и сделало их равными друг другу. Затем появилось солнце и у Земли, и растения были на ней.
     И жизнь менялась, и были звери, птицы, рыбы, а затем — и люди. Однажды родился Горностай, которому суждено было стать предком всех живущих ныне людей.
     И Природа дала всему живому разум и рассудок, ибо все для Неё равны. Она не может кому-либо принадлежать или быть чьей-либо собственностью; Она есть для всех и для Себя, и создала Она эти миры и всех нас по Любви Своей.
     На Аррете были леса, прекрасные горы и реки. Всё радует глаз: и самая длинная и самая чистая река Будущего, где можно увидеть своё отражение, и скала Света, где можно увидеть во время рассвета такую красоту, какую не описать ни в одной книге, и множество других чудес…
     Люди селились в пещерах, которых было очень много. Многие из них довольно большие, чтобы заблудиться в них.
     У Горностая был сын Орёл. У Орла были сын Скворец и дочь Чайка. У Чайки была дочь Канарейка, которую она обучила магии, и Канарейка передала эти знания своему сыну Дятлу. У Скворца был сын Дрозд, который изобрёл корзину при помощи длинных листьев и стал сажать деревья.
     У Дятла были сыновья Крот и Волк. Крот нашёл жену Галку, которая открыла глину и из неё сделала абак с углублениями, куда клала небольшие камни. А Волк стал заниматься наукой. Он получил всё знание лишь из опыта: иначе научиться нельзя. Но у него была беда: нет письменности, и поэтому он не мог сохранить знание. Он пытался изобрести её и писать на глине, но никто не мог прочесть эти странные и мелкие значки.
     У Крота и Галки были сыновья Сокол и Ястреб, которые впервые построили шалаш из длинных и прочных веток. Но они были достаточно умны, чтоб сажать новые кустарники и деревья. Шалаши их друзьям и соседям очень понравились, и постепенно пещеры были покинуты людьми.
     У Ястреба был сын Аист, который научился обработке металла. У Аиста был сын Снегирь, ставший первым столяром. У Снегиря была дочь Сова, которая первой стала прясть и вязать одежды, одеяла и покрывала…»
     Акула поднялась наверх, чтобы сказать, что готов обед, и услышала, как читает её сын:
     — МОЙ СЫН НАЧАЛ ЧИТАТЬ?!! — мать была удивлена, ведь она помыслить не могла, что Сойка так быстро это сделает.
     — Да. Это правда.
     — Идите обедать, друзья мои. Там гречка с козьим молоком, тортильи, чай зелёный, хлеб с изюмом, круассаны…
     — А у тебя и коза есть? — спросила Сойка.
     — Да, — улыбнулась Акула.
     На следующий день, когда от счастливого Арктура выходила Сойка, к мальчику пришла Ласточка, которая запомнила его в тот несчастный день, когда его выгнал Орёл. Она тогда тихо и незаметно следовала за учителем, чтоб иметь возможность помочь Арктуру.
     — Мир тебе, Арктур. Помнишь меня, Ласточку?
     — И тебе мир. Нет.
     — Не напоминай это, — строго сказала Акула.
     — А что с тобой было? — спросила девочка.
     — Сначала жил на Земле, там был конфликт из-за идей, случайно совпавших с порядковедческой верой, потом меня убил один из моих знакомых. Затем я стал синицей и не хотел приближаться к кормушкам, зная, какими злыми бывают люди. Меня подобрала какая-то девочка и принесла домой, я не мог вырваться из её рук, ибо был очень слаб, я боялся её… И теперь я здесь, где почти никого не знаю, — заплакал Арктур.
     — А я в тот день незаметно шла за этим недалёким персонажем, ибо хотела помочь тебе, милый, — и она обняла мальчика. — Он меня, к счастью, не заметил.
     Это было на первом этаже, где на столе после ухода Сойки остались чай, хлеб с изюмом, тортильи, круассаны и шоколад.
     — Обедать будешь, милая? — спросила Акула.
     — Не откажусь, спасибо.
     — А ты Океан когда-нибудь видел? — спросила Ласточка.
     — Нет. Это ведь далеко.
     — Не очень. Туда ехать минут пятнадцать на собачьей упряжке.
     — Сначала найди её ещё, — возразил Арктур.
     — Ты прав. Ты всегда таким умным был?
     — Умными не рождаются, а становятся. Почему раньше не заходила?
     — Много заданий было, а вся работа в доме тоже на мне…
     И Арктур её обнял.
     — А ты к этому миру уже привык, да?
     — …
     Ласточка решила не напоминать тот плохой день и села за стол вместе с Арктуром.
     — А порядковедческий храм видел?
     — Видел. Сойка мне это показывала. И с Сапсаном меня знакомила.
     — Да ладно! — девочке было приятно это слышать. — Я тоже его знаю. Я у него недавно была.
     — Сойка говорила, что я ещё там, на Земле, был знаком с учением Грача.
     — Как это?!
     — До некоторых вещей (не до всех) своим умом дошёл. А там мне позавидовали сильно, потому что учительница мне «5» поставила, а другие, как правило, получали «тройки», какими они умными ни были.
     — Океан показать? — предложила Ласточка после обеда, увидев, что появилось солнце.
     — А у тебя много свободного времени?
     — Не очень. Но к шести часам вечера должна быть дома, да.
     Была приятная, тёплая, ясная погода, и ветра не было совсем, когда друзья пошли искать упряжку. Они нашли её быстро, за десять минут.
     — Садись давай! — говорит мальчику извозчик, и Арктур сел в повозку.
     Ласточка заплатила за поездку двадцать пять монет. И через некоторое время друзья увидели Океан, спокойный и бесконечный. Арктур молча стоял и созерцал его, это чудо Природы, боясь пошевелиться. Его подруга тоже наслаждалась Океаном. Так пролетели тридцать минут. И внезапно к ним кто-то подошёл:
     — Мир вам, ребята.
     Это была Сойка.
     — Сойка?! Это ты? И тебе мир! — Арктур не ожидал увидеть здесь свою учительницу.
     — И тебе мир, Сойка.
     — Отдыхаете? Это прекрасно. Я рада.
     — А домой мы пешком пойдём? Втроём?
     — Можем и втроём пойти.
     Друзья шли и наслаждались хорошей погодой и совершенно случайно встретили Орла. Этого они совсем не желали.
     — Мир вам, ребята.
     Ответа не было. «Что я им плохого сделал?», — подумал Орёл и молча пошёл дальше, сделав вид, что ошибся.
     — А ты где живёшь? — спросил Арктур у Ласточки.
     — Улица двадцать пятая, дом первый.
     Когда они дошли до дома Ласточки, была половина шестого. Это заметила Сойка, посмотрев на солнечные часы, которые были на стене соседнего дома.
     К счастью, Сойка и Арктур живут не очень далеко друг от друга, но пришли они после захода солнца, когда были видны звёзды, которые она показывала своему ученику.
     — Мир тебе. Где ты был?
     — По городу с Ласточкой гулял. Потом мы случайно встретили Сойку, которая меня до дома и проводила. Она недалеко живёт.
     — А я бояться за тебя стала, думала, что потеряла тебя, мой милый.
     И мальчик лёг спать.
     Несколько дней спустя был выходной, но отца Арктур не видел. Мальчик и не думал о нём. К счастью, к нему пришла Сойка.
     — Мир тебе.
     — И тебе мир. Чай с блинами будешь?
     — Не откажусь, спасибо. А ты, милый, видел местный парк? Видел белых белок и бурундуков с блестящей шерстью?
     — А разве и такие бывают?!
     Девочка была изумлена.
     — Одевайся, я тебе их покажу. Этот парк недалеко от нас.
     И после завтрака Арктур оделся, и друзья пошли туда. В парке их первой встретила белая белка, которая спускалась с дерева. У неё на ярком солнце блестела шерсть, это мальчик увидел и удивился этому, ведь на Земле он этого никогда не видел.
     — Мир вам, ребята, — поздоровалась белка.
     — И тебе мир, милая, — ответила Сойка.
     А Арктур задрожал от страха: он помыслить не мог, что здесь есть говорящие животные.
     — Не бойся меня, милый, я ведь тебе ничего плохого не сделала, — белка тянет свою лапку Арктуру.
     — Пожалуйста, прошу тебя, оставь, не пугай его, — тихо проговорила Сойка.
     Они пошли дальше, белка хотела следовать за ними, но девочка прошептала ей:
     — Оставь, не пугай его.
     И она достала Дудку. Музыка успокоила мальчика.
     — А как они разговаривать научились?
     — Это давно было, много тысяч лет назад. Природа их тоже речью наделила, как и людей, ибо все для Неё равны. Ты ведь сам до этой теории дошёл.
     — Помню это, помню.
     Затем они встретили скворца с блестящими перьями.
     — Мир вам, ребята, — и он сел Сойке на плечо.
     — И тебе мир, милый, — ответила девочка ему. — Не бойся его, хороший он.
     И птица теперь сидит на плече Арктура. Мальчик никогда прежде не видел таких волшебных животных и боялся их как чего-то совсем непонятного и неизвестного.
     — Что с тобой? Почему ты меня боишься?
     — Откуда ты это знаешь?
     — Я это чувствую.
     Сойка вновь достала свою Дудку, и Арктур от её музыки успокоился.
     — Ты из другого мира пришёл?
     — Да. Но там скворцы и белки не разговаривают по-человечески, а некоторые люди ведут себя хуже диких животных.
     — Пожалуйста, прошу тебя, не напоминай ему это.
     — Хорошо, хорошо, — и скворец был готов улететь.
     — Куда ты? — спросил мальчик с грустью.
     — Я тебе нужен? — спросил скворец, услышав в этом грустном тоне нежелание расставаться.
     — Улица двадцатая, дом седьмой, — Арктур дал скворцу свой адрес.
     — И зачем ты ему это сказал?
     — Чтоб проверить, поймёт ли он меня или нет.
     — А если поймёт и не прилетит?
     — Не знаю…
     И вечером к нему в открытое окно влетел этот же скворец:
     — Мир тебе. Помнишь меня? Мы виделись сегодня в парке, ты мне тогда свой адрес дал.
     — И тебе мир, — мальчик был удивлён: он думал, что птица к нему не прилетит. — Да, помню.
     — Ты с кем разговариваешь? — спросила Акула, услышав голос сына.
     Она поднялась, открыла дверь и увидела скворца.
     — А ты откуда взялся?! — мать прогнала непрошеного гостя, и он улетел.
     — Что ты сделала? Я его сегодня в парке видел. Это Сойка может подтвердить.
     — Спи давай! Спокойной ночи.
     И скворец, несмотря на это, стал прилетать к Арктуру каждый вечер, поняв, что встретил очень доброго и очень умного мальчика, который близок ему по духу и может стать его лучшим другом. А Акула вскоре привыкла к пернатому гостю.
     Так Арктур, несчастный философ из Деревянной Лисицы, пострадавший от зависти, обрёл счастье в другом мире, где невозможны такие преступления, про которые он узнал на Земле. Да, может быть, кто-то скажет, что рано было ему философией заниматься, но он до некоторых идей Грача сам дошёл, своим умом, без чьей-либо помощи, и именно поэтому он заслуживает уважения. Теперь у него всё хорошо, теперь этот Денеб, этот дикий и неразумный варвар, его не найдёт никогда.