Каролин Грейс, например
- Не пропустят ! - суетился вокруг общего писательского стола младшой из Вайнеров. - Это же натуральное кощунство выходит.
- Так и так не пропустят, - пожимал толстыми плечами старшой братан, - пока есть власть совецкая, братка, не пропустят. Так что лишняя капля яда не помешает.
- Ты чево удумал - то ? - понизил голос младшой, присаживаясь на краешек стола. - Глумиться над святынями ? Ветеранство - святыня.
- Ссал я и срал, - вальяжно, словно Лещенко, грассировал старшой, отвлекаясь от писания в стол, - на всё ваше ветеранство, товарищ. Ежели бы вы уровень жизни выжившим подняли, медицину и прочее им бесплатно подогнали бы, то тогда да. А пиз...лить я не хуже их всех умею.
Младшой, вернувшись на свою половину стола, принялся стукотеть на раздолбанной пишмашинке Ундервуд, время от времени кратко всхохатывая. Старшой знал эту привычку, тот ещё со школы не мог удержаться, вечно смеялся и заработал в итоге тройку за год по поведению.
- Чо ржошь ? - всё же спросил старшой, отвлекаемый смешками братана от придумывания советского лохокоста.
- Прикинь, - смеялся младшой, утирая слёзы, - наш Хваткин загулял и проснулся рядом с одноглазой девушкой штукатуром. Решил спьяну, что она гомеровский циклоп, испугался и свалил. А кальсоны свои забыл. Идет такой по улице, тачку ловит, а сам думает, что вот штукатур - циклоп купит в продовольственном батон колбасы, запихает его в кальсоны, сделав поясной бюст бывшего полковника МГБ, я, думает он, так сказать, водрузил, осеняя.
- Действительно, - признал старшой, отсмеявшись, - кощунство. Хорошо, братка, что мы с тобой евреи, с них спрос за кощунство пожиже. Опять же мировой сионизм вступится если чо.
Через час, закончив эпизод с пьяными похождениями палача, младшой спросил :
- А чо ты меня всю дорогу по - сибирски кличешь ? Только чалдоны младшего брата браткой зовут.
Старшой веско усмехнулся, в очередной раз давая понять младшему и осознать своё старшинство и превалирование в творчестве.
- А это от старины пошло, от отечества всей России, братка. Запулили раз нашего деда воевать. Аккурат под Якутском трудовой фронт открыли, вот он семь годов и воевал. Но выжил. А когда вернулся при волюнтаризме на Маскву, так вся синагога удивлялась новой манере его речи.
- Адаптация, - предположил младшой.
- Россия, - не согласился старшой, снова превозвышаясь над братом.
Свидетельство о публикации №226051600492