Оковы

Оковы
Рассказ

Мир на планете Земля.
Год 2161.
Пережив несколько глобальных войн, крупных эпидемий и масштабных экологических катастроф, человечество приняло фундаментальное решение о всеобщем контроле за ходом своей жизненной траектории.
Эта мера была внедрена для того, чтобы в будущем избежать любых факторов, прямых либо косвенных, для возникновения угрозы уничтожения цивилизации.
Ведущими мировыми лидерами была разработана и единогласно принята программа всемирного кодирования жителей Земли.
Большинство назвали это свободой, другие, не согласные, — рабством.
Несмотря на очевидные плюсы данной системы, огромный пласт людей отказался подчиниться утопии добровольной неволи. Это привело к противоборству, которое своими наглядными действиями, спустя всего лишь двадцать лет, укоренило в умах человечества идею о невозможности жизни без тотального надзора.
Практически все противники системы были либо уничтожены, либо сокрыты в блоках сдерживания, где медленно, но верно доживали свой век, без надежды вернуться в реальный мир.
К моменту описанных ниже событий, за отчётный год на Земле фиксировали не более 0,12% инцидентов противодействия системе.
Но в один из пасмурных московских дней всё кардинально изменилось.

Пригород Москвы. 16 октября 2161 года. 05:44 утра.

Когда на пороге нового дня Олег вошёл в подъезд своего дома, его всё ещё неприятно потряхивало. За десять лет службы в полиции он навидался всякого. Но то, что произошло с ним этой ночью, с лихвой перекрывало весь его служебный опыт. Особенно сильно с увиденным сражался его возбуждённый разум. Мозг Олега просто отказывался воспринимать полученную информацию, поскольку в современных реалиях его мира столь жуткое событие не происходило уже много лет.
Странно всё-таки устроен человеческий мозг. Он так быстро привыкает ко всему хорошему, но ещё быстрее отвыкает от плохого. А столкнувшись с немыслимым – попросту отключается, вводя разум в непроницаемый ступор.
- Доброе утро, гражданин ФОТ 12102126! – приветствовал вошедшего голос интеллектуального секретаря.
- Меня зовут Филиппов Олег Тимофеевич, вирусный ты матюгальник! – бросая взгляд на глазок скан-камеры, огрызнулся мужчина.
- Благодарю Вас за содействие в подтверждении идентификационных биометрических данных. – Тут же без тени эмоций ответил электронный голос. – Ваша жилищная ячейка разблокирована. Табельное оружие отключено. Вы сможете воспользоваться им в случае экстренной ситуации, согласно постановлению за номером 14582Э в соответствии закона о полиции...
- Да, да, да!!! – отмахнулся Олег, спешно заходя в открывающиеся двери обшарпанной кабины лифта. – Сто раз уже слышал.
- Приятного времени суток, гражданин ОФТ 12102030. – Попрощался электронный голос.
Двери лифта закрылись, и кабина плавно скользнула вверх.
— Вот же урод! – Выругался Олег вслух. – Мало ему скан-камеры, ещё и образец голоса подавай.
Он вышел на седьмом этаже, свернул вправо, прошёл по коридору двадцать два шага и открыл дверь своей квартиры.
Мутный свет нарождающегося утра безуспешно силился проникнуть сквозь плотно опущенные жалюзи, разрезая внутреннее пространство бледными, словно потерявшими жизненную силу лучиками. Олег закрыл дверь и тут же нажал индикатор блокировки замка. Прислушался. Тишина. Глаза медленно привыкали к полумраку.
- Выходи. Не бойся. Здесь тебя никто не обидит. – Голос Олега прозвучал ровно и спокойно.
Спустя пару секунд от чёрной стены отделился маленький кусочек тени.
- Не уверен. – Совсем ещё детский голос казался строгим.
- Если тебя не засекли скан-камеры, то никто не знает, что ты здесь.
- Ты знаешь. – Мгновенно отозвался голос из тени.
Подобный ответ мог бы смутить любого своей откровенностью, но Олег лишь усмехнулся, прекрасно понимая, с чем связано подобное недоверие.
- Я никому не скажу, если ты об этом. – Парировал мужчина строгим голосом.
- Дело не в тебе, а в том, кто ты. – Лишь на мгновение в квартире оперативника повисла звенящая тишина. – Скоро сам убедишься.
Обладатель голоса полностью вышел из тени. В пелене скудного освещения он показался Олегу ещё младше, чем был на самом деле. Ребёнок. Мальчик лет пяти, не старше. Светлые волосы, чистые синие глаза. Изувеченная до безобразия левая рука и половина лица обгорела так сильно, что ухо отсутствовало, а сквозь отверстие в щеке были видны зубы.
Казалось, что все эти увечья не причиняют ребёнку и капли страданий. Его лицо было спокойным. Олег внутренне передёрнулся, но сдержал неприятное ощущение.
- Расскажи мне, чёрт возьми, что происходит?
- Мало времени. – Ответил мальчик равнодушно.
- Тогда поспеши. – Олег настойчиво повысил голос. – Я не для того спас тебя, чтобы любоваться на эти ожоги.
Он брезгливо указал пальцем на жуткие раны собеседника.
— Это не важно. – Ребёнок и глазом не моргнул. – Лишь истина важна.
Олег смотрел на ребёнка и ждал. В мгновение ока перед его глазами промелькнули страшные картины прошедшей ночи. Изрешечённое пулями тело неизвестного мужчины. Выгоревшее дотла здание, отмеченное в реестре как склад отработанных топливных отходов. Горы тел. Детей, подростков, все мальчики. Обгоревшие, изувеченные и, что самое жуткое, чистые.
- Расскажи мне, кто ты? – Олег сделал резкий шаг в сторону мальчика. Тот мгновенно отшатнулся в тень. – Почему у тебя нет кода? Кто этот убитый мужик? Кто все эти дети?
Ребёнок смотрел на Олега не моргающим взглядом. Его изуродованное лицо, казалось, не выражало никаких эмоций. Спустя несколько секунд мальчик опустился на пол и, усевшись в позу лотоса, начал свой рассказ.
- После того, как в 2127 году приняли закон о всеобщем кодировании, каждый житель планеты был вынужден, с рождения, становиться обладателем специального нанобитного маркера – так называемого личного идентификационного кода.
Во всём мире была принята маркировка RF-ID – радиочастотная локационная идентификация. И хотя «код» — это всего лишь привычное слуху название, по сути, он таковым не является. Человеку просто делают укол, в составе инъекции которого находятся микроноды (чипы), отдельные частицы единого целого.
Всем людям в те годы внушили, что данная разработка внедряется исключительно ради безопасности их жизни. Что кодирование — это возможность более качественно и экстренно реагировать на окружающие людей опасности, что отчасти — правда. Количество убийств сократилось, преступность практически сошла на нет. Люди перестали бесследно пропадать. Ведь обладатель идентификационного кода круглосуточно находился в поле зрения контролирующих систем. Уровень жизни человечества вырос в плане социального, финансового, эмоционального развития. Чип позволил упростить жизнь. Сократить ранее имеющиеся бюрократические проволочки в плане медицины, образования, налогов, безопасности, юриспруденции.
Но код — это не просто идентификатор. Это вся человеческая жизнь, от анализа поведения до личных финансовых активов. Код — это паспорт, по которому вот уже 34 года происходит полный, тотальный контроль за всеми жителями Земли.
С того момента, как внедрение кодов приобрело всеобщий, обязательный процесс, люди стали не в праве совершать нечто противоестественное. За всеобщим ликованием, рекламой нового образа жизни и продвижением программы инновационных перспектив, граждане даже не заметили, как самовольно отдали себя на волю новому, лживому, тоталитарному режиму, контролирующему их жизни.
Ваш код считывается всюду и всеми. Он передаёт вашу жизнь на далёкие, необъятные по глубине и мощности сервера и дата-центры.
Там хранится всё, начиная от поступков, слов, вплоть до снов и мыслей. Весь этот колоссальный поток информации хранит и обрабатывает программа Совета по Международным Отношениям и Безопасности жизни. Аббревиатура СМОБ. Именно эта организация владеет монополией на производство, внедрение и обслуживание материалов программы всеобщего кодирования.
— Это бред! – мотая головой, уверенно произнёс Олег. – Обработать подобный объём данных не может ни один компьютер. На планете проживает более 14 миллиардов человек. Даже при современном развитии технологий хранить и обрабатывать подобный поток данных нереально.
Мальчик, не мигая, смотрел на Олега. Он не пытался возражать или приводить контраргументы. Но, бросив взгляд на своего собеседника, Филиппов вдруг понял, что не уверен в том, что говорит.
- Как такое возможно? - помедлив несколько секунд, спросил он. – Как возможно, что ты выжил без кода?
- Я к этому уже веду. – Всё тем же спокойным голосом ответил мальчик. – Если ты наберёшься терпения и успокоишься, то обязательно всё узнаешь. Другой вопрос – поверишь ли ты? Но это уже не моё дело. – Он опустил взгляд в пол и продолжил: - Главная особенность кода – это далеко не шпионаж. Вшитая в ваши тела программа собирает медицинские данные о каждом человеке. Это своего рода датчик контроля жизненных показателей. Встроенная медицинская карта, которая в реальном времени фиксирует, обрабатывает и передаёт жизненные показатели любого человека на Земле. Умная программа СМОБа, именуемая «Щуп», круглосуточно следит за этими данными.
- С какой целью? – вновь перебил собеседника Олег.
Мальчик в очередной раз не отреагировал на откровенную наглость собеседника, а всего лишь поднял на него свой испытующий взгляд.
- Офицер. Вы знаете, какой самый важный ресурс на Земле? – этот вопрос стал для Олега неожиданностью. Он слегка опешил и, даже не пытаясь отыскать ответ, замотал головой.
- Воздух? Вода? Недра?
- Нет.
- Не сомневаюсь.
- Я так и думал. – Нагловато усмехнулся мальчик, отчего его обожжённое лицо стало ещё ужаснее. – Самый важный ресурс – это жизнь, которая, к сожалению, имеет свойство заканчиваться, порой в самый неподходящий момент. Ведь вам, как никому это хорошо известно.
- С чего ты это взял? – Олег мгновенно вспыхнул внутренним гневом.
- Что вы помните о своём отце?
Этот вопрос мгновенно лишил Олега остатков самообладания.
- Немного. Знаю лишь, что он одним из первых был похоронен в лунном грунте, после того как мир обуял земельный кризис и традиционные ритуалы погребения попали под запрет.
— Это всё? – требовательно поинтересовался мальчик.
- Мать умерла, когда мне было пять лет. – Олег уже откровенно кипел. – У меня не было времени поговорить с ней об этом человеке.
Мальчик вновь усмехнулся, словно понимая, что дёргает тигра за усы, и резко сменил тему беседы.
- Вы слышали когда-нибудь о программе отъёма биоматериала?
- Откуда! Я обычный оперативник.
- Суть этой миссии заключается в том, чтобы с помощью информации, полученной от программы «Щуп», разыскивать и изымать из мира людей, имеющих высокие показатели здоровой жизнедеятельности. Простым языком – СМОБ с помощью личного идентификационного кода отлеживает максимально здоровых людей, затем этих людей похищают и отправляют в банк консервации рабочего биоматериала.
- Но это незаконно! – словно не веря своим ушам, возмутился Олег.
- Что есть закон? – парировал собеседник. – Указы, нормы, правила. Если о том, что происходит, никто не знает, значит, это не запрещено. Тем более если это согласовано на самом высоком уровне. Ты даже представить себе не можешь, на что готовы пойти люди, чтобы сохранить власть. Стоит лишь копнуть – ты ужаснёшься.
- Но как такое возможно…? – Олег, не мигая, смотрел в одну точку.
- Хочешь узнать? Ответь на вопрос: на что ты готов пойти, чтобы жить дольше, чем тебе отмерено Господом Богом? – он не дал Олегу ответить. – Тебе сейчас сколько? Лет тридцать?
- Тридцать пять. – Олег смотрел на собеседника, не моргая.
- Из этих тридцати пяти лет ты уже лет десять служишь в полиции. – Мальчик вдруг прервал ход своих мыслей, в его глазах вспыхнуло удивление. – Неужели всё ещё веришь в силу буквы закона?
— Это моя работа!
Олег сам не заметил, как насупился.
- Так сделай свою работу! – словно принимая вызов, выкрикнул мальчик.
- Я боюсь, что твоя правда не увидит свет. – Словно опуская руки, ответил Олег. – Нет, не потому что она опасна. Хотя она опасна однозначно. А потому, что она никому на хрен не нужна. Понимаешь? Никому нет дела до того, что где-то там некие магнаты решили овладеть миром, создать тотальное мировое господство и разработать эликсир бессмертия. Всем плевать! Понимаешь? Наш дикий, беспощадный мир доводит людей до полного отчаяния, но высвободить эту энергию он нам не позволит. По одной простой причине. Мы все уже давно рабы системы!
Большинство людей едва сводят концы с концами, им некогда думать о мировом господстве. У них даже права возмутиться нет. А вот что терять – у них есть. Мы все на крючке. Даже я, несмотря на то, что в этой жизни у меня уже давно никого нет. И мне, по правде говоря, терять нечего.
Мощный стук в дверь заставил Олега резко обернуться. Рука машинально метнулась к пистолету, вложенному в наплечную кобуру.
— Вот ты и убедился. – Спокойный голос мальчика был по-прежнему мягок. – Запомни вот что. То, что произошло на складе этой ночью, уже не имеет никакого значения. Все улики уже уничтожены. Единственное доказательство, которое у тебя есть, – это я.
Стук в дверь повторился с двойной силой. Мальчик уже стоял рядом с Филипповым.
- Что это? – В руке малыша лежал инъектор.
— Это капсула с молекулярной структурой генетической памяти твоего отца.
Не спрашивая разрешения, малыш сделал Олегу укол прямо в шею. Игла прошла сквозь кожу, и в мгновение ока мужчина почувствовал сильную слабость. Ноги офицера подкосились, и он рухнул на пол.
- Ты не должен отступать. – Голос мальчика звучал отдалённо. Комната в глазах офицера поплыла, становясь ещё темнее. – Продолжай расследование. Будь настойчив.
- Скажи мне, кто ты такой? – задал свой последний вопрос Олег.
- Я тот, кто всё это начал. – Услышал он едва слышный ответ.
В этот момент входная дверь квартиры Олега слетела с петель.


Продолжение зависит от Вашей заинтересованности.