Флибусте - Такое кино мне нравится
- Дикси.
Выкрикнув это краткое слово в искажённые патриотизмом лица сенаторов вечного города, Луций Сергий Катилина уселся на своё седалище, заметив исчезнувшую подушечку, подкладываемую рабом под зады всадников и патрициев, из коих, известно всем, и состоял Сенат Рима. Обернувшись, он увидел, что и раб его пропал, место сбоку для писца тоже пустовало, а среди колонн появились тяжеловооруженные солдаты Пятнадцатого легиона. Мятежник нагло осклабился и неожиданно скакнул в первоприсутствующему, личной волей Суллы назначенного на эти календы. Схватив того за горло, пригнул и, выхватив из - под тоги кинжал, прижал его лезвие, пока плашмя, к морщинистому горлу трепыхающегося старика. Центурион, важно вышагивая и неся в вытянутой руке жезл диктатора, приблизился и проскрежетал с вызывающим галльским акцентом :
- Следуй за нами.
Катилина никак не ожидал от могущественного и весьма хитроумного Суллы такого подарка. Пронзив горло сенатора кинжалом, толкнул ставшее безвольным тело на центуриона и заорал :
- Каких ещё вам доказательств надо ?! Если ничтожный варвар - галл приходит прямо в Сенат, чтобы взять вашего собрата, даже не внесённого в проскрипционные списки ?
И вскочил пламенный Чарнота Гадячский. И швырнул чорну шапку со своей буйной головы на мрамор дворца. И принялся её яростно топтать. И презренный раб Сципиона Африканского добавил к шапке белых ленточек. И взревел зал. И вышел из - за кулис расхристанный матрос - анархист Железняк, и сказал, что караул устал.
Но нашёлся, нашёлся, товарищи, лукавый царедворец из предыдущей сказочки. Махом смикитил и вытащил на сцену Славу Медяника. А уж тот не подвёл, чай не Скумбриевич какой.
- Ну а ей улыбались прохожие,
Мне хоть просто кричи караул,
Одному гражданину по роже я
Дал за то, что он ей подмигнул.
Зал взревел ещё громче. Ловкие рабы, подкупленные тем же умным лукавым царедворцем, уже тащили амфоры и расставляли кратеры. Скоро вокруг бронзовых лож и мраморных седалищ господа Сенат извивались полуголые и голые танцовщицы, заманчиво звеня браслетами и бубенчиками. А бунт, осмысленный и жалостливый, как и заведено в обычае у ромеев, прекратился сам собой.
Свидетельство о публикации №226051600900