Твердь 13 Не Спеши за Смертью

- Вот вы где! - возмущению Олеси не было предела. Оторвавшись от увлекательного романа, она обнаружила отсутствие мужчин, а поход Иона за хересом подсказал их укрытие. - Бросили даму, и ну секретничать. Мальчишки! Фу такими быть! - Оливка притворно надула губки.

- Как тебе с бумаги читать? - осведомился Ион.

- Непривычно, свет не подстроишь. Но прикол-прикол. И уютненько так. А бумажные журналы есть?

- Нет, - мотнул головой Влад. -  Не так много бумаги мы делаем, чтобы периодику  печатать. Да и не зайдёт в городах. Темп жизни слишком быстрый. У клерков, а тем более приказчиков, вечно кто-то на связи висит - руки нужны.

- А почему у вас трейдера и моллмена приказчиком зовут?

- Олеся Павловна, у нас моральную духовность отменили в конце того года. А при ней действовали ограничения во имя торжества славянской речи, - пояснил Леон. - Вот смотрите, какой раскосец: мы меряем небольшие длины в привычных всем метрах, сантиметрах и миллиметрах. А большие - в вёрстах, тысячу сто метров. Мало того, что настоящая старинная верста тысячу пятьдесят семь, по-моему, метров, так и перейти обратно в километры почти невозможно. Все дороги размечены, все карты в этих самых неправильных вёрстах. Да что карты! Все рубидеры привыкли за  девяносто лет.

- Согласен, - кивнул Влад. - Мне километр будет неудобен. Ион же привык к террианским кэмэ, и до сих пор пересчитывает для оценки расстояния.

- Ой-ёй, - покачала головой Олеся.

- Много древних имен, - продолжил рассказ Влад, - Папу моего механика, к примеру, зовут Евсей. Могу вспомнить и других - Авдей, Сизиф, Лев, Пелагея, Афанасий, Левкомед, хотя он и Сизиф были вапперами. Вавила. Ну и так далее.

- Елисей, - подсказал Ион.

- Елисей было искусственным, Ионушка, - Влад пальцами вызвал из стены кресло для Олеси. - Так-то он Игорь Елена и действительно Деревянченко. Элегианец. Альстарских манер набрался уже у пиратов. Только чего он к ним свалил - вот вопрос.

- А почему Игорь Елена? Это на Элегии двойные имена, да? - Оливка плюхнулась в кресло. - Вау, мягенькое, пушистенькое.

- Игорь, сын Елены. У элегианцев и альстаров второе имя от мамы, - пояснил спейсман.

- Хм, ну, тоже ничего так. Рожает-то всё-таки женщина. А кто такой ваппер?

- Уроженец внешнего астероидного пояса.

- Матушки-зайчики, у нас их зовут астерами.

- А мы не морочимся, как сами люди себя называют, так и зовём.

- А что это вы тут кушаете?

- "Пало Кортадо", - блеснул изяществом Леон. - Сухой херес. Под трубочку волшебно идёт.

- Хочу! - чуть капризя, заявила Оливка.

- Вам будет непривычно, сударыня. У нас не сульфаргируют вина.

- Это как?

- На Терре применяют консервант для вин - сульфат натрия. Он портит вкус, но при массовом производстве на это забивают.

- Хочу-хочу-хочу!

Леон налил рюмку и подал даме:

- Вообще положено пить из бокала среднего диаметра. Но мы же дома.

Олеся сделала глоточек и воскликнула:

- Уау! Леон, приготовьте это для Василия Михайловича, он будет в восторге.

- Папа больше на игристое налегает, - сонно произнёс Ион. - Хотя ему и не стоит. Газы колики провоцируют.

- Так дайте ему распробовать иное, может переменит привычку.

- Он разорится. На Терре несульфаргированое вино очень дорого.

- Почему же? - Олеська сделала ещё глоточек.

- Затрешили, - буркнул Ион. - Мало у нас, Олесь, чистой почвы. Мало и места для виноградников. Вот и гонят масс-фабру с химией и сульфатами. А с Перы на Терру прилетает жутко дорогое. Перевозку-то отбить надо.

- Кстати, - Влад поднял палец. - Правда, что у вас нет белого снега?

- Я видела пару раз на Сахалине, - Олеся допила вино и облизнулась кончиком языка.

- А обычно красноватый или зеленоватый, - вздохнул Ион.

- Хех, - ухмыльнулся Лео, - Это вы ещё коричневый в Лигурдии не видели. Не везде у нас чисто, Олеся. Можно на "ты"?

- Конечно! Давайте на брудершафт?

- Прошу прощения, сударыня, господа. Владислав Георгиевич, вас там спрашивает какой-то драгун, - пожилой дворецкий в тёмном костюме возник на пороге, словно призрак.

Влад отставил рюмку и несколько неуклюже поднялся. Ион резко допил вино:

- Мы на минуту, Олеся.



- А почему вы прислугу одеваете, как служащих? - спросила Аташева, когда они остались одни с Леоном.

- Олеся, мы не морочимся. Это один из принципов рубидера - не морочиться по мелочам. Что пригодно, то юзаем. От того, что Фёдор наденет длинную и неудобную ливрею, его работа не улучшится. Современный дом - сложный механизм. Дворецкому, домслесарю, повару, бегемотнику, водителю ливрея только мешает. Швейцар нам просто не нужен, камердинеры тоже. Горничные носят чепчик и фартук - всё, хватит. У поваров форма из гигиенических соображений, у охраны - понятно зачем, это наша стража. Вестеры и нордеры проще и практичнее южан. Да и на исте ещё сохранился дух изначального Рубида. Практичность - наш конёк.

- Двойной рейл - тоже?

- Да, классический двухрельсовый проще и надёжнее. Мы ведь не разделяем линии на пасс и фрейт. А для фрейта два рельса лучше.

- Трактор?

- Они и на Терре есть. Просто не такие. Медленно, но тяга больше. Для земляных работ, сельхоза и перевозок на небольшие расстояния нужна тяговитая машина, а не скоростная. Вот и всё.

- А ками-он?

- Камион, он же тягач полуприцепов, постепенно уходит со сцены. Длина ограничена, масса груза тоже. Траферы склоняются к автотрайнам, это обычный грузовик с несколькими прицепами. Каждый второй прицеп обычно моторный. Такая схема более универсальна. Длина же прицепов меньше и поворачивает автопоезд плавнее. У них есть процессоры, которые рассчитывают схему поворота.

- Но вы используете камионы для перевозки бревен.

- Только потому, что нам не разрешили пересечь линию "БиС" своей узкой. Ни по эстакаде, ни как-то  ещё. На правом берегу у нас узкий рэйл. Тягачи на местных дорогах неудобны. Кстати, не заводите эту тему при Ларе. Микаэль погиб в аварии с таким  лесовозом.

- Ой, спасибо, что упредили.



Влад заглянул в дверь. Лицо мрачное, губы сжаты:

- Лео, одолжи машину.

- Зачем?

- В Елец надо.

- Что случилось? - обернулся к брату каперанг.

- Виктора Протасова убили, драгуна моего.

- Ты пристава, что ли, трясти будешь?

- Никого я трясти, Лео, не собираюсь. Потребую выдать убийцу. Имею право.

- Ты бы разобрался сначала, брат. Мэйби, твой драгун сам полез на рога.

- Он спокойный парень. Был, - Владислав протянул руку. - Так дашь брелок или нет?

- Не дам, ты выпивши. Вызови шофера и езжай на "робуре", - отрезал каперанг - И не устраивай самосуд, Чащи не Хларау, а ты не Кас.

Лицо Владислава окаменело.

- Если у флота принято ждать суда - плизз, - процедил он сквозь зубы. -  Драгунский офицер не имеет права  прощать убийство своих людей, - обер-ротмистр оттолкнулся от косяка и закрыл дверь без стука, но плотно, с прижимом.

- А кто такой Кас? - тихо спросила Олеся, шокированная известием.

- Касимов, - буркнул Леон. - Барон Горных Чащ. Их два, братья. Подлецы и самодуры известные.




Ион с Владом вернулись поздно. Фёдор сам подал им разогретый ужин.

- Дядь Федь, беленькой бы нам, - глухо попросил хозяин дома.

Дворецкий невозмутимо открыл шкафчик в углу, достал хрустальный графин  с ромбиками и поставил на стол.

Офицеры выпили молча, не чокаясь. Фёдор понял - за упокой души. После супа повторили. Ион и Влад сидели локоть к локтю, согнувшись. Под дежурным освещением лица казались бледными, постаревшими.

Они молчали, ели, стараясь не смотреть никуда, кроме своей тарелки. Свет в столовой был приглушённый, серый. В окна монотонно бил затяжной дождь, разошедшийся не на шутку. У крыльца мокли два "крокодила". Их покатые бока тускло блестели водой в настороженном свете прожекторов.

- Утром еду, - буркнул Влад. - Ты можешь остаться, разрешаю.

- Мне надо поговорить с женой, - Ион прятал глаза.

- Хорошо. Мессани с Надеинки, вышлю конвой.

- Надо ли, Влад?

- Надо, - угрюмо отозвался Стахов и налил по крайней.

В столовую вышла Лариса. Села напротив мужчин. Подпёрла  щёку рукой.

- Как это вышло? - спросила она.

- До безобразия глупо, - ответил Ион. - Трое наших сидели в кафе "Снежная Ночь". Остальные пошли кто куда. Ликин был на молле, решили купить вкусного взводу. С ним - пятеро, - ротмистр запнулся, вытянул элрету, но не закуривал, крутил стерженёк в пальцах. - Когда Ликин вернулся к машине с гостинцами, у этой "Ночи" стояли полиция и "скорая". По словам Серёжки, к Витьку сзади подошёл неизвестный мужик и ударил его с размаху ножом в шею. Мелешко швырнул в убийцу стакан, а официантка попыталась схватить его в обнимку, но тот убежал. А женщина сломала лодыжку.

- Там было много народу, - добавил Влад. - Но он всё равно убежал. Ищут.

- Ужас. Ни за что.

Владислав пожал плечами:

- Пристав сказал у них есть подозрения на одного типа. Месяца четыре назад пропала его дочь. Нашли изнасилованной и зарезанной. Грешили на третью бригаду. Они правда тут были?

- В горах одно время стояли какие-то, - вздохнула Лариса. - Не знаю. Сюда они не ездили. Про девочку слышала, конечно. Ее нашли у фабрики Нериной, Светки. Светкиных  рабочих долго трясли, но потом отпустили.

- Я увезу Витю хоронить в Хларау, - сказал Влад.

- Зачем? Можно здесь, - Лара склонила голову набок. - А как же родные?

- Он одинокий, - Ион закурил. - Родители пропали в море. А тут ещё чего доброго могилу разорят.

- В Лучинкино присмотрят, Ион Васильевич. Или это важно?

- В общем нет, - пожал плечами Ион.

- Тогда утром позвоню отцу Феодору. Где тело?

- В машине, нам саркофаг дали.

- Сделаем гроб. Завтра поставим в церковь. Уедете после похорон. Не надо спешить за смертью, Славушка, - ласково добавила Лариса.



24 марта 2389-го года
Орбита Стреи.
Десантный крейсер "Светлейший Князь Меньшиков".

Полковник Кольцов не первый год и не первый раз выполнял именные поручения Государя. Худой, подтянутый, спортивный, несмотря на свои пятьдесят восемь лет, офицер Службы Специальных Действий Сибиро-Волжской Империи Олег Яковлевич Кольцов был и оставался опытным военным.

Свою команду в сто сорок бойцов он собирал несколько лет. Не моложе тридцати пяти, опыт боевых действий от десяти лет, отсутствие родных, нелюдимость, исполнительность, смекалка. В отряде состояли люди, пришедшие из Сибволжского  Военного АстроФлота (СВАФ), Космодесанта, Аэродесанта, штурмовых и пограничных частей Корпуса Жандармов. Последние не уживались с армейцами, а потому жили отдельно и действовали, в основном, на зачистке зданий и подземелий. Бойцы получали тройное жалование. Служба Специальных Действий не скупилась ни на подготовку, ни на содержание спецов.

Десантный крейсер "Меньшиков" принадлежал к уже старому, но остающемуся пока в строю типу "Сподвижник". В своё время была построена целая плеяда таких машин, не слишком-то похожих на боевой космолёт. За основу взяли гражданский транспорт типа "Ракушка", внутрь вставили прочный корпус, между корпусами установили вооружение - шесть ракетных установок и четыре торпедных аппарата.  Ещё одну установку спрятали в макушке овального в плане корпуса. Если не знать, что холмик сверху - башня, то выстрел оттуда будет сюрпризом. Впрочем, на внезапность рассчитывать не приходилось, "Сподвижники" уже были изучены противниками вдоль и поперёк.

Ценность "Меньшикова" была как раз в отсутствии ракетомёта в "холмике". Там, как в исходной "Ракушке", находилась так называемая "прогулочная палуба". И раскрашен спейсшип был не в шаровый цвет, а в разноцветные полосы. По документам на этот раз он шёл как грузопасс "Казак" с группой альпинистов на борту. Порт назначения - Вальден,  Альмарак. Вальден в горах, есть где полазать.

Альпинистское снаряжение никого не интересовало, тем более, что экстремалы были из богатеев, к досмотру относились нервно и скандально. Пока ещё ни один таможенник не рискнул с ними связываться. На Стрею "Казак" не садился, принимал припасы у терминала в спейсе. Кроме прочего на борт доставили аэромобиль в огромном контейнере, его экипаж из двух человек и массажиста, смешливого доброго мужичка. 

"Казак" отвалил от терминала в 23:14 по времени Свенслоу.



Сибволга не жалеет для своих ничего. Роскошная отделка кают и кубриков, золочёные шторы и копии статуй из натурального мрамора, ковры из натуральной шерсти, наборная мебель из лучшего дерева - обычное дело даже на боевых кораблях  СВАФ.

Кольцов к этой роскоши был безразличен. Есть и есть. Зато Ханс Шафенберг, начинавший путь в саксонском флоте, не упускал случая зло пройтись по всей этой "горе крема на пресной лепешке".

- Интересно, а этот херувимчик не прилетит тебе в голову при прямом попадании? - осведомился наемник, падая в роскошное кожаное кресло.

- При попадании меня здесь уже не будет, - холодно отпарировал  Кольцов. Его зелёный мундир не вписывался в колер каюты. Её рассчитывали под чёрные с золотом флотские кители.

- Где работаем? - перешёл на деловой тон Ханс.

- Не держи меня за идиота, - полковник брезгливо оттопырил нижнюю губу. - В тошниловке к тебе подсела крыса, именующая себя "экспертом по Рубиду". Континент ты знаешь.

- Ольгер, ты не доверяешь мне? - прищурился Ханс.

- Конечно нет, - невозмутимо ответил Олег. - Тот, кто продается, способен продать себя и другому.

- Я тебя ни разу не подставил, - заметил "фермер" вполне спокойно, хотя в душе у него бушевал ураган.

- Времена меняются! - отрезал полковник. - Так, к делу, - он включил карту. - Озеро - река - берег. Заход с воды. Объект, - палец погрузился в голограмму. - Линия обороны с обеих сторон. Мы отсечём восточных огнём. Твоя задача - проломиться через западных и - в идеале - отогнать их к Объекту. Тут они, как утки в тире. За тобой пойдёт группа, ты их прикроешь. Они снимают процессор, ты отходишь с ним в точку "А". Остальное - не твое дело.

- Половину - вперед.

- Проверь счёт, - презрительно бросил Кольцов.

Шафенберг бросил взгляд на наруч и кивнул.

- С кем ты работаешь сейчас? - спрсил Кольцов, холодно рассматривая наёмника.

- Удо Рюгге - пилот. Сэмюэль Маррони - мех.

- Извращенец и маньяк, - узкое лицо офицера скривилось, словно под серебряной крышкой на тарелке вместо котлеты оказалась какаха. - Ты скатился, Шафенберг.

- Ты по-прежнему прекрасно осведомлён, Ольгер. Но учти, что связаться с тобой может только тот, кто проклят всеми.

Брови полковника взлетели вверх:

- Я честно веду дела, даже с отбросами.

- Дело не в тебе. Дело в твоей стране, - лениво отозвался Ханс. - Даже шаатов ненавидят меньше, чем всех вас.

- А ты? - угрожающе произнёс полковник.

- Я тоже считаю вас опасными психами. Но лучше иметь дело с честным психом, чем с трижды разумным кидалой.  Иначе бы я послал тебя ещё в Кертбурге.

- Благодарю за честный ответ. Твоя каюта - сорок четыре. РВП - двадцать девятого.

Ханс выбрался из кресла и заметил:

- Раньше хоть наливал.

- До встречи по прибытии, - сухо распрощался Кольцов.



С другой стороны в сторону Альмарака шли три корабля. Первым был "Кинжал" под командованием сениора Ронко. Хосе Хорёк Ронко презирал удобства, считая себя наследником конкистадоров. Его маленький вёрткий корабль изнутри являл квинтэссенцию рациональности. Изящный, хотя и  желтолицый, ваппер с тонкими усиками на породистом лице обладал талантом к женщинам.  Они любили Ронко и даже прощали многовекторную политику в отношении себя. Из тридцати трёх человек экипажа "Кинжала" двадцать были женщинами. Ронко занимался контрабандой с юности. Пиратство он счел маловыгодным занятием и слишком суетливым для потомка гордых кастильцев. В нынешней экспедиции он играл роль разведчика.

"Твой тонкий нюх больше всего подходит для этой цели", - хохоча, заявил Барт Джонс на Круге Капитанов.

Ронко не обиделся. Он вообще считал БТД слишком удачливым, чтобы обижаться. Пусть смеётся, зато он тащит на хвосте Алмазную Комету, знак Большого Куража.

Вторым шёл сам Джонс на своём "Уорд Терроре", самом большом корабле Круга  Капитанов Альстара-1. Мониторы в свое время рассматривали, как замену орбиталам. Толстая броня, большие пушки, возможность маневрировать. Увы, получилась слабая замена крепости и медленная - линкора. Последние мониторы доживали свой век на орбитах в качестве вспомогательных крепостей или были раскуплены торговцами, которым не хватило на монстр-транспорт.

Джонс купил корабль в виде пустого корпуса, воткнул "крошке в задницу" силовую установку от американского линкора "Аннаполис", который считался пропавшим без вести и болтался за третьей луной Шаа-ар-Рамх с замороженными останками экипажа. Затем Джонс установил линпушки, ракетницы и торпедные аппараты от десятка других старых и потеряных кораблей. Посмотрев на результат, только что вытянутый из дока, Огнебарт почесал бородищу и сказал:

"Забавная вышла черепашка, диренец перекрестится, на неё глядючи".

В первый рейд монитор ушёл как "Тортуга Диабло", но после разгрома совместно с басками азорской колонии Мирабо,  Огнебарт совсем обнаглел и, положив хрен на древнюю примету, сменил кораблю имя на "Уорд Террор".

Последним в эскадре был средний транспортник "Мила Аполоди" под командованием Петера Вранца. Он тоже был контрабандером, как и Ронко, но звёзд с неба не хватал. Он жил безакцизкой по привычке, хотя по сути своей Вранец склонялся к обычной коммерции. Он любил считать, а не стрелять и бегать. Просто три поколения предков Петера контрабандеры - и он контрабандер. Вранца попросту наняли для доставки десанта - пяти сотен головорезов из свободных наёмников - и припасов.

Круг предупредил - добыча там бедная, кэшим мы. Три миллиона соларов. Ронко чуть под себя не опозорился на совете. Да за такие башли можно планету пустую купить!

У Огнебарта же цель была не в соларах. Он шёл мстить. И мстить Бартоломью Тереза Джонс собирался жестоко. От брата, любимого младшего брата, светлой головы, великого учёного и замечательного парня, не осталось и пепла.  Б.Т. Джонс прекрасно знал, кто в этом виновен. На борту "забавной черепахи" ждали своего часа девять тысяч восьмидесятитонных планирующих бомб.