Повесть Ну как так? Часть вторая Глава 11

Блин, ну почему так по-уродски это устроено? Почему каждый раз сознание отключается? Так я ворчал и приходил в себя после очередной активации вспомогательной памяти. Впрочем, на этот раз и Жорик составил мне компанию. Первым делом после возвращения в сознание я попросил его попробовать открыть ранец, потому что мы давно не ели, а в нём были блоки питания. Они, конечно, мало подходили для перорального применения, но, как говорится, на безрыбье и раком встанешь или как-то не так говорится. Ну и по заверению наших старших братьев их энергетической ценности вполне хватит и при таком варварском способе применения. Жорик, ещё не до конца отойдя от всех, ну скажем, проводимых мной нетипичных медпроцедур, водрузил себе на плечи ранец и поворчал:
- Лёха, чего ты сам его не откроешь? Ранец-то твой.
Ну да, его загашник мы и впрямь того, немного повредили.
  Стоп! А откуда мне, в принципе,  известно, что эта пластиковая коробка является ранцем, её предназначение, и даже то, что она является моим имуществом? От осознания, что мне это известно, я немного подзавис, и так и держал этот загашник над плечами Жоры, не отпуская его.
Вот слово такое чудное «загашник», какой-то архаизм прямо. «Блин, вот ты красавчик! Кроме загашника тебя больше ничего не смутило? Например, вот эти милые зверушки, тушки которых кусками валяются по тоннелю. Между прочим, это ты их так нашинковал» - ядовито поинтересовался мой внутренний голос. Да, этих тварей даже на экране телевизора увидишь и то поплохеет, а ты, вон, ничего. Опа! И в мелкий винегрет их покрошил. Да, действительно, в прошлой жизни точно инфаркт миокарда бы словил, если бы встретился с ними в живую. Дома, бывало, когда один останешься в квартире, щелкнет, к примеру, на половину пустая пластиковая бутылка, допустим, от повышения температуры воздуха, или одежда с вешалки упадёт (неаккуратно повешенная), так вздрогнешь всем телом и сердце учащённо застучит.
- Ну чего? Ты уснул что ли? Или издеваешься? - вырвал меня из грёз рефлексии голос страдальца. Видать, ему и правда куевато.
- Жора, ты о чём?  Посмотри на меня, от моего скафандра почти ничего не осталось, мне ли издеваться?
Тот нехотя скосил глазки  на моё великолепие, у него даже кислая мина на лице сменилась ухмылочкой, оргазмирует гад. Я бы и сам, может, не прочь  поугарать над этаким метросексуалом, одетым в короткие мини шортики, едва прикрывающие срам и такой же мини топик без рукавов, из-под которых выглядывают волосистые конечности. Фу, мля. Меня аж передёрнуло, Меркури, который Фрэди, недоделанный. Не, ну насчёт пузика это я, конечно, лишнего хватил. Поджарый с рельефным прессом живот, да и руки с ногами тоже рельефные. И насчёт волосатости, это я тоже загнул, прекрасный шелковистый мех, от зависти к которому где-то тихо плакает писец. Вот и пусть там плакает, а не приходит ко мне, да ещё с такими дикими дизайнерами.
А ведь во время моего эпического боя со зверушками мне совсем не показалось, что я не единожды утрачивал свои части тела. Спасибо Феденьке, он включил как-то просмотр записи на гаджете под названием «мой мозг». Ну вот как он это делает? Блогер хренов! Представляете, по запросу моя память услужливо предоставила всю необходимую информацию и про принцип самой возможности записи происходящего и про последующее воспроизведение оной. А вот я своим нутром пока отказывался это воспринимать. Моё восприятие вело себя, как собакен, который всё понимает, но не говорит. Думаете, я такой тупой и зашоренный, типо, у него вся информация уже непосредственно в мозгу, а он не осилит её никак. Вот, ежели бы мы были на его месте! То мы бы тогда, уух! А вот, возьми, к пример, тот же пресловутый смартфон, залейте в него всякого разного и отдайте его человеку из двадцатого века. Вы его, конечно, обучите, как им пользоваться. Но я больше всего  уверен, что на первых этапах он едва справится с его включением и последующей разблокировкой, и потом долгое время самыми востребованными приложениями стант фонарик с калькулятором, а затем, возможно, камера и аудио-плеер. И то, он будет пользоваться ими с большой опаской, как бы чего не сломать. А вы, кстати, всеми приложениями смартфонов пользуетесь? Вот. А ежели этот гаджет показать представителям более поздних эпох, те то уж точно оценили бы  девайс по достоинству. А представители более раннего времени весело тащили бы того, кто предложил гаджет на костёр с криками: «Сжечь его, колдуна!». «Это ты утрируешь», - скажете вы и будете несомненно правы. Вот только наши технологии и технологии мира, в котором я сейчас находился, стоят друг от друга почти в тысяче лет научного прогресса.Так вот и выходит, что для того, кто не учил магию, весь мир состоит из физики, а физика - предмет тёмный, до конца ещё не изученный. Раньше даже не знали, как деревья создают ветер. А теперь мы знаем, что Земля плоская и покрыта небесным куполом. Да и космоса вообще нет, просто звёзды как-то прилеплены на этот небесный купол. Шучу. Хотя подобные теории до сих пор можно встретить на просторах интернета. Также как про теневое правительство, которое по ночам дроны с фонариками запускает или галоперидол из таблетниц ворует.
 Зря я надеялся на модернизированный скафандр Жоры, его попытки открыть ранец не увенчались успехом. А значит, нам пора в дорогу. Голод, как известно, не тётка.
- Лёха, а давай зверьков зажарим. Вон сколько мяса пропадает, - с непосредственностью заявил Жорик.
Я с большой долей скепсиса посмотрел на свеженину. Вот что значит, деревенский житель. Мне бы и в голову не пришло такое. Тут на этих зверюг смотреть-то страшно, не то что руками трогать.
 - Жора, а может, ну их. Может они вовсе не того, поди ядовитые.
Мы сделали запрос к представителям более развитой цивилизации. Те, пожав плечами (воображаемыми), заявили, что с такими существами никто из них ранее не сталкивался, науке сие чудо не известно, да и действительно, ну его, не стоит рисковать. Но Жорик, наплевав на здравое предостережение, взялся за ножик (каким-то чудом он умудрился его не посеять в такой заварухе) и с видом заправского мясника приблизился к одной из туш.
- Вот, блин, не берёт, - выпрямившись, произнёс он  с разочарованием.
Я не понял, о чём он говорит и переспросил:
- Кто не берёт?
- Да нож, не режет. Может, шкура толстая или чего у него там, панцирь? Да я и в срезе пробовал, прямо по мясу.
Что же это за гады такие? Если их лезвие совсем не режет. А ведь оно, не сказать, что с лёгкостью, но резало скафандр. Да я помню, как это лезвие в камень вошло. Покрутив в голове эти мысли, я озвучил созревшую в моих чертогах разума теорию.
- Зверушки-то, выходит, подземные обитатели
- Ясен пень. Мы же здесь на них наткнулись, - усмехнулся Сергей.
- А здесь что? - обвёл я руками вокруг себя, и не дождавшись ответа, продолжил. - Здесь тоннель. Они здесь живут, как кроты, дождевые черви или как шахтёры. Вон у них какие хлеборезки, ну и лапки им под стать, словно живой проходческий щит. А это предполагает, что и тело у них соответствующей плотности. Это необходимо для комфортного проживания в толще горной породы.
Тут и Фёдор подал свой голос, решив поддержать состоятельность моих выводов:
- Да, зерно истины в твоих словах имеется. Только вот я отчего-то совсем не заметил новообразованных этими существами нор или проходов. Это может означать, как то, что Лёха прав. Возможно, они сюда совсем недавно попали. А может, у них просто не было надобности в проложении новых ходов. Но склоняюсь к мнению, что на их планете горная масса находится не в твёрдом состоянии, а в виде какого-то раствора.
- Но, командир, мы здесь тоже ничего подобного не заметили. Если б они с жижей своей бы перенеслись, то думаю, такую аномалию мы   точно бы  засекли, - проговорил Сергей.
Игнатов не стал опровергать слова своего подчинённого, а лишь поинтересовался:
- А что, кто-то ходил до места их обитания?
Все промолчали, ведь и правда, никто не ходил. И судя по всему не собирался этого делать. Озабоченный Жорж задал терзавший его вопрос:
- Это всё, конечно, интересно. Вот только, чем они питаются? Не думаю, что их рацион составляют корешки или червячки.
Припомнив их развёрстые глотки, вернее сияние, исходившее из их жерла, я проговорил:
- Прометеем они питаются.
- Точно! Вон и Лёхины конечности валяются. Ешь, не хочу. Но насколько я заметил, ни одна не пропала. Не думаю, что они ими побрезговали, не до такой же степени они вонючие, - завершая свою речь, Сергей не удержался от стёба надо мной и тем самым обгадил всю малину.
Меня передёрнуло от своих, пришедших на память ощущений. Жорж взбледнул, а капитан Игнатов рявкнул:
- Отставить, старлей, свои шуточки!
- Есть отставить! - с едва сдерживаемой усмешкой отчеканил паяц.
Командир, видимо, сделал вид, что не уловил его весёлых ноток и продолжил командовать.
- Так, бойцы, собрались и в путь.
А затем, смягчив свой тон, озадаченно сказал:
- Информацию по этим зверькам необходимо довести до наших, и чем скорее, тем лучше. А то, чувствую, возникнут проблемы с этими представителями неизученной формы жизни.
Я же в лучших традициях шакала Табаки поддакнул:
- Да, действительно, нужно поспешать, а некоторые развели тут демагогию, прямо научный консилиум из профессоров кислых щей. Языками можно и по дороге чесать, благо, нам это можно делать мысленно, не демаскируя себя голосом.
Жорик только хрюкнул, подавив свой смешок. А командир прокомментировал:
- Вот заливает, хотя и по делу.
Ну и как бы мы обошлись без авторитетного мнения Сергея, я бы даже сделал ударение на последний слог в его имени. В общем, эта язва ехидно заявила своим приторно противным голосом:
- Тот Алёшка хоть и был баламут, но нормальный мужик всё-таки. А это умное подсирало только подхалимажем занимается. А может, ему зверьки яйчишки того, попортили? Хотя нет, по таким горошинам точно не попадёшь.
Так весело, даже как-то по-дружески перешучиваясь, мы вновь начали свой путь. Правда перед этим я пообещал Сергею, что когда он обретёт новое тело, я обязательно (хоть наизнанку вывернусь) надену его на кол, словно Петрушку на руку.