Шевчуку

Юрий Юлианович, поздравляю. Год, надо полагать, прошел не то чтобы по маслу, скорее, по битому стеклу, но вы стоите, как тот самый столб, на который все время норовят намотать провода, да только ток в них давно пропал, а вы все стоите. Сорок лет — это срок, за который успевают вырасти, состариться и окончательно одуреть целые поколения, а вы всё поете про осень, которая, кажется, стала единственным постоянным временем года в наших широтах.

Помню, как в начале восьмидесятых, когда жизнь казалась бесконечной чередой серых панелек и дешевого портвейна, ваши песни просачивались сквозь стены, как сырость в подвале. Тогда казалось, что если просто громко петь про правду, то она, эта самая правда, выйдет из своей каморки, протрет глаза и наконец-то что-то скажет внятное. Мы все ждали, что вы скажете, и вы говорили, хрипло, надрывно, будто выплевывали куски собственных легких прямо в зал. Сейчас, конечно, времена другие, более вязкие, липкие, как гудрон на солнце, но вы по-прежнему не меняете тональность. Это, знаете ли, вызывает если не восторг, то какое-то суеверное уважение, как если бы встретил в лесу медведя, который вместо того, чтобы рвать одежду, начал бы цитировать классиков.

Вы показываете, как оставаться человеком, когда вокруг все стремительно превращаются в набор функций: «потребить», «отчитаться», «замолчать». Это ведь чертовски трудно — не превратиться в функцию, когда от тебя этого требуют на каждом шагу, когда воздух пропитан ожиданием сделки с совестью. Вы, вероятно, тоже устали, Юрий Юлианович. У всех нас под глазами мешки с песком, а в карманах — горсти нереализованных надежд, но вы не сдаете позиций. Ваша стойкость — это не подвиг, это какая-то патология, редкая форма честности, которая в наше время лечится только забвением или принудительным молчанием, но вы, к счастью, всё еще здесь, с гитарой, с этой своей вечной небритой физиономией, которая смотрит на мир с усталым прищуром.

Желаю вам здоровья. Не того, что в поликлиниках выписывают, а того, что держит человека на ногах, когда все остальные уже давно прилегли отдохнуть в кустах. Пусть удача, эта капризная девка, иногда заглядывает на огонек, хотя бы для того, чтобы подбросить дровишек в ваш костер. Пишите песни. Даже если их будут слушать только стены, даже если их будут перехватывать только случайные прохожие, даже если они будут тонуть в общем гуле бессмысленных звуков — пишите.

До ста двадцати, Юрий Юлианович. Это не просто цифра, это вызов, который вы бросаете этому миру, где каждый норовит завершить партию досрочно. Живите, ворчите, пойте, раздражайте, вдохновляйте. Пока вы здесь, небо над головой кажется не таким низким, а осень — не такой окончательной. Спасибо, что не свернули, не переобулись и не научились молчать, когда хочется кричать. Это дорогого стоит. Оставайтесь собой, даже если этот мир будет настаивать на обратном. Мы все еще здесь, слушаем, впитываем, пытаемся не сбиться с ритма. С днем рождения.