Живу как умею

Дата не важна. Место — не имеет значения.

Я живу, как умею. Честно — это не громкое заявление. Это просто факт. Я не всегда знаю, как правильно, но я делаю хоть что-то.

Ни о чем не жалею. Раньше жалела. Перебирала, как чётки, свои ошибки: «вот если бы тогда сказать по-другому», «вот если бы не уйти», «вот если бы остаться». А потом поняла: если бы я сделала иначе, я не стала бы той, кто сейчас сидит и пишет эти строки. А эта — мне нравится. Уставшая, иногда злая, иногда слишком мягкая, но — своя.

Нахожу и теряю. Людей. Веру. Деньги. Сил. Снова нахожу. Это как дыхание: вдох — нашла, выдох — потеряла. И так по кругу. Я перестала бояться потерь. Они приходят и уходят, как поезда. А я остаюсь на перроне.

И с нуля начинаю. Сколько раз? Не считала. Работу, отношения, утро — каждый день с чистого листа. В этом есть что-то освобождающее. Не надо тащить груз вчерашнего. Можно просто выдохнуть и шагнуть.

Я бы вам рассказала. Да меня не спросили. И ладно. Может, и не надо. Мои истории слишком длинные, слишком тёмные местами, слишком личные. Я не умею рассказывать их коротко и прилично. Они как старые раны — если не трогать, не болят.

Как порой предавали, даже те, кто любили. Это больнее всего. Не враги — их и не жалко. А свои. Те, кто смотрел в глаза и клялся. А потом — тишина. Или удар в спину. Я не зарекаюсь, что это не повторится. Я просто теперь знаю: даже любимые могут уйти. И это не делает меня хуже. И их, наверное, тоже.

Только я не сдавалась. Даже когда хотелось лечь и не вставать. Даже когда руки опускались так низко, что касались пола. Я лежала, плакала, злилась. А потом вставала. Не потому что сильная. Потому что привыкла.

Я сквозь слёзы смеялась. Это странное чувство — когда внутри рыдает, а ты находишь повод для улыбки. Дочь сказала что-то смешное. В окно залетел солнечный зайчик. Кофе оказался вкуснее, чем вчера. Смех сквозь слёзы — это, наверное, и есть взрослость.

И чтоб там ни случилось — я собой оставалась. Неудобной. Неправильной. Слишком громкой или слишком молчаливой. Но — настоящей. Это единственное, что я умею по-настоящему хорошо.

Я живу, как умею. И этого достаточно.

Без даты.
Без подписи.