Любить значит беречь продолжение

Море сегодня было неспокойным, оно шумело за углом нашего дома, словно пыталось рассказать о чём-то важном. В такие дни Стамбул становится похож на старую акварель — размытые контуры, серое небо и яркие пятна мандариновой кожуры на лотках торговцев.Айлин сидела на полу у камина, обхватив руками колени. На ней был мой старый свитер, огромный и смешной, в котором она казалась совсем хрупкой, почти прозрачной. Она задумчиво перебирала зёрна кофе, высыпав их прямо на деревянную доску.— Знаешь, Керим, — тихо заговорила она, не поднимая глаз, — иногда мне кажется, что мир вокруг стал слишком громким. Все куда-то бегут, требуют чего-то, доказывают... От этого шума начинает болеть где-то внутри.Я подошёл со спины и опустился на колени рядом. Взял из её рук деревянную доску, отставил в сторону, а её ладони спрятал в свои. От неё пахло корицей и утренним дождём.— Мир всегда будет шуметь, Айлин. Но у нас есть право закрыть дверь.Я аккуратно поправил воротник её свитера, защищая шею от сквозняка, который всё-таки пробивался сквозь старые оконные рамы.— Помнишь, на прошлой неделе ты забыла зонт и промокла до ниточки? — спросил я, глядя в её тёмные, как крепкий турецкий чай, глаза. — Ты пришла злая на весь свет. А я не стал спрашивать, почему ты не проверила прогноз. Я просто набрал тебе горячую ванну и испёк пирог с инжиром.Она улыбнулась, и эта улыбка была теплее, чем огонь в камине.— Помню. Пирог немного подгорел снизу.— Подгорел, — согласился я, целуя её в лоб. — Но в этом и есть весь смысл. Любить — это не искать идеала и не совершать подвиги напоказ. Любить — значит беречь. Быть той самой стеной, о которую разбиваются чужие ветры. Сварить кофе, когда у другого нет сил встать. Промолчать, когда хочется упрекнуть. Заметить, что у любимого человека грустные глаза, даже если он смеётся.Я поднялся и пошёл к плите, где уже закипала джезва. Насыпал туда две ложки кофе, щепотку кардамона и немного тростникового сахара. Секрет хорошего кофе — в медленном огне и терпении. Как и секрет долгой любви.Когда я вернулся, Айлин уже устроилась на диване, укутавшись в плед по самый нос. Я поставил чашки на столик, сел рядом и обнял её. Мы молчали, слушая, как за окном беснуется море. Но здесь, внутри нашего маленького дома, было абсолютно тихо и безопасно. Потому что мы умели беречь друг друга.