Твердь 11 Экскурсия

Выйдя утром к завтраку в светлую пронизанную лучами местной розоватой звезды столовую, Олеся обнаружила нового гостя. Владислав в штатском пиджаке и брюках  сидел спиной к ним, обняв спинку стула, а на следующем за ним месте развалился молодой тёмно-русый худой мужчина в расстёгнутом чёрном с серебром мундире ВКФ. Лариса была на этот раз в белом халате из-под которого виднелась футболка.

- Ой, доброго утра, - махнула рукой баронесса. - У нас по-простому. Яйца, тосты,кофе-чай. Сами намазывайте-накладывайте.

Аташевы переглянулись. Олеся была шокирована контрастом со вчерашним чинным обедом.

Ион отодвинул жене стул напротив космолётчика. Влад повернулся:

- Добрейшего. Ионушка, Олеся Павловна, - он ткнул спейсмана кулаком в бок. - Это чудище в звёздах - мой блудный братец Леон.

- Блудный - это ты! - заржал Леон. Он был тоньше коренастого брата. Лет тридцати. Живые ясные глаза. Один серый, другой зелёный. На плечах лежали погоны капитана первого ранга.

- Уже крейсером командует, - не без гордости сказал Влад. - Меня обскакал, младшой.

- Вы командир крейсера? - вежливо удивилась Олеся, не зная куда провалиться в своем платье для приёмов.

- Крейсер "Аметист", - подтвердил разноглазый. - Тяжёлый.

- Это Ион и Олеся Аташевы, - Влад чуть повёл рукой в их сторону. - Ион командует у меня эскадроном, а вот Олеся Павловна вчера прибыла с Терры.

- Зрю, - хмыкнул Леон. - У вас до сих пор в глазах ад и нейтрон. Ничего. Приживётесь. Рубид для тех, у кого есть руки и мозги. Ротмистр, вы бы чаю налили, кофеек маронский, его только Влад хлебать может.

- Я больше чай люблю, Леон.

- О темпора, о морес! - воскликнул капитан и всплеснул руками. - Славка и чай. Немыслимо.

- Времена меняются, братец.

- Да уж зрю, - Леон подался вперёд и сел прямо. - Но ты всё равно молодец. Выжил, выкарабкался. Это немало при твоей-то службишке.

- Ты надолго?

- На месяц, у меня отпуск.

- Я уезжаю завтра, - сухо сказал Влад.

- Почему так мало? - огорчилась Лариса.

- Потому что в секторе неспокойно, Лара. Чуйка моя прямо бьётся.

- Да загони ты её в угол! - поморщился каперанг. - Бьётся - не выбьется. Тебе дали четверо суток без дороги, вот и не надо раньше старта в облака смотреть.

- Леон,  - Влад прищурился. - Сколько у тебя народу под рукой?

- Четыреста пятьдесят.

- Во. А у меня втрое больше. У тебя там ордунг, у меня Хларау, где под каждым кустом дуревар сидит. Гробозоры ещё объявились, аллиены где-то бегают. Мы на пути к расположению краулер спалили. Краулер! Которые до того только в Дизере встречались. Вот как он через весь Рубид перемахнул?

- У тебя же эскадрон был вроде?

- А теперь батальон, - не моргнув глазом, приврал Влад.

- Король справится, Ворон, - поддержал Леона Аташев. - Давай вправду отдохнём чуток. Олеся хочет про Рубид послушать. А ты на истории мастер.

- Ворон! - расхохотался Леон. - Замечательно тебе, братец, позывной подобрали. Сидит, зыркает, клюва не хватает!

- Это моя погремуха в юнкерском, Лео, - Влад огладил шевелюру. - Я же чёрный был.

- Седина и шрамы... - Леон протянул тонкую руку и прямо пальцами подхватил пластинку глазастого сыра.  - ...украшают мужчину. Солидный дядька стал. Нет, правда. А всё прочее - в дюзы, Слав. Так значит вы только приехали, сударыня? Это об вашего кибера я чуть шею не свернул?

Олеся жалобно посмотрела на мужа.

- Леонид, не пугай  гостью, -  притворно-строго сказала Лариса. - Олесенька, вам хлеба подрезать?

- Мы сами, - Ион потянулся за ножом с костяной ручкой и украдкой ткнул жену в бок.

- Прекратите стесняться, Олеся, - Лариса налила себе молока в чашку. - Мы не звери и не земные аристо с их вечно вколоченной в мозги серебряной палкой. Мы рубидеры. А рубидер - это труд и упорство. И воля. И простота. И умение отвечать за себя.

- Не слишком ли много труда? - заметила Олеся.

-Т руда много не бывает, - отрезал Владислав и посмотрел на террианку в упор. - Кому хочется расслабухи - на Терру.

- Но у вас так мало автоматики!

- А она нам не очень и нужна. Машина не должна быть умней человека. Иначе человеку будет нечего делать и нечего есть.

- А как же соцмин?

- Минимальное обеспечение?

- Да.

- Его нет в колониях, Олеся, - обер-ротмистр развернулся к столу и упёрся ладонями в край. - Терра паразитирует на колониях, не давая нам развернуться. Мы бы могли многое производить сами. Но нельзя. Запрещено. Слышали когда-нибудь про  Матвея Величко?

- Не-а.

- Он перианец. Был. Фермер, обычный фермер из Шенанны. Величко много лет выращивал фрукты и занимался селекцией. И однажды получил грушу, которую назвал "великан".

- Подождите, Владислав! "Великан" же вывели в имперском институте генезиса!

- А вот и нет, Леся. ИИГ попросту отобрал саженцы у Матвея. Эту историю я услышал от него самого. Догадываетесь, где?

- В Хларау?

- В вокзальном буфете, в Клесвицах. Сломленный больной старик зашёл туда пропустить стаканчик и погреться между рейсами. Он получил урожай и пошёл за патентом. На следующий день приехали полиция и санитарный надзор. Величко обвинили в использовании метароидов. Это такие усилители роста растений.

- Но метароиды запрещены, - заметил Ион и поставил перед женой тарелку с бутербродами.

- Вот именно. Запрещены, потому что провоцируют рак. Полицейские выкопали саженцы и спилили две взрослых груши. А в сарае неожиданно обнаружили несколько  тубусов с неведомым порошком коричневого цвета.

- Сами и подкинули, небось, - хмыкнул каперанг.

- Величко клялся и божился, что это не его, - продолжал Владислав. -  Через две недели суд конфисковал его земли и оштрафовал за "опасные эксперименты". Причём в заседании про порошок вообще ни слова не сказали. Матвей потерял всё. Он ехал  тогда из Рамидии в Рокоград, откуда ходят корабли в Альстар.

- Там же пираты! - воскликнула Олеся.

- Там есть и вполне обычные государства, Олеся, - возразил Владислав. -  Вот туда он и хотел уехать, чтобы начать всё с нуля. А через пару месяцев ИИГ под фанфары представил публике "новый прорыв славянской науки".

- Вы ему поверили?

- Видите ли, Олеся, я тогда уже лучше понимал людей. Так вот, я считаю, что дед не врал. Конечно, он был малость не в себе, голоден, измучен. Он ехал на местных поездах, так дешевле, чем на прямом. Потому и попал в Клесвицы.

- И что вы сделали?

- Купил ему обед и коробку сублиматов в дорогу.

- Вы добрый.

- Многие зовут меня бешеной тварью, - Стахов-старший сложил руки на груди. Глаза смотрели холодно, колюче. - Так вот, история Матвея Величко не единственная. В Хларау были когда-то лаборатории. В том числе генетическая. Хозяйку не помню, надо файлы глянуть. Её уничтожили православнутые в начале века, - Стахов потянулся всем телом, как кот. - Чуть меньше ста лет ЦПС практически правила Рубидом. Конечно, её влияние упало ещё в двадцатых, но когти она не отпускала до прошлого года. И метрополия не сделала ни-че-го, чтобы привести попов в чувство, а кодекс законов - в соответствие с общеимперским. Церковь зарезала очень многое. В том числе, и любые ростки развития, изобретений, усовершенствований. Зато полным ходом строились сталелитейные заводы и горные комбинаты. Проповедовались труд до могилы и скотское терпение. Терре нужны твердосплавы и продукты. Ну, и мой лес. А нам остается минимум. Это идиотизм: на сельхозколонии - нехватка продовольствия и запрет на селекцию! - Стахов тяжело выпустил воздух, он уже зло смотрел на террианку. - Ваши чудеса и социальный рай - прямой результат арбайта колоний!

- Владислав, успокойся, пожалуйста, - ровно и строго произнесла баронесса. - Олеся ни в чём не виновна. Не порть чудный день. Олесенька, солнышко, будет ещё  время поболтать. Кушайте, пожалуйста, не обраш-шайте внимания на этого пророка. Плотненько, плотненько. А после завтрака поедем гулять. Я вам тут всё покажу, хорошо?

- Лар, ты бы приказала мясного, - заметил Леон. - А то мы тут со Славкой  подмели тарелочку, гостям кости остались.

Баронесса приподняла скатерть на углу и мазнула по сенсору.



"Мамуська, хау. Вот, выдалась минутка, пишу. Я увидела, наконец, настоящих Стаховых. Они простые, ма, как мы с тобой и папой. Кажется, вчера баронесса сама испугалась террианки. Потому всё было по этикету. А сегодня с Иончиком выходим к столу при полном параде и что мы видим? Хозяйка в халате поверх растянутой майки, Владислав в костюме чуть получше лакейского, без галстука. И ещё целый капитан 1р.  в распахнутом мундире на стуле качается.

Ты можешь себе такое в Архангеле представить? А тут запросто, оказывается. Они говорят, что главное - руки и голова. Что киберы отнимают хлеб у людей, представляешь? Они очень милые, ма. Хотя от некоторых суждений я просто фигею. Ну нельзя быть таким дремучим! ВГ рассказывал, что на Рубиде 100 лет правила церковь, а Терра ничего не делала, чтобы исправить положение. Им запрещают производить многие вещи и преследуют за новое. Не могу в это поверить. Зачем? Смысл?

ВГ иной раз похож на душевнобольного. Но Ион говорит - он нормальный и умный, только издёрган. Нет, ему несомненно необходим психолакс. Он, как сторожевая собака, рвётся обратно. С трудом уговорили не спешить с отъездом. Во! Поняла, кого он напоминает! Лайку! Верный и преданный пёс, весь смысл жизни - охранять хозяина или дом.

Ма, они злы на нас. Потому что Терра требует от них столько еды, что у них самих не хватает. Хотя стол в поместье хороший и всё эко. Жуточки, как вкусно! Но ведь это богатые люди. У них лесопилки по всей провинции.

Леонид Георгиевич - Леон по-домашнему - весёлый и смешливый. Он командир тяжёлого крейсера, а ему нет и 30ти, представляешь?

Ой, надо одеваться потеплее. Мы сейчас едем смотреть окрестности. Сегодня чудный день, ма. И уже почти тепло, только ветерок ещё бррр. Чмоки-лайки, ма"!



- Владик, я не могу дёргать Петю, он вчера сделал две тыш-ши вёрст. Лео водит плохо. Покатай нас, а?

- Лар, а я сколько сделал? У меня зад полосатый. Может, пройдёмся пешком?

- Почему это я плохо вожу? - обиделся капитан, указывая на спортивную машину сбоку от крыльца.

- Ты в прошлый раз перевернулся. А твоя маленькая.

- Давайте я, - вмешался Ион. - Я, Лариса Георгиевна, вашего брата ученик, водить умею.

- С трёхосной машиной управитесь? - Лара накинула шарф.

- Конечно.

- Пойдёмте в гараж.

- Пошли, Оленёнок. Заодно покажу тебе "крокодила". Во-о-н они под вышкой стоят. Влад! Их два!

- Я дал ребятам погулять до один-девять.

Ион нахмурился:

- Ты их не слишком ли балуешь, командир?

- Не думаю. Не сидеть же им в поместье. Пусть навкусняшатся хоть немного перед вечными рационами. Я отвечаю, Ион.

- В последнем я не сомневаюсь, сенс. Пошли, Олесь.


Угловатый "робур" цвета хлебной корочки весело бежал по шоссе вдоль реки. Олесю забавляло всё. Красотища! Живописное ущелье с прыгающей по синеватым камням рекой, горы на том берегу, заросшие густыми лесами. Ниточка винтажной железной дороги, выскочившая из-под обрыва и подвинувшая шоссе чуть дальше. Очень удивило, что рельсы не ограждены. Что по тропинке вдоль них спокойно шла пара девчонок с меховыми наушниками поверх плоских шапочек-беретиков. Курточки коротенькие, пухлые, яркие - все из разноцветных треугольничков и квадратиков. Джинсы в обтяжечку и эти страшно лохматые полусапожки.

- На свиданку, небось, с кавалерами, - Леон откровенно веселился. - Ух, я бы с левой дал плазмы!

- Лео, - укоризненно протянула баронесса.

- Не, нуа-чо, - каперанг дёрнул плечом. - А, братюня? К нам идут, больше некуда.

- Мэйби, за реку. В Чесву, - лениво отозвался Влад с левого края заднего сиденья.

- Так и шли бы по тому.

- Мост-то дальше, почти напротив нас. Это, наверное, россохские.

- А, да. Нет, я примечаю, что девки у нас хорошеют! И это есть хо-ро-шо! - Леон не мог спокойно сидеть на месте. Всё время вертелся.

- Лео, а ты по мостику также бегаешь? - осведомилась Лара.

- Сидеть спина устанет. Хожу, поглядываю. Сажусь, когда маневрим. А то кэп, летящий кубарем по палубе, в мирное время вызывает смех, а в военное - панику. А ты, Слав?

- Раньше на квадрике ездил, сейчас у меня команд-машина. И вот что-то начал замечать, что спину покалывает. Может, от того, что вечно боком сижу?

- Боком?

- Так кресла стоят, - Стахов почесал щеку.

- А сколько всего там народу?

- Вообще "крок" рассчитан на двадцать рыл. Экипаж - двое, механик и стрелок. Капральство - десять-двенадцать человек. Санитарка берёт троих максимум и может  пять сидя ещё взять. А у меня в машине пятеро.

- Экипаж, ты...?

- Оператор БПЛА и РЭБщик.

- Продумано.

- Кстати, я вчера чуть дуба не дал, Лар. БПЛАшник мой спокойно наших вальдов чесал. Кстати, а где Гарик?

- Его Андрюшка к бабушке взял. Такие друзья стали - не разлей вода. Ион Васильевич, на следующем перекрёстке налево. Только за светофором следите.

- Слушаюсь, матушка-барыня, - шутливо отозвался Ион и подмигнул Олесе.

Та не выключала наплечную камеру, снимая дорогу, встречные машины, пейзажи. "Карелия" и "Нордлайт" уже визжали на все лады. Сима Веррис была в диком восторге. Более практичная Вика Аникина написала, что папа связался с Управлением по Делам Колоний за дозволением открыть турлайн на Рубид и просил поснимать какие-нибудь винтажные города и энтерпрайсы, чтобы составить план первого тура. Аташевы-олд также отметились:

 "Рада за вас, Олесенька. Страшно немного и плачу, но очень за вас рада.  Как ты там будешь, деточка? Надеюсь, образуется. Ты умненькая, знающая. Васенька просит дать ему связь с г-жой баронессой. Всё инвест, да инвест. Будет случай, попроси её, золотко".

- Олесь, а ты не задумывалась о блоге? - спросил Ион, когда они затормозили перед красным сигналом в прямоугольной коробке на столбе. - По-моему, у тебя получается.

- Зайчики! - завопила Оливка. - Да я буду самым модным вояжгером сезона!

- Успейте до туриков, - буркнул Влад. - Они засыпят всех фотками.

- Ой, пока УДК раскачается.

- Сейчас покажу вам лесоповал, милые, - усмехнулась баронесса.

- Нам на этот мост, да? А почему по нему поезд идёт? - Олеся вытянула руку, чтобы снять синий газотурбер с наклонным носом и разделённым на четыре части лобовым стеклом. Он тянул два десятка вагонов с брусьями, полдюжины крытых и четыре пассажирских в хвосте. Машина грозно рявкнула гудком и повернула на прибрежную линию. Вагоны угрожающе кренились. - Ой, а почему людей с грузом везут?

- Совмещённый мост, - лениво пояснил Влад. - Чтобы лишний не строить. А поезд грузопассажирский, потому что ездят мало, но все-таки ездят. Чисто пасс будет убыточным. А вот такой раз в полдня вполне себе.

- Поезд раз в двенадцать часов?! - Олеся раскрыла глаза.

- В семь-восемь.

- Утром проходят два регика, - вмешалась Лариса. - И вечером. На работу людей развезти и домой.

- А если задержался?

- Такси, автобус, - безразлично протянул Владислав. - Смотрите, лесовозы с той стороны пошли.

Огромные безносые тягачи вереницей шли с правого берега. На каждом четырёхосном прицепе - толстые брёвна, завернутые в пластобрезент с уже знакомой Олесе надписью "ЛЕССТАХ".  Сойдя с моста, они выезжали на перекрёсток и тяжело поворачивали хвостом к ним, на север.

- Так это ИХ лесовозы! - вырвалось у террианки. - Лес Стаховых!

- Ага, - подтвердила Лариса. - Фирма "Лесопилки Стахов и сын". А цвета наши, гербовые, Олесенька. Дедушка ничего, кроме зелёного дерева на синем фоне, не придумал.

- И поезда ваши, да?

- Нет, поезда компании "Бира и Светломорье". Синий - гербовый цвет ещё и князей Градских, хозяев Светломорья. Кстати, надо будет Женьке месснуть, - зевнул Владислав.

Олеся притихла. Матушки-зайчики, уж на что Аташевы были богаты, но с князьями не общались. Князья это где-то там, в небесах, у самого престола. А тут князь попросту "Женька"! А может, это княжна? Возлюбленная Владислава? Он же такой привлекательный мужчина на самом деле. Подумаешь, сед. Это исправляется в пять секунд. Но его седина не портит, наоборот, импозишн!

Она обернулась назад:

- Ну-ка, скажите "сыыыыр"...

Стаховы сдвинулись поближе. Зайчательный кадр! Хитро улыбается Леон, приветливо - Лара, устало и добро - Влад.

- А вы все бароны? Надо снимок правильно подписать.

- Я беститульный, Олеся. Пока Славкой дракон не закусит.

- Олесь, давай я тебе продиктую, тут метропольских подписей не поймут. Леонид, вы какой эскадры? - Ион тронул машину с места и выехал на гулкий арочный мост.

- Девятой.

- У вас флагман?

- Бог миловал, - усмехнулся каперанг. - Таксистом штаба не работаю. Девяносто третьего отряда крейсеров командир.

- Ого! - Олеся была в восторге. Какие они скромные тут. Свой корабль упомянул, а отряд - нет.

- Так, Лариса Георгиевна, тут налево или направо?

- Налево.

- Окс. Так, пиши, Оленёнок. Слева направо: семья Стаховых. Дворянин Леонид Георгиевич Стахов, капитан первого ранга девятой эскадры ВКФ Славянии, командир девяносто третьего крейсерского отряда и тяжёлого крейсера "Аметист".

- Ща, не части... ага. Дальше.

- Её Милость баронесса фон Готтеншафт-Стахова Лариса Георгиевна, вдова...

- Микаэля Георга барона фон Готтеншафт, - суховато отозвалась Лара, глядя в окошко мимо носа Влада.

- Простите великодушно. Так, записала?

- Да. Не тряси, плизз.

- Дорога такая, - Ион то и дело объезжал огромные лужи на просёлке. - Владелица фирмы "Лесопилки Стахов и сын" в скобочках - "Лесстах".

- А также агрофирмы "Георг Готтеншафт", - уточнила Лариса.

- Угу.

- Из поместья Стафорт, провинция Верхние Чащи, - продолжал диктовать Ион.

- Начиркала.

- Барон Стахов-Чащенский Владислав Георгиевич, обер-ротмистр Колониальной Армии Славянии, командир первого батальона пятой бригады второй драгунской дивизии Рубида. Кавалер орденов "Белой Линии", "Алого Ястреба  с мечами". Влад, тебе старое восстановили?

- Да.

- А чего не носишь? Непорядок, на губу посажу. Так, Лесь, ещё "Алое Сердце"  ему допиши.

- И медаль за оборону Нойе-Кельна, - буркнул Стахов. - На губу... замотался, знак купить забыл.

- В Рокограде исправим. Или тут офицерская лавка есть?

- Нету, - злорадно отозвался Влад.

- Значит, терплю до Роко, так и быть. Олесь, комендант форта Уликово. Леон, у вас награды есть?

- Ястреб с мечами, Комета - вторая и третья, Святого Станислава и Адмирал Надеин.

- Со-о-лидно, братец, - протянула Лариса. - Направо, Ион, только грузовик пропустите.

- Ещё б его не пустить, махину такую, - Ион притормозил, пропуская высокий фургон с квадратным радиатором на торце длинного капота.

- У меня тоже есть медаль. Купеческая. Это надо писать? - спросила Лариса.

- А как же! - воскликнула Олеся и покрутила стило.

- Серебряная "За усердие".

Фотка, наконец, улетела в паблики.

- Ой, родителей ваших забыли, - огорчилась Олеся.

- Да ладно, и так сойдёт,  - Ион почесал нос костяшками пальцев.



Машина поднялась в гору и остановилась возле огромной площадки с V-образными подъёмными кранами, штабелями густо-фиолетовых и тёмно-красных брёвен, низким длинным бараком и маленьким поездом из рогатых платформ, на которые как раз опускал стянутые клешнями красные брёвна кран. В будочке крана сидела девушка, лихо управлявшая им при помощи сенсорных перчаток.

Сбоку от платформ следил за погрузкой полный  мужчина в белой каске и распахнутом на пузе оранжевом жилете. Неподалёку тихо стучал мотором крохотный зелёный мотовозик, похожий на мягкий знак. Бородатый машинист в плотной куртке с высоким дутым воротником и чёрных бесформенных штанах возился у колёс, что-то там подкручивая. У ног мужчины, обутых в высокие шерстяные сапоги,  стояла мятая серая маслёнка с длинным носом.

Земля засыпана щепой, веточками, сухими листьями. От площадки вверх уходит  просека.

- Вира, вира! - крикнул толстяк и пачка бревён приподнялась, - На меня! Майнай мало! - команды он сопровождал взмахами руки.

За брёвнами ревел и визжал какой-то механизм. Рычащий трактор на гусеничном ходу волок вниз зажатые в трёхпальцевом захвате толстенные длинные ветки.

Олеся опять переключила камеру на плечо. Бож-ж-женьки, подруги умрут от зависти! Столько впечатлений!

Они вышли из машины. Влад немедленно воткнул в зубы элрету с кольцом цвета кофе латтэ. Пахло хвоей, смолой, чем-то сладковатым и пронзительной сырой весенней свежестью. Из барака выбежала тощая женщина в дутой белой куртке и такого же цвета бейсболке. Она подошла к Ларисе:

- Здравия, госпожа баронесса. Происшествиев нету, за ночную смену отгружено пятьсот двадцать один куб розки, голубы - двести кубов. За вчера - восемьсот сорок и триста одиннадцать.

- Спасибо, Дина. Мы пройдёмся немного тут.

- Ларис Георгиевна, мне бы крановш-шиц пару, как с отпусками-то быть? Василова вот-вот в перку ляжет.

- Берите, учите, Дина, - пожала плечами баронесса. - Я вас когда в том сдерживала?

- Двадцать пять рублёв им уже мало, наглые девки пошли. Баяла я вам, разбалуете.

- Объяви семнадцать стажёрам, двадцать семь - крановш-шикам. Остальное - по старому расчёту.

- Может сразу по три червонца? - начальница заглянула хозяйке в глаза.

- Школу не на что содержать будет, - отрезала та. - И так голуба залёживается. Оставь её пока. До осени.

- Слушаюсь.

- Людей перебросишь на посадки.

- Исполним, - Дина черкала стилом на планшете.

- И Дудку тоже засади розухой.

- Исполним, Лариса Георгиевна, - кивнула Дина.

Было ей лет пятьдесят. Сухая, жилистая, руки исцарапаны, ногти неровные. Лицо худое, нос, как у совы.

- А что такое перка? - тихо спросила у мужа Олеся, когда Лариса с управляющей двинулись в обход штабелей и что-то принялись обсуждать.

- Перклиника, родильная.

- Блин, точно же. А почему дерево голубое и розовое, когда оно фиолетовое и красное?

Ответил Влад, идущий впереди справа:

- Полежит на воздухе, сойдёт густь. Через пару-тройку дней будет тот самый благородно-голубой, как модно в террианских хоромах. А розовым это дерево не за цвет зовут, у нее крона на розу похожа. Кстати, листья у неё белые, как у чайной розы.

- А почему же её не видно с того берега?

- Посмотрите на баланы, розуха короче. Она низкая. А голуба высоченная, вот одну её и видать. Пошли, я вам ещё фудур покажу и маслянику.

За бревнами обнаружился вполне обычный жестяной ангар с широкими воротами и цепным, с крюками, конвейером, который Влад обозвал "лесотаска". Ещё один кран с захватом вместо гака уложил на него целый ствол с ветвями, и дерево поехало внутрь, откуда и доносился рык. В сарае стояла огромная машина, вокруг неё -  несколько рабочих. Один сидел на месте оператора, за деском. Другие собирали выпадающие через боковой проем ветки и вязали их проволокой в пучки. Третьи граблями стаскивали в яму с наклонными жестяными стенками кору и щепки. Под потолком на рельсах стоял жёлтый тельфер на поперечной балке. У стены в кармашке висел примитивный пульт. Из другого конца машины выехало голое бревно. Цепная пила опустилась и срезала толстый комель, тяжело грохнувшийся в ручную тележку. Рабочий тут же откатил её в сторону и сбросил в кучу таких же в углу.

- А зачем ветки собирать? - любопытничала Олеся.

- Они и щепа идут на бумажную фабрику, - пояснил Влад, оглядываясь как-то по-особому, по-хозяйски. - Трактор-трелёвщик отвозит их вниз, там измельчитель стоит. Версты полторы отсюда. А вот этот бункер вытаскивается тельфером, - Влад показал пальцем под свод крыши. - И ставится на платформу трелёвщика. Вместо него - пустой.

- Вы делаете бума-а-а-агу-у-у?

- Дела-а-аем, - передразнил Владислав террианский говор. - Картон, обёрточную, гербовую и полиграфскую. Кстати, на Терре ещё не вошли в моду бумажные книги?

- Не-ет, - протянула Олеся, подумав, что это было бы прикольно, бумажная книга, прямо, как в старину. У дедушки была одна. Старая, жёлтая, без обложки. Собачка соседская изодрала, дрянь такая.

- А супруг ваш большой любитель.

- Ион? - изумилась Олеся и бросила на мужа заинтересованный взгляд. Чем он ещё у этих туземцев заразился?

- Олесь, ты не представишь, как это приятно, с бумаги читать! Поедем в город, зайдём в лавку, если тут есть. Там даже пахнет... особо.

- В молле есть, - кивнул Влад. - "Волшебная Заря" называется. А ещё обёрточная бумага заменяет на Рубиде пластиковую упаковку. С пластиком у нас напряг, да и эко сохранять проще с бумагой.

- А картон - это что и зачем?

- Визитки натурные. Они из картона делаются, толстой жёсткой бумаги.

- С прошлого года мы выпускаем тонкий картон, - похвасталась присоединившаяся к ним Лариса. - Влёт идёт с этой модой на визитные карточки и открытки.

- Открытки?

- Карточки с ладонь. С одной стороны арт, с другой пишется адрес и краткое пожелание, поздравление. Принято пересылать друг другу к празднеству.

- Вау! - Олеся аж в ладоши захлопала. Во дают рубидеры. Посылать друг другу бумажный арт с поздравлениями! Ви-и-инта-а-ажно-о-о, ж-ж-жуть. И то, что об эко думают - тоже зайчательно. Свалки на земной орбите не первый год проблема, всю Луну изрыли - мусор хоронить, а тоньше трешринг не становится. Бумага прекрасно распадётся или сгорит. Клёво!

Владислав остановился, наклонился, потёр колено.

- Прихватило, сенс? - озабоченно спросил Ион.

Вместо ответа старший Стахов болезненно поморщился.

- Рано ты трость бросил, - укоризненно заметил Аташев.

- А что такое? - в Олесе проснулся медик. - У вас был перелом, Владислав Георгиевич?

- И перелом, и два пробоя гаусс-иглами, - кивнул Ион. - Перед Новогодьем каркас ему сняли.

- Мамочки-зайчики...

Оссподи, какая древность, каркас Елизарова! Или Степуги? Но это тоже седая старина. Да-а-а, медицина тут, прямо скажем, в зачатке. Конечно, надо тросточку! Вот прямо сейчас бросить эту экскурсию и ехать в молл за красивой современной тростью! И в книжную лавку зайти, интересно же.

- Лариса Георгиевна, давайте лучше в город съездим, Владиславу Георгиевичу необходима опорная трость. Это я вам, как врач говорю! - безапелляционно добавила Олеся, нагло повысив себя на целую ступень.

- Батюшки, никак учёный доктор! - Худая Дина обернулась и вдруг, приложив руку к сердцу, отбила в сторону Олеси низкий поясной поклон.



"Ма, ты извини за плохое слово, но иначе никак. Я в а-ху-е. Тут так почитают медиков, просто кошмар какой-то. У нас и рядом не стояло. Обидеть врача тут немыслимо, оказывается. Но с другой стороны, если врач плохой, ему жизни не будет, мигом звания докторского лишат и на самое дно запихнут. Медицина тут слабая, ма. Аппаратов почти нет, вот и стараются доктора как могут, чтобы пациентов спасти! Мне весь энтпрайз в пояс кланялся, госпожой доктором звали. В глаза так смотрели, что прямо плакать захотелось. С надеждой, с робостью.

Лариса Георгиевна аж за сердце схватилась и сейчас в авто меня всю изругала, что я сразу не сказала. Оказывается она "приняла меня не по обычаю, что люди-то скажут"?! Господи, ма, меня принимали, как графиню какую, но вот не как доктора. Прямо стыдно стало, прикинь? Я ЛГ и говорю: "Я фельдшер, вообще-то". А она - "Да какая разница, лишь бы лечить умела. Террианский фельдшер, да ещё скоропомощник, считай доктор".

Мы сейчас едем в Елецград, это самый большой город в провинции, 50 тысяч живёт.  50.000 у них большой город, а? В Вельске под 200 и считается маленьким.

Открылась я случайно, ВГ стало дурно, когда он нам показывал лесозаготовки (ЛГ совещалась с управляющей, Диной). Оказывается, г-н обер-ротмистр был ранен в ногу и в голову. Ему ставили каркас. Судя по описанию, Степуги. Ма, у нас уже лет сто такое не делают! Мы только по истмеду проходили. Ты можешь представить, чтобы перелом давал знать о себе через полгода? Короче, надо тросточку. Вот за ней мы и едем. Посылаю тебе ролик, который сняла в поместье и в дороге, ну и на энтпрайзе. Смотри со звуком. Всё, пошли предместья. Чмоки".



- Медицина у нас очень разная, - объяснял Владислав. - Во-первых, большинство народа, в том числе и богачей, живёт на юге. Рубид заселялся с востока на юго-запад. На север пошли те, кто предвидел эту ситуацию и хотел оторвать себе больше земли. Во-вторых, медицина для богатых и бедных - небо и земля. Есть клиники и санатории, не уступающие террианским. Они на юге и очень дорогие. Мы с Женей Градским одногодки. Но он выглядит на двадцать пять - тридцать лет, благодаря южной медицине. А я - сами видите.

"Ага, Женя - это всё-таки он. Князь. Мамочки-зайчики"!

- Для бедных людей она недоступна и врачи на север не рвутся. Алина Оттовна получает у Лары сто тридцать рублёв, а врач санатория в Лазаре за куда меньшую нагрузку и хлопоты, рублёв двести. Ещё у нас есть Палий Макарович в Россохе, в земской клинике. У него от земства жалование восемьдесят. А приходится на них двоих почти пятнадцать тысяч человек.

Олеся прикрыла глаза в ужасе. Один врач на семь-восемь тысяч народу!

- Если бы вы согласились поступить ко мне на службу, я бы сей же час положила вам сто на испытательный и сто тридцать через месяц, - добавила Лариса. - А своему свёкру передайте, что мне инвестиции не нужны. Акционерство у нас не в чести, тут больше семейные предприятия. Но я с удовольствием представлю его той же Веронике Долгополовой с её фабрикой изящной мебели, девочке со сбытом тяжело. Может, его заинтересует наша речная рыба и моллюски? Анжелика Весемировна также бы не отказалась от компаньона. Есть и другие фабриканты, лавочники, ремесленники. Но для этого нужна личная встреча. Согласится ли он лететь на край света?

- Отец ещё крепок, чего бы не слетать? - пожал плечами Ион. - Я вот вряд ли с ним пересекусь, мне так часто отпуск не положен.

- В Клесвицы можешь, - сказал Влад.

- На том большой мерси, сенс. Это вариант, от Роко час на экспрессе.

- Кстати, Ион, предложи ему вложиться в ТСЭ. Может, он их счета возьмёт? Не нравится мне председатель правления последнее время.

Ион глубоко кивнул. Он не торопился, вёл машину медленно, позволяя любимой поснимать вволю. "Робур" бежал по одноэтажному холмистому городку, Леон работал за штурмана. Начался очередной крутой подъём, а на холме возвышалось огромное кубическое здание цвета морской волны. Оно совершенно разрушило всё очарование!