По следам Беллы Гот. Женщина в красном

На следующий день Мортимеру стало лучше. Мистер Смит пока не давал о себе знать. Шутка ли – Паскаль так припугнул назойливого инопланетянина, что вряд ли тот ещё раз осмелится беспокоить Мортимера, а с полицией иметь проблем не хотелось.
Мортимер лежал в постели и безучастно смотрел в потолок. Рядом суетился Александр: ему не хотелось отворачиваться от отца в такой момент. Гот-старший просил сына отвлечься и почитать что-нибудь, но юноша стоял на своём.
– Папа, я не хочу, чтобы тебе было плохо, – говорил он. Мортимер же улыбался в ответ.
Гот-старший повернул голову в сторону окна. Из него виднелись облака. Некоторые из них сложились в образ Беллы. Однако думать об этом Мортимер был не в силах. Зажмурив глаза, он снова посмотрел на облака: они снова приняли бесформенный вид.
Но и выбросить Беллу из головы он тоже не мог. Когда ему стало лучше после ухода мистера Смита, братья Кьюриос рассказали ему следующее.
У Паскаля есть лучший друг, которого зовут Типус Нервус. Мортимер удивился: никогда раньше он не слышал такого чудного имени. Впрочем, в Стренджтауне бывает и не такое.
Так вот, упомянутый Типус Нервус с детства страдает нервными тиками («Наверное, поэтому его так зовут», – подумал Мортимер), потому что его мать, известная чёрная вдова Гертруда Некрономикон, не занималась его воспитанием. Всё, что интересовало уже пожилую светскую львицу, сделавшую себе громкое имя в светских кругах Стренджтауна, – это бесконечные недолгие романы, собирание мухоморов, раскопки во дворе. До сына ей не было никакого дела. На тот момент супругом Гертруды был некий Ихабод Некрономикон, который впоследствии пошёл по стопам её предыдущих мужей – был похоронен на кладбище заднего двора её дома. Однако умер он от старости, а не в результате трагедий, как Хью Танасия и Риггер Мортис (о последнем и вовсе поговаривали, что Гертруда убила его, но доказательств так и нет). Кроме того, Ихабод не является отцом Типуса, поскольку цвет его кожи светлый, тогда как и у Ихабода, и у Гертруды – тёмный, да и родила она сына до свадьбы с последним мужем.
Она, возможно, любила Ихабода, но это не давало ей права пренебрегать сыном. Очень скоро Типуса изъяли органы опеки. Внезапно опомнившаяся Гертруда просила социальных работников не забирать ребёнка, а потом долго ходила по инстанциям, чтобы ей вернули его, но куда бы она ни обратилась, ей везде отказывали и говорили (кто-то спокойно, а кто-то – с презрением): «Опасно доверять детей такой матери, как вы». Гертруда с поникшей головой уходила и, укрывшись там, где её никто не увидел бы, давала волю слезам. Ах, если бы она вела себя более ответственно с сыном…
Но кто же тогда является отцом Типуса? И где же он был, этот отец? Братья Паскаль сказали, будто бы Гертруда родила своего сына от самого Мрачного Жнеца. При этих словах Мортимера подёрнуло – он даже поперхнулся чаем:
– Простите, вы сказали…
– Именно так, – кивнул Викунд. – Трудно сказать, насколько это является правдой. Но если учесть всю мрачность дома Гертруды, теоретически такое может быть.
– Но как же это объяснимо с научной точки зрения? – не понял Мортимер.
– Этого мы и сами не знаем, – развёл руками Ласло. – Даже у учёных нет ответов на все вопросы.
Мортимер, закончив откашливаться, задумался. Каким же это образом… Впрочем, есть ещё более важный вопрос: как это касается Беллы?
– К Белле это может иметь прямое отношение: Гертруда могла завлечь её на свой участок, – пояснил Паскаль. – Так как она светская львица, ей не составило никакого труда познакомиться с вашей супругой, и Белла, никого здесь не знающая, вполне могла довериться ей.
Мортимер вздрогнул. Если это так, дело плохо…
– И как же узнать, правда ли это? – спросил он.
– Типус может нам помочь, – сказал Паскаль. – Или её племянница Офелия. Наш племянник Джонни, сын Дженни, с ней дружит.
– А он не боится туда ходит? – усомнился Мортимер.
– Полу-инопланетянину это не страшно, – ответил Паскаль.
– Спасибо, что рассказали, – сказал Мортимер. – А теперь нам с Александром пора.
Братья Кьюриос кивнули. Готы, вызвав такси, вернулись в гостиницу. По дороге обратно Мортимер не отводил взгляд от окна, наблюдая за сменяющимися безжизненными пейзажами Стренджтауна. Даже удивительно, что в такой пустыне вообще кто-то живёт – это больше похоже на место обитания инопланетян, призраков или ещё какой нечисти. Для них тут самое раздолье.
Но тут он заметил женщину в красном, которая проходила по Шоссе-в-Никуда. Это была всё та же женщина, которую он видел раньше. Её же заметил и Александр. Отец и сын посмотрели друг на друга: ошибки быть не может – они действительно её видели. Может быть, это была Белла?
– Что такое? – вдруг спросил водитель такси. Готы вздрогнули.
– Извините, – продолжал он, – не моё, возможно, дело, но мне показалось, что вы кого-то заметили.
– Нам лишь показалось, – как можно спокойнее ответил Мортимер.
– Эта женщина часто тут появляется, – сказал водитель. – Просто бродит себе – мне мои сослуживцы рассказывали. Как будто что-то ищет.
– Что ищет? – вдруг спросил Александр.
– Вряд ли я отвечу на этот вопрос, – усмехнулся водитель. – Знаю только, что эта леди в красном постоянно посещает Шоссе-в-Никуда.
Шоссе-в-Никуда… Белла хочет вернуться в Плезантвью, но не может найти правильную дорогу? Однако Мортимер понимал, что это лишь домыслы.
Готы доехали до гостиницы. По привычке они осмотрелись, не преследует ли их назойливый мистер Смит. Его нигде не было. Мортимер надеялся, что братья Кьюриос урегулировали вопрос с ним, потому что им и без того было тревожно.
Да и куда больше его занимала женщина в красном – предполагаемая Белла Гот. Водитель сказал, что она всё время приходит на улицу Шоссе-в-Никуда. У Мортимера мелькнула догадка, что Белла могла не до конца освоиться в Стренджтауне, а Шоссе-в-Никуда – самая большая по протяжённости улица этого города. К тому же там больше всего общественных участков, тогда как на побочных дорогах располагались в основном жилые дома, но их было довольно мало. Как люди вообще живут в этих глухих тупиках?
– Глухой тупик! – вдруг вскрикнул Александр.
– Что? – не понял Мортимер.
– Здесь есть такая улица, – пояснил Александр. – Братья Кьюриос рассказали нам о Гертруде Некрономикон, а живёт она на улице Глухой тупик, 13. Если мама ходит только по Шоссе-в-Никуда, значит она могла не заворачивать в сторону дома Гертруды. Она может быть цела и невредима!
– Твоя догадка обнадёживает, – сказал Мортимер, – но проблема в том, что предположений у нас больше, чем фактов. Гертруда нам вряд ли что-то скажет, так что не к лицу нам с такой странной дамой связываться.
Впрочем, теория сына ненамного, но облегчила состояние Мортимера. Если Белла не в тупике, а ищет дорогу обратно, но пока безуспешно, это хороший знак. Вот только как доказать, что женщина в красном и есть Белла?
Не пора ли наведаться на Шоссе-в-Никуда?
На следующий день Мортимер так и поступил. Александр остался в гостинице. К тому же Мортимер хотел присмотреть себе новый галстук-бабочку, а на Шоссе-в-Никуда как раз есть магазин одежды. Так что предлог вполне благовидный.
По пути Гот-старший надеялся не только встретить Беллу, но и не столкнуться с мистером Смитом. Пришелец всё ещё не выходил у него из головы. Возможно, он что-то и знает о Белле, но можно ли ему доверять? Впрочем, для Мортимера это риторический вопрос.
Вдалеке мелькнула фигура в красном. Это она! Предполагаемая Белла здесь! Но как к ней подойти? Что сказать? Не следить же за ней и не ходить по пятам в самом деле!
К счастью, она зашла в тот же магазин, в который собирался зайти и Мортимер. Поэтому учёный не стал терять ни минуты и зашёл следом.
Белла бродила между вешалок с платьями. Как всегда, присматривала именно красное. Мортимер невольно улыбнулся: она и сейчас не изменяет своим привычкам. Сам же он стал занялся галстуками. Присмотреть, что ли, новый бант-бабочку…
Перебирая галстуки, Мортимер украдкой следил за предполагаемой Беллой. Вот она вошла в примерочную… Теперь же нужно было зорко наблюдать, чтобы она неожиданно не ускользнула из вида. Однако совмещать это с мнимым скрупулёзным выбором банта было не так просто, да и Мортимер как учёный привык сосредоточивать внимание на одном аспекте, а не на нескольких сразу.
Невольно он вспомнил слова водителя такси: «Эта женщина часто тут появляется», «Просто бродит себе – мне мои сослуживцы рассказывали. Как будто что-то ищет», «Знаю только, что эта леди в красном постоянно посещает Шоссе-в-Никуда». Как Мортимеру хотелось надеяться, что Белла помнит и его, и Александра, и Кассандру и хочет вернуться обратно в Плезантвью! И усердно ищет дорогу! Но вот название улицы, на которой, как сказал водитель, часто появлялась предполагаемая Белла Гот, всё же не внушало доверия. Шоссе, ведущее в никуда… Довольно жутко.
А улица с названием Глухой тупик, где живёт чёрная вдова Гертруда Некрономикон, известная личным кладбищем во дворе… Мортимер усердно стал повторять про себя, что Белла не заворачивала в сторону этого странного дома и не заговаривала с его владелицей.
– Белла, прошу, скажи, что с тобой всё в порядке…
– Прошу прощения! – вдруг рядом раздался приятный женский голос, заставивший Мортимера мигом отвлечься от своих мрачных мыслей.
Гот-старший сразу же бросил взгляд на примерочную, в которую зашла Белла, и увидел, что штора в ней не задёрнута и там никого не было. Неужели уже ушла?
Но затем Мортимер повернул голову в сторону, откуда и услышал голос: перед ним стояла Белла! Он даже несколько раз быстро моргнул, чтобы убедиться, что это не сон. Она здесь! Она говорит с ним! И хотя она не назвала его имени, но подошла с каким-то вопросом! Первый узелок завязался!
– Д-да, слушаю вас, – немного решительно проговорил Мортимер.
– Мне нужно мужское мнение по поводу этого платья, – сказала Белла. – Вы не поможете мне, если вас не затруднит?
– Нисколько не затруднит, мэм! – ответил Мортимер. – На мой взгляд, это платье идеально вам подходит! Как будто оно создано специально для вас.
– Вы находите? – просияла Белла. – Благодарю вас!
– Я рад, что смог помочь те… вам, Белла, – улыбнулся Мортимер, но тут же осёкся, поняв, что сказал лишнего.
Женщина, похожая на Беллу, удивлённо распахнула глаза: похоже, она тоже это поняла.
– Откуда вы знаете моё имя?
– Я… много слышал о вас, – Мортимер принялся на ходу придумывать объяснение своему порыву. – Можно сказать, что я заинтересовался вами.
– Я весьма польщена, мистер… – Белла запнулась. Мортимер уловил это: она забыла его? Или не узнала из-за того, что он стал старше?
– Гот, – ответил он.
– Я весьма польщена, мистер Гот, – сказала Белла.
– Вы не против, если мы встретимся с вами в местном кафе? – предложил Мортимер. Если действовать, то сейчас: когда ещё представится случай? Нужно ведь помочь Белле вспомнить всё! А свидание – отличное начало!
– Я вовсе не возражаю, – улыбнулась Белла.
Обмен телефонами – и встреча назначена. На том и порешили. Мортимер вернулся в гостиную весьма довольным. Впрочем, удивительно, что Белла так скоро согласилась. Может быть, она всё же помнит его? Или мгновенное отклик на приглашение – это норма в Стренджтауне? В Плезантвью всё же поступают не так: женщины несколько колеблются, а только потом уже дают окончательный ответ. Впрочем, не для романтики (или всё же и для неё чуть-чуть) Мортимер пригласил Беллу. Её нужно было решительно спасать из забвения.
Кстати, о нём. А что, если пришельцы ещё и стирают память? Теоретически такое возможно. Хотя Мортимер не слышал о таких случаях – пострадавшие, с которыми ему довелось побеседовать, помнили всё и даже предпочли бы полностью забыть об этих страшных происшествиях.
Итак, первый шаг сделан. Мортимер верил, что он поможет Белле всё вспомнить. Но у него было ещё одно не менее важное дело – исследование разбившегося НЛО неподалёку от дома Викеров. Идти туда не хотелось именно из-за этой пары, но разве можно остановиться на полпути? Конечно, нет!
Отчего-то, когда Александр уже спал, Мортимер встал и подошёл к столу. Найдя на нём листок бумаги и карандаши, он стал что-то рисовать. Пятнадцать минут он не отрывался от своего занятия. Глаза сосредоточенно следили за процессом: нельзя было упустить ни одной детали… Линии выводились так точно, что Мортимеру ни разу не понадобился ластик – он знал, что получится в итоге.
– Женщина в красном, ты будешь моим талисманом, – улыбнулся он, глядя на законченный рисунок. С него смотрела Белла Гот…