Глава 10

Глава 10
Шанс для двоих

Работа давала мне не только прикрытие, но и время для наблюдения. Моя двенадцатичасовая смена начиналась в 6 утра или в 6 вечера. Две дневных смены чередовались с двумя ночными, разделёнными парой выходных. Я всегда ограничивался планом, не стремясь его перевыполнять, с тем чтобы иметь возможность, припарковавшись с видом на пятиэтажку, незамеченным следить за подъездом Даши. Такси в городе было частью пейзажа и не привлекало внимания.

Вскоре моя тактика себя оправдала. В один из дней я заметил, как Даша около четырёх вечера вернулась домой. Но откуда? Ответ получил, рискнув на следующее утро, на машине провести полноценную слежку. Увидев, как она выходит из подъезда и идёт на остановку, а потом садится в автобус, я, соблюдая дистанцию, поехал за ней. Когда она вышла у здания с вывеской «Медицинское училище», я всё понял. Она там учится! Но… медучилище?
Я остановился, выключил двигатель и откинулся на сиденье. В памяти сосредоточенно пытался вспомнить хоть какой-то намёк на то, что она собиралась в медицинский. Даша говорила о «паузе», о том, что «нигде не учится», но ни словом не обмолвилась о своём намерении. Почему она его скрывала? Но факт оставался фактом: передо мной была новая, неизвестная грань Даши — девушки, которую я, казалось, так хорошо знал.

В первых числах ноября я решился на следующую — уже третью — встречу. С предыдущей прошёл месяц, этого с лихвой хватало, чтобы она ничего не заподозрила. Зная, когда она возвращается домой, я планировал подъехать к училищу минут за десять до конца занятий. Оставалось надеяться на удачу…

Наконец, мне повезло. В тот день я выполнил план за полдня, а чтобы меня не беспокоили вызовами по рации, заранее занёс трёшку диспетчеру. Время выходило идеальное. Я подъехал к училищу и встал так, чтобы видеть главный выход. Сердце билось предательски часто, точь-в-точь как у мальчишки перед первым свиданием. Ждал почти час, прежде чем она появилась. Пришлось даже несколько раз отказать клиентам, желающим воспользоваться услугами такси.
Даша вышла не одна, а с двумя однокурсницами, они о чём-то разговаривали и смеялись. Её беспечный смех неожиданно кольнул меня лёгкой ревностью, но я тут же этого устыдился. Потом девушки пошли в сторону остановки. Я дал им немного отойти, завёл мотор и медленно, будто подыскивая место для парковки, поехал следом. Они как раз подходили к остановке, когда я аккуратно притормозил рядом и опустил стекло:
— Дарья? Привет!
Она обернулась, и на её лице мелькнуло сочетание удивления, испуга и непонимания, которое я уже видел раньше.
— Алексей Сергеевич? Здравствуйте. Неужели вы ещё и… в такси работаете?
— Теперь только в такси. Долгая история… Если вам домой, могу довезти. Освободитесь от давки в автобусе, — я сказал это максимально легко, с улыбкой, жестом показав на свободные пассажирские места.
— Для меня это дорого, — Даша потупила взор.
— Да что вы, Даша! Для вас это ничего не будет стоить. Отвезу бесплатно.
Она на секунду заколебалась, бросила взгляд на подружек, которые с нескрываемым интересом меня разглядывали.
— Спасибо, — наконец сказала она, и в её голосе послышались вежливость и смущение. — Мне неудобно вас беспокоить.
— Да я с удовольствием и ваших подруг подброшу. Девушки, вам куда? На сегодня я совершенно свободен. Едем?
Подруги, обменявшись оживлёнными взглядами, закивали. Их быстрое согласие стало тем решающим аргументом, который убедил и Дашу.
— Ну, если вас не затруднит… я на Берёзовой живу, дом 18, — произнесла она, сделав шаг к машине.
Я вышел и галантно распахнул заднюю дверь. Она села, и я заметил, как её взгляд на мгновение скользнул по моим рукам.
— Спасибо, — поблагодарила Даша, оглядываясь на подружек.
Они назвали адреса: одна жила через пару кварталов, другой было по пути к Дашиному дому.

Поездка сначала была шумной и оживлённой: девушки болтали о каких-то контрольных и преподавателях. Я ловил каждое слово, вставляя лёгкие, нейтральные реплики. Тщательно выстроил маршрут — сначала сделал небольшой крюк, свернув к пятиэтажке первой попутчицы, затем проехал через центр, чтобы высадить вторую, — и вот в салоне наконец остались только мы вдвоём. Поймав взгляд Даши в зеркале заднего вида, я улыбнулся:
— Ну что, теперь — домой?
Она лишь кивнула, отвернувшись к окну. Этот последний участок пути стал для меня самым счастливым: я вёз свою Дашу, и теперь ничто не мешало нашему общению. Первые минуты ехали молча. Я сосредоточенно смотрел на дорогу, давая ей привыкнуть к обстановке.
— Вы мимо училища случайно проезжали? — первой нарушила молчание Даша.
— Можно и так сказать, — кивнул я. — Отвозил клиента в поликлинику, возвращался в свой район, а это как раз по пути. — И немного погодя добавил. — Честно говоря, я не предполагал, что вы учитесь в медучилище.
— Почему? — в её голосе послышались нотки недоумения.
— Не знаю… Показалось, вы больше гуманитарного склада. После «Мастера и Маргариты».
— Одно дело — книги. А жизнь — другое. Мне… нужно что-то практичное.
 Она помолчала, потом объяснила почти извиняющимся тоном:
— Я поступила совсем недавно, в начале октября. Был дополнительный набор, оставались свободные места. Так что я только-только начинаю.
Я кивнул, будто принимая это объяснение, но внутри всё встало на свои места. Вот почему я ничего не знал. В октябре мы уже расстались.
— А вы раньше форму носили, и я не предполагала, что вы таксистом подрабатываете, — парировала она в свою очередь.
— Со службой покончено, и теперь мне тоже нужно что-то практичное… Послушайте, Даша, медицина, конечно, — почётно, но и трудно. Что привлекло?
Я вернул разговор к интересовавшей меня теме и украдкой наблюдал за ней в зеркало.
Вопрос, казалось, прозвучал неожиданно. Даша задумалась, её взгляд стал отсутствующим, будто она смотрела куда-то внутрь себя.
— Не знаю, как правильно объяснить… — начала она, а затем тихо продолжила: — Наверное… я просто слишком хорошо узнала эту сторону жизни, — в её голосе послышалась не по годам нездоровая усталость. — Больницы, врачи, процедуры… Я провела среди всего этого достаточно времени, чтобы понять, как там нужны люди, которые… которые не просто лечат, а понимают. По-настоящему понимают, каково это — быть по эту сторону болезни.
Она говорила медленно, подбирая слова, и я видел, как сложно ей даётся это объяснение. Но потом её лицо преобразилось, в глазах на миг вспыхнул огонёк, которого я раньше не замечал.
Я слушал её, и внутри внезапно промелькнула какая-то смутная догадка, а сердце сжалось от странной, щемящей боли.
— А вы… Работу поменяли? Что сподвигло? — улыбнувшись, перевела Даша разговор на другую тему. В её вопросе чувствовалось желание узнать меня поближе.
— Выбрал более спокойную. И меня, в общем-то, всё устраивает. — Я почувствовал, что настал момент для следующего шага. — Со службы пришлось уйти. Так получилось.
— Что-то серьёзное? — спросила Даша осторожно.
— Ну, как сказать… — уклончиво ответил я и украдкой взглянул на неё в зеркало. В её глазах читалось откровенное любопытство. — Было одно дело. Я тогда считал, что защищаю закон и справедливость. А оказался… пешкой в чужой игре. С тех пор я много раз видел вещи, которые ломают веру в людей. После всего этого оставаться в системе сложно. Для меня.
Я замолчал, глядя на знакомую улицу за лобовым стеклом. «Волга» мягко покачивалась на дорожных неровностях. Я свернул и притормозил около её дома.
Мы сидели в тишине. Даша смотрела в окно на огни своего дома, но я видел, как она обдумывает услышанное.
Она не спешила выходить. Её пальцы, лежавшие на сумке, слегка подрагивали, словно она решалась на что-то важное. Я не торопил, наслаждаясь этими секундами близости.
— Алексей Сергеевич… — начала она наконец, и её голос прозвучал тише, интимнее, чем раньше. — То, что вы сказали… о сломанной вере. Я, кажется, понимаю.
Я обернулся, впервые за время поездки смотрел на неё не через зеркало, а прямо. В салоне было темно, лишь свет уличного фонаря мягко очерчивал её профиль, оставляя глаза в глубокой тени.
— Правда? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но внутри всё напряглось. Что она знает? Что чувствует? О чём молчит?
— Да, — она коротко вздохнула. — Иногда жизнь ставит перед выбором, которого ты не ждал и не хотел. И какое бы решение ты ни принял, всё равно окажешься в проигрыше. И вера в людей… она уходит первой. В то, что они могут быть справедливы. Или хотя бы просто добры. Без причины.
Она замолчала, будто испугавшись собственной откровенности. Я увидел, как напряглись её плечи. Это был момент, ради которого я, возможно, и затеял всё это. Не грандиозный план спасения, а маленькая трещина в стене её одиночества, через которую можно протянуть руку.
— Вы правы, Даша, — тихо ответил я. — Но знаете, что я понял? Иногда даже один человек, просто оказавшийся рядом, может вернуть эту веру. Или хотя бы заменить её на что-то… другое. На надежду, что не всё предопределено.
Она подняла на меня глаза. В полумраке я не мог разглядеть их выражения, но почувствовал — она услышала. Не просто слова, а то, что за ними стояло.
— Мне пора, — сказала она, но не двинулась с места.
— Даша. Обычно я так не делаю… Если вам когда-нибудь понадобится помощь — не только с такси… возможно, просто поговорить — я был бы рад составить вам компанию.
Она взялась за ручку двери.
— Спасибо за то, что подвезли. И за… компанию.
— Всегда пожалуйста, Дарья.
Она вышла и, прежде чем закрыть дверь, добавила:
— Вы знаете, Алексей Сергеевич… вы правы. Насчёт человека… Иногда он приходит в самой странной форме. До свидания.
— Пока, Даша.
Она улыбнулась — неярко, но искренне — и закрыла дверь. Я смотрел, как она входит в подъезд, и почувствовал, разливающееся внутри тепло.