В 1963 мир мог пойти другим путем

Как поступим с самой привлекательной идеей в мире - объединенным человечеством без противоречий и конфликтов? Вариантов всего два. 1. "Похоронить и забыть" (что тот же Запад по факту и сделал). 2. "Сохранить и озвучивать" (но это весьма неожиданный для всеобщего восприятия вариант).


Но начну с небольшой преамбулы.


Был в СССР такой писатель-фантаст - Сергей Снегов (1910-1994), литературный последователь Ивана Ефремова. В его самом известном романе из трех частей "Люди как боги", написанном в 1966-1977 годах, события происходят в V веке космической эры будущего, которая ведет отсчет от 2001 года, когда народы планеты объединились в единое общество (в нашей реальности это год теракта в Нью-Йорке, Осамы Бен-Ладена, Джорджа Буша-младшего и талибов).  В книге Снегова, как и в ефремовской "Туманности Андромеды", международные противоречия давно преодолены, единое и технически совершенное человечество освоило планету от и до, устремлено в космос и разруливает непростые ситуации в других обитаемых звездных системах.


"Развилка" 1963 года, когда мир мог пойти иным путем


Гениальность Ивана Ефремова еще и в том, что негативное окончание момента "развилки" он увидел мгновенно - то есть, понял, что идея объединенного планетарными и космическими проектами человечества  перешла в разряд утопий. Наивысшей точкой взаимоотношения двух систем стала знаменитая речь президента США Джона Кеннеди 10 июня 1963 года (через полгода после завершения Карибского кризиса), которую все газеты мира опубликовали на первой полосе. Фактически Кеннеди объявил о завершении "холодной войны" и переходу к сотрудничеству двух сверхдержав и мировых систем. Президент предложил пересмотреть отношение к Советскому Союзу и «славить российский народ за его многочисленные достижения в науке и освоении космоса, в экономике и развитии промышленности, в культуре и проявлениях мужества».

Также он заявил о решении в одностороннем порядке приостановить все атмосферные испытания ядерного оружия США. В речи прозвучали слова о том, что «тотальная война бессмысленна в век, когда великие державы могут располагать огромными и относительно неуязвимыми ядерными силами и при этом отказываются от капитуляции до того, как они применят эти силы».

20 июня 1963 года СССР и США заключили меморандум о взаимопонимании, который предусматривал создание системы прямой связи между державами для уменьшения опасности ядерного конфликта.

Чуть позже США, СССР и Великобритания подписали 5 августа 1963 года в Москве Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космосе и под водой. Это была фактическая победа СССР и колоссальная уступка со стороны Кеннеди - из-за несоответствия на тот момент ядерных потенциалов. (Во время Карибского кризиса у США было ядерных боеголовок  - 26 500, у СССР - 3 300, то есть, ровно в 8 раз меньше, Жорес Алферов утверждал, что соотношение было 17:1.) То, что Кеннеди отказался от прежней американской политики ядерного шантажа, говорит о его реальном намерении перейти от противостояния двух мировых систем к их сближению и союзу. Но такие действия создали уже риск для его собственной жизни.

30 августа 1963 года начала работу «горячая линия» Вашингтон — Москва для связи руководителей двух стран. Ранее в 1962 году Академия наук СССР и NASA США заключили соглашение о сотрудничестве в использовании космического пространства в мирных целях; с этого началась совместная работа в космосе. 21 мая 1963 года был подписан Меморандум о сотрудничестве между СССР и США в области использования атомной энергии в мирных целях.

Но после убийства Кеннеди  и прихода Линдона Джонсона сближение остановилось. Вскоре США и их союзники уже вели  войну во Вьетнаме - фактически войну против нас. Окончательно и не без участия США откололся и социалистический Китай, перейдя в разряд врагов СССР.

И это происходило прямо на глазах у Ефремова. Да и внутри СССР многое стало вызывать у него нерадостное изумление. Результатом внутреннего надлома писателя из-за крушения его надежд стал роман "Час быка" (1968), где нет хеппи-энда, пессимизмом пропитана почти каждая страница, хотя формально придраться было не к чему. Тем не менее, глава КГБ Юрий Андропов, прочитав книгу, усмотрел в планете-инферно Тормансе намек на социалистическую систему СССР и составил для Политбюро докладную записку, где обвинил Ефремова в антисоветчине. Результат был предсказуем: книги писателя как-то сами собой выпали из списка рекомендованных для детей старшего школьного возраста и юношества и более чем на полтора десятка лет перестали издаваться.

Надо сказать, что партийные структуры и раньше относились к Ефремову без восторга. В "Туманности Андромеды" речь идет словно о будущем в какой-то иной реальности, где не было "наших" событий ХХ века. Герои прекрасно знают древнегреческую мифологию и историю Античного мира, словно это было вчера, зато напрочь забыли про Маркса, Ленина и партию.

Опала окончательно добила писателя, не отличавшегося хорошим здоровьем: он ушел из жизни в 1972 году в возрасте 64 лет.

Сергей Снегов оказался более крепким орешком, и его оптимизма хватило подольше. Хотя его отношения с властями изначально были более сложные, чем у Ефремова. Снегов отсидел десять лет (с 1936 по 1945), но благодаря профессии в заключении оказался на инженерной должности, что для выживания в лагере на крайнем севере было немаловажно. А роман "Люди как боги" издательства под надуманными предлогами заворачивали четыре (!!!) раза, потом он лишь каким-то чудом все же был опубликован и сразу оказался разобранным читателями, соскучившимися по ефремовской тематике.

Позже Снегову даже довелось застать времена Горбачева и Ельцина, и 1991 год тоже, потому что умер он в 1994 году в возрасте 84 лет. О том, каким ударом стали для него эти события, информации нет, но можно представить.


Спустя 63 года после "развилки"


Итак, для человечества "реальность Ефремова и Снегова" не состоялась, а есть сегодняшняя - ущербная и опасная. Окончательно разобщенный мир не только балансирует между выживанием и большой войной, но абсолютно не подготовлен к стрессам иного рода. Случись какая-нибудь невоенная катастрофа планетарного масштаба, угрожающая существованию человечества не в каком-то далеком абстрактном будущем, а конкретно здесь и сейчас (такая, что какой-нибудь ковидный 2020-й покажется песочницей), когда потребуется объединение всех ресурсов и возможностей - кто, с кем и о чем сможет договариваться? Разве что Россия с Китаем и Индией, да и то не факт.

В течение нескольких послевоенных десятилетий хотя бы было два арбитра, которым кое-как удавалось договариваться от имени себя и остальных за ними стоящих. Но тогда мы в итоге с себя сами эти полномочия добровольно сложили, делегировав их недавнему противнику.

Можно, конечно, утешаться тем, что в XXI веке вина в сложившемся положении не наша (1991 год остался в XX веке, то есть, за рамками темы), а наших западных оппонентов сегодняшнего дня, только это утешение какое-то слабое.


О разнице между глобализмом и союзными отношениями со всеобщим охватом


Заранее отвечаю тем, кто захочет предъявить Ефремову, Снегову "глобализм": Эти два понятия не просто не одно и то же, это полярные противоположности. Что такое глобализм? Это сочетание огромных возможностей и феноменальной глупости. Почему после распада СССР США не смогли удержаться в статусе гегемона? По простой причине: Америка не сумела устоять перед дешевеньким соблазном поделить остальные страны на "любимые" и "нелюбимые". (Мы ожидаемо оказались во второй категории.) Любопытно, что древнеримские императоры-тираны-деспоты были в сто раз умнее лидеров "образцовой демократии". Какой-нибудь Калигула мог демонстративно и без последствий въехать в сенат на ишаке (вернее, там по-другому было, но не суть важно), но никогда бы не брякнул самоубийственную фразу типа: "Я всадников люблю, а патрициев - нет!" (или наоборот). В тот же день часть паблисити, оставшаяся недовольной данным высказыванием,  снесла бы ему голову.

Союзные отношения со всеобщим охватом не имеют ничего общего с глобализмом. Это добровольное объединение для совместного достижения общей цели. Самый наглядный пример - антигитлеровская коалиция 1941-1945 годов, куда вошли 56 стран. Даже Латинская Америка! (На поля сражений латиносы не пришли, но перекрыли немцам торговлю и навигацию в своей части мира, что тоже немаловажно.) И где тут "глобализм"?

Союзные отношения со всеобщим охватом  были бы единственной нормальной формой существования человечества для наступившего тысячелетия, кстати, уже третьего в нашей эре, а не первого и не второго.

Еще немного истории: с 1946 года та же пропагандистская машина Запада, что и сегодня, точно так же промывала мозги своим гражданам. Но более масштабно в плане объема информации. Если сегодня, кроме украинской темы, ничего в отношении нас особо из пальца не высосать, то тогда негатив вываливали многотомный: и репрессии, и депортации, и якобы "оккупацию" Восточной Европы, и ГДР-1953, и Венгрию-1956.

А в СССР все знали, что относительно недавно американцы буквально "выжигали" Корею. Авиация и ПВО СССР и США в этой войне напрямую сражались друг против друга.

Но в 1963 году произошло что-то вроде чуда: для большинства населения противостоящих частей Земли этот взаимный негатив оказался отчасти обнуленным, а мир заговорил о совместном освоении планеты и космоса. Вдруг открылось окно возможностей - хотя почти сразу захлопнулось, все вернулось на круги своя. Но прецедент-то был! Получается, что при взаимном желании все не так уж невозможно.

Еще любопытный штрих: команду самых близких советников Джона Кеннеди составляли четыре человека: его брат Роберт Кеннеди, государственный секретарь Дин Раск, а также политики Джордж Кеннан и Аверелл Гарриман. Все четверо были известны как такие жесткие антикоммунисты, что пробу ставить негде. И тем не менее... Многое в этой истории последнего года правления Кеннеди и сейчас остается тайной, покрытой мраком.

А теперь перехожу к главному: какой из вариантов отношения к идее "объединенного человечества без противоречий и конфликтов" для нас предпочтительнее?


Вариант 1. "Похоронить и забыть"


За это говорит простая логика: зачем включать в риторику повестку, которая в XXI веке попросту неосуществима, да и дальше останется под большим вопросом.

Во-первых, у среднестатистического жителя обеспеченной страны был, есть и останется страх перед наводнением его страны и города толпами МИГРАНТОВ. Тот, кто возьмется убедить этого человека в необходимости мирового союза, сам будет вынужден признать, что открытие границ - самое последнее, что в таком случае нужно сделать, и с момента возникновения любых всеохватных союзных договоренностей до открытия границ должна пройти целая эпоха не в одно поколение.

Но тут возникает противоречие:  что это тогда за мировой союз, в котором не торопятся обеспечить свободу передвижения? Противоречие сложнейшее, возможно, оно как-то разрешимо, но как - сразу и не скажешь. Это тема для размышлений и дискуссий большого числа людей с задействованием статистики, а значит - усложняющий момент.

А еще актуальнее тема глобальной конфронтации.

Запад и так идею мировых союзных отношений похоронил, руководствуясь практической логикой: зачем сотрясать воздух тем, что сегодня и так выглядит мертвым? Какой там, нафиг, разговор про объединенное человечество, когда НАТО и Россия друг на друга уже через прицел смотрят и палец на курке держат?!

В последнее время чуть не самый модный термин - "многополярный мир". Термин классный, потому что мир сейчас и вправду многополярный, только в плохом смысле. Полюсов непримиримости стало вагон и тележка. "Запад - Россия", "евреи - мусульмане", "США - шииты". "Индия - Пакистан", "Китай - коллективный тихоокеанский анти-Китай", "коренное население стран - мигранты". Это то, что уже есть, но не исключено, что и новые негативные связки добавятся. Ни одна из этих связок односторонне не разрешится: никто не развалится, никто никого не ослабит и со сцены не сдует. Причина проста: к нынешнему времени во всех значимых странах с учетом отрицательного мирового опыта была создана и отработана мощная система самосохранения, которая сбоев не даст, просто поменяет топ-политиков - и все.

Поэтому этот шикарный букет, который будет то тлеть, то вспыхивать, гарантирован нам на весь оставшийся XXI век, его и детям хватит, и внукам, и правнукам. Про дамоклов меч большой войны и без напоминания ясно.

Все это время освоение планеты будет корявым, хаотичным и небезопасным, а уж в освоении космоса человечество и вовсе будет топтаться на месте, как сейчас, потому что здесь возможности каждой отдельно взятой страны по определению ограничены. Огромная часть ресурсов будет отвлекаться на милитаризацию. Единственное, что будет развиваться полным ходом - это цифровизация (но та, что ориентирована либо на военные нужды, либо на повышение доходов за счет повышения стоимости потребления), а также рынок услуг. Здесь - да, все будет круто, самооценка и потребности каждого отдельно взятого индивидуума растут семимильными темпами (это я не про везде, а про островки благополучия).

Деградация политических элит Запада продолжится, но их положение внутри своих стран не пошатнется (благодаря системе ротации топ-политиков).


Вариант 2. "Сохранить и озвучивать"


В пользу такой повестки тоже есть аргументы.

Это такой экспромт, которого точно никто не ждет - ни в мире, ни внутри страны. Но самое интересное то, что неожиданность - это по определению психологическое оружие. Притом весьма эффективное. Геополитический противник уверен, что его гигантская и дорогостоящая сеть аналитических структур, поедающая миллионы единиц валюты, Россию изучила от и до и все наши возможные шаги просчитала на много пунктов вперед. А тут такой пассаж: Россия вдруг объявляет мировой союз одной из долгосрочных целей своей внешней политики, то есть, заявляет себя страной, устремленной еще и в будущее, пусть даже отдаленное и неопределенное.

Допустим, завершилась СВО (а она все равно когда-то завершится), и мы, вместо того, чтобы предъявлять ответки на западные предъявы (то есть, следовать в заданном противником фарватере) вдруг на весь мир озвучиваем, что считаем главной проблемой современного человечества отход от принципов 1963 года и теперь будем добиваться возврата к приоритетам  последнего года Кеннеди, а в перспективе - сближению всех стран мира с переходом к союзным отношениям со всеобщим охватом. И теперь это одна из стратегических задач нашей внешней политики на столетия вперед и часть нашей официальной идеологии.

Про себя, конечно, придется понимать, что отнюдь не факт, что через 100-200-300 лет Россия станет объединителем человечества и что мировой союз вообще когда-нибудь состоится. Нынешний век для этого потерян, я уже написал. Поэтому вопрос лишь в том, что нам в текущем моменте могло бы дать обозначение себя единственной в мире страной с долгосрочным видением планетарного будущего (в смысле, каким оно должно быть).

В принципе, заявив о такой позиции, мы ничего не теряем. Особой критики со стороны западных оппонентов не будет, потому что сложно к чему-либо придраться. Но, на первый взгляд, ничего и не приобретаем. Никто в тот же день не прибежит записываться в союзники, потому что слова - это слова, они мало что значат, сказать может кто угодно и что угодно. Количество союзников у любой страны зависит не от ее заявлений, а от ее экономических возможностей в мировом плане.

Но нельзя и молча согласиться с тем, что США всячески пытаются вытеснить нас на периферию глобальной политики, всячески выставляя Россию перед остальным миром местечковой страной, по уши завязшей в региональных проблемах. Европа от себя добавляет тему "агрессора". Мы, конечно, пытаемся с этим поспорить, надеясь склонить мировое большинство к позиции против гегемонии и однополярного мира Запада. Но как-то с этим пока не очень получается. А это значит, что было бы интересно обновить нашу внешнюю повестку - если мы хотим сохранить интерес к себе со стороны упомянутого мирового большинства, чтобы в этих странах о России не забывали и о ней говорили - не только в связи с ее противостоянием с кем-то. Во всяком случае, новая повестка осложнила бы антироссийскую пропаганду на мировом уровне ("гибридная война") и значительно увеличила бы нам в большинстве стран количество социально-культурных контактов, что немаловажно - если вспомнить термин "мягкая сила"

Теперь внутренний аспект. Наше общество сейчас в условиях войны достаточно консолидировано, но после окончания СВО идею защиты национальных интересов, которая сейчас является главной скрепой, надо будет чем-то дополнять. Защищать национальные интересы можно вечно, но объединять россиян на этой основе не получится вечно. Существует фактор привыкания, к сожалению. А привыкание, бывает, соседствует с раздражением и усталостью от жизни во взрывоопасном мире, где кажется, что противостоянию не будет конца. Это может создать риск "выгорания", что-то вроде всеобщей апатии, астенического синдрома. Получается, что и применительно к внутренней повестке без дополнений не обойтись. Что-то новое рано или поздно тоже прозвучать должно.

Но это мы сейчас лозунг обсуждали, а что с реальным долгосрочным прогнозом?


Станет ли следующий XXII век прорывным?


Небольшая надежда на сближение стран мира спустя несколько поколений, то есть, уже в XXII веке, все же есть. Я бы такой вариант окончательно со счетов не сбрасывал. Но точно так же вероятно, что и следующий  век тоже окажется профукан и в итоге потерян. А потом еще и XXIII-й. Тогда это будет совсем уже грустно.