01. Хроники развоплощённого вампира. Переход

***

Он вывалился из тела внезапно и завис над ним, пытаясь осознать произошедшее.
Вначале пришло понимание. Потом — протест. Он рванулся назад, но тщетно.
Тело оставалось недосягаемым.

И тогда он смирился, и тихо побрёл туда, куда тянул его тяжёлый, чёрный, привычный ему, энерго-поток.

Какое-то время он тупо плёлся в этом потоке, постепенно привыкая к мысли о завершении физического существования. Оглядывался назад, с удивлением наблюдая за сворачивающимся в светящуюся оранжевую точку покинутым миром.

Впереди замаячили размытые полупрозрачные силуэты всего спектра цветов.

— Очередь… — с удивлением отметил он и пристроился в конец длинного извилистого хвоста призраков.

Двигались быстро. Проходя какую-то, невидимую ему отсюда, точку. И расходясь в стороны. Как правило, расходящиеся потоки призраков были одноцветными. Лишь изредка их монохромность нарушалась единичными вкраплениями силуэтов других цветов.

Вот и он подошёл к месту сортировки достаточно близко, чтобы увидеть…
Узкое игольное ушко энерго-сканера отблёскивало серебром.

Он обречённо шагнул к нему и не прошёл. Его, в отличие от других, вообще не пропустило внутрь. Не отсортировало в один из многочисленных потоков. Просто отбросило в сторону, в маленькую кучку таких же, как он, облепленных энерго-щупальцами, чёрных силуэтов.


***

Он не успел ни расстроиться, ни испугаться, когда рядом с их мини-сообществом изгоев возникла клетка-повозка. Дверь отъехала в сторону и жёсткое излучение безапелляционно погнало их внутрь. 

Клеть замкнула их в цепкую ловушку и мгновенно скакнула в другое измерение. Здесь не было ни сканера, ни потоков призраков. Лишь множество занятых и ещё свободных мерцающих сфер-камер висело в уходящем вдаль коридоре.

Их распределило по камерам — сферическим пространствам с пустотой в центре и расходящимися от неё к оболочке сферы трубками.

Стоило его силуэту занять пустое центральное место в сфере, как все его энерго-щупальца принудительно воткнулись в трубки и вытянулись внутри них. Натянулись туго, словно струны гигантского музыкального инструмента.

Он почувствовал себя распятым…
И сознание покинуло его.


***

Сфера считывания информационных потоков гудела ровно и размерено. Пылающие иглы вонзались в самую сердцевину составляющей его сути.

Картины и образы рождались и гасли в сознании, вызывая потоки терзающих воспоминаний.
Чужих воспоминаний. Не его. Чуждых ему. Не свойственных.

Там, в миру, так тонко чувствовать он не умел. Зато он умел остро желать чужого и завистливо забирать это чужое себе.
Красть он был мастак.

Вот дитя, с которого он тайком за конфетку вытянул самый счастливый кусок его жизни…

Девушка, оставшаяся его стараниями без взаимной любви, достойной семьи и положенных ей по судьбе четверых детей…

Старик, с которого он походя сдёрнул жалкие остатки его благой судьбы, досрочно отправив в одиночество и безвременье…

Множество ограбленных им вставали перед его мысленным взором. Отправляли ему слепки своей боли и выставляли энерго-счета.

Потоки информации, извлекаемые из его существа горящими иглами, двигались из него вовне, сматывались на гигантские бобины и закреплялись в них энерго-полями.

Каждая мелочь, каждая толика чужих страданий занимала своё место в хрониках его будущего на грядущие века. Века отработки…


***