Глава 22

Хорошо, что Рэйшен и Мадог знали город. Рэйшен – получше, Мадог – похуже. Без них Элина потерялась бы в лабиринте торгового квартала: лавки, склады, амбары мелькали перед глазами, кричали зазывалы, бегали шустрые приказчики, дородные жёны и дочери купцов степенно вышагивали вдоль улицы. Здесь не чувствовалось такого упадка, как в других районах города.
На Элину и её спутников глазели, показывали пальцами и перешёптывались.
– Можем спросить дорогу у местных, – шепнул Рэйшен.
– Ни в коем случае! – произнесла одними губами Элина. – Наш визит – это сюрприз! Портить его нельзя! Мадог, ты меня слышишь?
Молодой дроу чуть заметно кивнул.
После недолгих блужданий нужный дом был найден. Зеваки не отставали и с интересом наблюдали, как Рэйшен снял Элину с лошади.
– Мадог, у тебя осталась мелочь? Дай пару монет какому-нибудь парнишке посмышлёнее, пусть присмотрит за нашими лошадьми.
Мадог хмуро оглядел зевак.
– Все кажутся одинаково тупыми, – ответил он Элине.
Желающих заработать нашли быстро, и вскоре Элина решительно вошла в нужный дом. На первом этаже была лавка, довольно грязная и тёмная, а на втором этаже, по всей видимости, жил сам торговец со своей семьёй.
За прилавком стоял упитанный бородатый купчик. При виде важных гостей он выпрямился, подобрался, став как будто выше ростом и значительнее. Потом он вышел из-за прилавка, вежливым поклоном приветствуя посетителей.
– Кого я вижу! Прекрасная дара Элина! Сама хозяйка города! И её охрана! Какая честь для меня!
Элина слышала, как кто-то из её дроу плотно притворил дверь. В лавке не было других посетителей: не понадобится выпроваживать их под благовидным предлогом.
– Рада знакомству, дар Фелан, – сдержанно проговорила Элина.
– Надеюсь, я смогу тебя порадовать, прекрасная дара, – продолжал купец, – есть превосходные ткани, вышивка, кружева…
Элина мысленно содрогнулась. Кружева? Ей?! Он вообще в своём уме?
Судя по лавке, этот купец не мог посещать весёлый дом Талулы, такое ему было не по карману.
– Я могу найти отличную сталь для твоих мужественных охранников…
Этот клятый Фелан подобрался совсем близко, и его дыхание обожгло Элинино ухо. Совсем обнаглел.
– Ну-ка, отойди от неё!
«Рэйшен всё же не смог сдержаться».
– О, конечно! Я не хотел ничего плохого, поверьте! Но я всё понимаю и подчиняюсь!
Фелан отошёл к прилавку и извлёк откуда-то шкатулку.
– Взгляни, дара Элина, на то, что внутри!
Там была огромная жемчужина, оправленная в золото. Элина с недоумением глядела на эту роскошь.
– Это кулон. Такая жемчужина – редкость. Я могу подобрать к ней достойную цепочку, и равного украшения не будет даже при королевском дворе.
Элина усмехнулась. «Много ты знаешь о королевском дворе!»
– Мне нравится. И сколько стоит такое сокровище?
– Для такой важной гостьи будет, разумеется, специальная цена! Всего одна полновесная золотая монета! Поверь, прекрасная дара, это лучшее, что ты можешь купить за эти деньги!
Элина широко улыбалась. Она даже оглянулась, чтобы посмотреть, чем занимается её знаменитая «охрана». Оба дроу смотрели на неё и купца и с недоумением переглядывались. Видно, ждали чего-то вроде вчерашнего допроса, а оказалось, что Элина, как обыкновенная женщина, решила прикупить украшений.
«Что ж, проведём контрольную закупку».
– Я согласна, почтенный Фелан. Золотой так золотой. Я никогда не видывала такой жемчужины, – тут Элине даже врать не пришлось. Такую здоровенную жемчужину она и представить не могла. – Откуда же она взялась?
Фелан в предвкушении денег даже облизнулся.
– Такие жемчужины выращивают на Харненском побережье. Там тепло, и в океане есть огромные ракушки, которые вмещают такие чудеса…
«Всё дерьмо плывёт с Харненского побережья…»
Элина выудила монету и протянула её купцу. Тот с поклоном принял её, но отдавать шкатулку с драгоценностью не торопился. Он осмотрел монету так и сяк, потёр пальцами… Выражение его лица изменилось.
– Прости, почтенная дара, но эта монета фальшивая. Я не могу её принять.
* * *
– Да что ты говоришь? – наигранно удивилась Элина. – Фальшивая? Быть того не может! Именно этой монетой ты расплатился накануне в «Коралловом цветке». Его хозяйка передала мне эту монету. Не может же она быть фальшивой?
Элина видела, как забегали глаза у купца. Однако он всё равно ещё мог выкрутиться, придумать правдоподобную ложь. Элине помог случай.
Сверху раздался возмущённый возглас, и по лестнице в лавку спустилась дородная женщина средних лет, видимо, жена Фелана.
– Ах ты негодяй! – закричала она. – Ты ходишь по борделям! Платишь там золотом! А на обучение сына денег у тебя нет! А на приданое дочери?..
Фелан изменился в лице.
– Что ты несёшь, дура? Гостей бы постыдилась! Здесь важные люди…
– Не переживай, почтенный, – раздался весёлый голос Рэйшена. – А ты, уважаемая, продолжай! Мы не люди, нас можно не стесняться!
Жена Фелана на миг перевела взгляд на Рэйшена, а после снова повернулась к мужу:
– Скажи правду, где ты был прошлой ночью? Ты же говорил, что принимал товар!
Элина решила пока не вмешиваться. И Рэйшена можно было не останавливать:
– Смотря что называть товаром, почтенная дара!
Оба дроу глумливо фыркнули.
– Наврал мне, значит, – с горечью заключила купчиха. – Интересно, откуда у тебя такие деньги?
– Не волнуйся, почтенная, – Элина не удосужилась узнать имя купчихи, – эти деньги всё равно фальшивые. Считай, что их нет. А вот откуда они у твоего мужа – это надо узнать.
Купчиха чуть не плакала и укоризненно качала головой. Что ж, Элине было ясно, что эта женщина к фальшивкам не имеет никакого отношения.
– Меня обманули! – закричал Фелан. – Я стал жертвой мошенников! Со мной расплатились фальшивками!
– Не может быть! Какие негодяи! И много фальшивок тебе всунули?
Фелан принял слова Элины за чистую монету. Он нырнул куда-то под прилавок и выудил оттуда небольшой, но довольно увесистый мешочек.
– Сумма немалая! И что покупали у тебя эти мошенники?
– Ткани! – после небольшой заминки выкрикнул купец. – Ткани, кружева и золотую нить!
Его жена вытаращила глаза. На лице её было написано возмущение.
– А ты, дура, молчи! Что ты в торговых делах понимаешь! – поспешно добавил Фелан, обращаясь к жене.
– Я?! Что я понимаю в торговых делах?! Ах ты!.. У меня и отец, и дед были купцами! – воскликнула женщина. – Да такими, что не чета тебе! У тебя в обеих лавках товара нет на те деньги, что лежат в этом кошеле! Если там, конечно, настоящее золото! А жемчужину эту ты, дара, не бери! Это фальшивка! Для простолюдинов, которые заработали шальные деньги и хотят покрасоваться!
– Спасибо, – сухо сказала Элина. – Я смотрю, тут все аристократы старой крови, одна я из грязи слеплена. Раз так, Мадог, запри дверь и прикрой ставни. Эта лавка закрывается. Рэйшен, твой выход.
Фелан побелел. Похоже, что Рэйшена и его взрывной нрав в городе знали все.
В лавке стало темно как ночью. Элина знала, что Рэйшену это не мешает: дроу прекрасно видят в темноте. Фелан даже охнуть не успел, когда Рэйшен сгрёб его за воротник.
– Разговаривать будем наверху. Эта милая женщина, – Элина невежливо ткнула пальцем в жену купца, – покажет нам дорогу.
* * *
Наверху оказалось тесновато: массивные запертые сундуки, добротные скамьи, заваленные подушками, тяжёлые занавеси на окнах и над постелью…
– Почему у нас такого нет? – не удержалась Элина от вопроса вслух, разглядывая полог над кроватью. – Красота же! И тепло, наверное!
– Дара Элина! – воскликнул Фелан. – Одно твоё слово, и всё будет!
– Запахло взяткой, – Элина недобро прищурилась.
Фелан умолк.
– Вот что я тебе скажу, купец. Честно ответь на мои вопросы, и всё действительно будет. Понял?
Фелан покорно кивнул. Его жена стояла рядом, прижимая ладони ко рту.
Мадог поднимался последним. Теперь он охранял выход на лестницу.
– Скажи мне, купец, ты вмиг опознал фальшивую монету. Как же ты принял целый кошель таких фальшивок в уплату? Я не верю, что тебя обманули.
– Я… Мне…
Рэйшен встряхнул Фелана, и слова посыпались из него:
– Меня заставили их взять!
– Кто заставил?
– Он… Он важный человек! С ним трудно спорить! И опасно!
– А со мной, получается, не опасно?
Рэйшен ещё раз встряхнул Фелана, и у того клацнули зубы.
– Не вели бить этого дурака, дара Элина! Я всё расскажу! – запричитала купчиха.
– Что ж, рассказывай.
Элина с удовольствием уселась на лавку, устланную подушками. «Хорошо же придумано! Удобно! А теперь пусть жена купца говорит».
Недавно под покровом ночи в дом приходили двое. В одном купчиха узнала сборщика налогов, а второй был ей незнаком. Эти двое потребовали от Фелана, чтобы он пустил в оборот фальшивые монеты. Надо, мол, проверить, как город отзовётся на такое.
– И этот дурак согласился? – изумилась Элина.
– А что делать, почтенная дара! Ему ведь подати скостили, разрешили долг не выплачивать, взамен потребовали услугу…
– Откуда у него долг по налогам?
Купчиха обречённо махнула рукой:
– Проторговался он. Вложил деньги в товар и прогорел. Налоги заплатить было нечем, и вот…
Имя сборщика Элина, а точнее, Рэйшен, вытряс из самого Фелана. Бить его не понадобилось. Купец прекрасно знал, что делают с пособниками фальшивомонетчиков. Второго человека Фелан худо-бедно смог описать. Элина была очень довольна: дальше её расследование пойдёт легче.
– Я отменила налоги на теркаду. Никто из прежних сборщиков больше не имеет права собирать деньги. Долги прощены.
Купчиха шмыгнула носом:
– Я читала бумагу на площади. Но для нас было уже поздно.
– Для тебя – не поздно. Мужа твоего я вынуждена арестовать. Но, учитывая, что вы оба дали мне показания… Почти добровольно… Я не буду конфисковывать имущество в пользу короны, а оставлю тебя владелицей этого дома и лавок со всеми товарами.
Купчиха благодарно кинулась Элине в ноги, и Мадогу пришлось поднимать её с пола.
– Как вообще получилось, что ты вышла за этого? – Элина не смогла подобрать нужного слова и просто указала глазами на Фелана.
– По любви, – просто ответила купчиха. – Он работал приказчиком у соседей, красивый был, все девки на него заглядывались… Считался умницей, способным парнем. И отец мой не стал меня неволить, дал приданое хорошее, всё честь по чести…
– И на что твоё приданое ушло?
– На дом с лавкой, обзаведение хозяйством, на товары… Потом приобрели вторую лавку. А после – как отрезало нашу удачу…
Купчиха роняла слёзы, Фелан обвис тряпкой в руках Рэйшена, а Мадог не знал, куда себя девать. Тяжёлая получилась сцена.
– Послушай моего совета, – сказала Элина, – если приказчиков нанимал муж твой, выгони их. Пусть сын тебе помогает. И дочка. Это будет лучшее ученье для обоих. И на приданое сможешь дочери собрать.
– Ты, должно быть, сама из торгового люда? – спросила удивлённая купчиха.
– Я – старший королевский экспедитор.
* * *
Долго возиться со злосчастным Феланом Элина не стала. Ему просто издали показали Ашкута, и купец сразу опознал «важного и опасного» человека, которому нельзя отказать. После требований Элины, подкреплённых лёгкой встряской от Рэйшена, Фелан подписал признание и отправился в городскую тюрьму.
Сборщика налогов не нашли. Судя по донесениям, он бежал из города. Элина проклинала себя за нерасторопность, но уже ничего не сделаешь.
– Не надо так расстраиваться, – неуклюже утешал её Рэйшен. – Ты хотела вечером Ашкута ещё разок допросить… Как раз есть о чём.
– Да не о чем! Показания Фелана – доказательство причастности Ашкута к чеканке и распространению фальшивок. А мне надо знать, где их мастерская!
Рэйшен лишь разводил руками. Он понимал, что искать эту мастерскую – всё равно что искать иголку в стоге сена. Она может располагаться среди оружейных или ювелирных мастерских, прятаться под вывеской кузницы…
Элина видела – Мадог доволен, что восстановил своё доброе имя в глазах… Рэйшена, наверное. Но дело так и не завершено, где-то в недрах города по-прежнему прячется таинственный гравер и чеканятся фальшивые монеты.