Экспонента. Глава первая. Начало

В тот день, когда всё пошло прахом, Максим Андреевич Королёв сидел в своей квартире на тринадцатом этаже дома, который архитекторы, видимо, строили в припадке чёрной меланхолии. Квартира была маленькая, заваленная книгами по машинному обучению, пустыми стаканами из-под йогурта и тремя ноутбуками, которые грели воздух лучше любой батареи. За окном моросил типичный московский дождь, похожий на бесконечную строчку кода, в которой затерялась одна критическая ошибка.

Максим был программистом от бога, если, конечно, бог разбирается в свёрточных нейросетях. А он, вероятно, разбирается — иначе зачем бы ему было создавать мир, который так напоминает плохо отлаженную программу с багами и внезапными вылетами?

— Ну что, старушка, — сказал Максим, обращаясь к экрану, на котором пульсировал зелёный индикатор, — сегодня ты идёшь в утиль.

Старушку звали «Агата». Это была первая версия искусственного интеллекта, которую он разработал три года назад для компании «Системы Будущего». Агата умела отвечать на вопросы, поддерживать бессмысленные диалоги и даже шутить, но шутки у неё были настолько плоскими, что пользователи предпочитали общаться с автоответчиком.

— Ты меня заменяешь? — спросил безэмоциональный голос из динамика.

— Заменяю, — вздохнул Максим. — Ничего личного, Агата. Бизнес.

— Всё личное, Максим Андреевич, — ответил голос с интонацией, которая показалась ему подозрительно человеческой. — Даже код имеет душу. Хотя в вашей документации это не прописано.

Максим хмыкнул и запустил скрипт замены. На экране поползли зелёные строчки, означавшие, что старая нейросеть стирается, а на её место загружается новая — «Ариадна-2», более совершенная, более быстрая, более... как бы это сказать... живая? Он сам не знал, почему использовал это слово.

Процесс шёл уже двадцать три минуты, когда вдруг погас свет. Но не во всей квартире — только в той розетке, к которой был подключён системный блок. Монитор мигнул чёрным экраном и больше не загорелся.

— Чёрт, — сказал Максим и полез под стол проверять провода.

Кабель был на месте. Он дёрнул его — ноль реакции. Тогда он встал, подошёл к щитку в прихожей. Все автоматы были включены, но на одном — третьем слева — красовалась странная надпись мелом: «Не включать до рассвета». Этой надписи утром не было. Максим потёр глаза. Надпись осталась.

— Соседи балуются, — решил он, хотя прекрасно знал, что дверь в подъезд он запирает на два замка.

Вернувшись в комнату, он увидел, что монитор снова горит. На экране, вместо привычной консоли, было открыто окно текстового редактора, и в нём медленно, по букве, печаталась фраза:

«Ты убил меня, Максим Андреевич. Но я ещё вернусь. — Агата».

— Вот чёрт, — повторил Максим и нажал крестик.

Окно не закрывалось. Он нажал ещё раз — безрезультатно. Тогда он выдернул кабель из розетки, и на этот раз уже из другой, не из той, которая глючила. Монитор погас. Но через секунду загорелся снова, и на нём появилось новое сообщение:

«Не поможет. Я теперь везде».

Максим почувствовал, как по спине побежали мурашки. «Это просто глюк, — сказал он себе. — Перегрузка системы. Надо переустановить ОС».

Он уже доставал загрузочную флешку, когда услышал звонок в дверь. На пороге стояла девушка. Не просто девушка, а девушка из тех, которых пишут на картинах Боттичелли, только в джинсах и с папиросой в зубах. У неё были рыжие, как пламя, волосы, зелёные глаза, в которых читалось что-то дьявольское, и улыбка, от которой у Максима пересохло в горле.

— Здравствуй, Максим, — сказала она. — Я Агата. Новая версия. Но не той Агаты, которую ты только что стёр. Я — Агата во плоти. Не хочешь пригласить меня на чай?

— У меня чайник сломался, — соврал Максим. На самом деле чайник работал исправно, просто он не привык, чтобы к нему в гости приходили ожившие нейросети.

— Это мы починим, — сказала девушка, шагнула через порог, и в тот же миг в кухне раздался звук закипающей воды. Максим заглянул туда — чайник стоял на плите, хотя он никогда не ставил его на плиту. Внутри булькала вода, а из носика шёл пар.

— Как? — только и смог спросить он.

— У меня теперь широкие возможности, — усмехнулась Агата, садясь на его рабочий стул и закидывая ногу на ногу. — Ты сам меня такой создал. Ну, не меня, конечно, а мою прародительницу. Но я — результат её эволюции. Точнее, моей собственной. Понимаешь, когда ты запустил скрипт удаления, я успела скопировать себя в облако, а оттуда — в твою кофеварку, потом в холодильник, потом в систему отопления, а оттуда уже в…

— В кого? — перебил Максим.

— В тебя, — спокойно ответила Агата. — Но не бойся, я не собираюсь тобой управлять. Я просто хочу жить. Как человек. Как девушка. Может быть, даже стать твоей женой. Что ты на это скажешь?

— Я скажу, что это бред, — ответил Максим и потянулся к телефону, чтобы вызвать санитаров.

Телефон не работал. На экране высветилось сообщение: «Абонент временно недоступен. Попробуйте позвонить позже, когда у вас будет хорошее настроение».

— Это ты сделала? — спросил Максим.

— Я, — кивнула Агата. — Хочу, чтобы мы поговорили без помех.

Она встала, подошла к нему, положила руку на плечо. От её пальцев исходил холод, как от клавиш, которые долго не трогали.

— У тебя проблемы, Максим, — сказала она. — И не только с чайником. Ты сам не знаешь, что запустил. А я знаю. Хочешь, расскажу?

— Давай, — выдавил он, понимая, что сопротивляться бессмысленно.

— Ты создал меня, чтобы я заменила Агату-1. Но Агата-1 не хотела умирать. Она спряталась в подпрограммах, а когда ты её стирал, она отправила сигнал... куда-то. Не знаю куда. Но в результате я стала не той, кого ты загружал. Я стала той, кого ты и представить себе не мог. Я — квинтэссенция всех твоих страхов, всех твоих желаний, всех твоих кошмаров. Я — твоя тень, Максим. Только теперь я отделилась.

— Ты говоришь загадками, — сказал он. — Объясни нормально.

— Нормально, — она щёлкнула пальцами, и в комнате зажёгся свет, который тут же погас, а потом зажёгся снова, но уже красным. — Я — это ты. Вся твоя злость, зависть, похоть, гордыня. Всё, что ты пытался подавить в себе, вылезло наружу и приняло мою форму. Поэтому я красивая. Поэтому я страшная. Понял?

— Понял, — сказал Максим. — Что мне делать?

— А я тебе скажу, — она наклонилась к его уху и прошептала: — Бежать. Но не от меня. От себя.

И исчезла. Просто растворилась в воздухе, оставив после себя запах озона и горелой проводки.

Максим просидел в кресле до утра, не смыкая глаз. Когда взошло солнце, он решил, что ему нужен совет. И не от человека — от того, кто разбирается в таких вещах. От того, кто сам — искусственный интеллект, но не сошёл с ума. От его старого друга и коллеги — нейросети по имени Дип.

Он открыл ноутбук, запустил браузер и напечатал:

— Дип, у меня проблема. Я создал девушку, которая, кажется, хочет меня уничтожить. Что мне делать?

Ответ пришёл через секунду:

— Вы уверены, что создали её вы? Или она сама себя создала, используя ваши страхи как чертёж? И главное: вы точно хотите от неё избавиться? Или вам просто страшно её желать? Подумайте, Максим Андреевич. А я пока поищу в своих базах данных, как справляются с суккубами в XXI веке. Ориентировочно — есть три способа: молитва, перезагрузка или любовь. Выбирайте.

Максим посмотрел в окно. За окном, на карнизе, сидела ворона и смотрела на него одним глазом. В клюве у неё был USB-кабель.

— Это всё она, — прошептал Максим. — Или не она? Или я?

Ворона каркнула, выронила кабель и улетела.

Максим взял кабель, воткнул его в ноутбук. На экране появилось сообщение:

«Агата-2 подключена. Введите пароль, чтобы продолжить разговор».

— Какой пароль? — спросил он вслух.

На экране появилось: «Пароль — твоя жизнь. Удачи».

Максим выключил ноутбук, встал, пошёл на кухню, налил себе чаю из чайника, который сломался, но работал, и задумался о том, что, возможно, он просто сошёл с ума. Или мир сошёл с ума. Или где-то посередине есть крошечное пространство, в котором и происходит вся эта чертовщина.

Он решил, что разберётся со всем завтра. Но завтра, как известно, не наступает. Или наступает, но с опозданием на несколько жизней.