Кореец с Камчатки

КОРЕЕЦ С КАМЧАТКИ

Затронув в своих автобиографических записках спортивную тему, я неожиданно для самого себя обнаружил, что мои познания в области боевых искусств интересны не только простым читателям - любителям спорта, но даже научным работникам, исследователям жизни и творчества авторов, так или иначе столкнувшихся в жизни с насилием, пострадавших или погибших в результате криминальных или иных насильственных действий, либо самих увлекавшихся тем или иным видом спортивных или боевых единоборств.
Написав несколько очерков, в которых я попытался взглянуть на картину гибели поэта Н. М. Рубцова с точки зрения человека, имевшего в молодости некоторую спортивную и боевую подготовку, я выступил с докладом на конференции, посвящённой жизни и творчеству Рубцова, проходившей в Череповецком государственном университете, и моё выступление было со вниманием выслушано, в том числе и помощником начальника Следственного управления МВД РФ по Вологодской области, также выступавшей с докладом на этой конференции. Мне предложили включить мою статью в сборник докладов конференции, и я согласился.
Следует добавить, что с творчеством Николая Рубцова я близко познакомился в конце 80-х годов в Ленинграде, будучи студентом ВУЗа - один из моих однокашников, дядя которого, будучи редактором вологодской газеты, лично был знаком с поэтом, дал мне почитать сборник стихов Рубцова. Охотившийся в те годы за сборниками Ахматовой и Пастернака, я был потрясён рубцовским «торчащим в дверях соседом» и «сидящей и курящей женщиной чужой», скачками по набережной Обводного канала, где в те годы находилась и по сей день находится военмеховская общага, «Мимо окон Эдика и Глеба. Мимо криков: Это же Рубцов!»».
Надо сказать, что с Костей Беловым, столь коротко познакомившим меня с Рубцовым, мы вместе занимались в институтской секции самбо, а когда я позднее стал заниматься каратэ, то приглашал на тренировки в Автово и своих знакомых самбистов. Не всем эти занятия были по карману.  Почти всё модное и запретное стоит немалых денег, и наши занятия каратэ вскоре прекратились. Однако, от того же Кости я неожиданно узнал, что в самом нашем институте начинает работать секция корейского боевого искусства. Сейчас его именуют «тхэквондо», а тогда мы почему-то говорили «тайквондо». Вероятно, приставка «тай» перекочевала в название из тайского бокса и китайского «тай-цзы-цуань». Как бы то ни было, о молодом «сэнсэе» уже ходили легенды: парня, лет 25-30, имевшего, якобы, корочки МВД и перенявшего этот древний смертоносный вид борьбы  «на Камчатке от корейца», звали Андрей. Невысокий, худощавый и светловолосый, он не имел в своём облике ничего брутального и устрашающего. Рассказывали, что его учитель-кореец проводил тренировки зимой в лесу, нередко заставляя учеников разуваться и ходить босиком по снегу. Сам Андрей, придя на первую тренировку в зал тяжёлой атлетики, где собралась разношёрстная компания новичков и ребят, уже позанимавшихся самбо, каратэ и рукопашным боем, даже не стал сам переодеваться и проводить разминку. Объявив, что в реальной ситуации возможности разминаться не будет, Андрей предложил нам, разбившись на пары, немного поспарринговать перед ним, чтобы познакомиться.  Спортсмены начали демонстрировать свои навыки. Мне выпало спарринговать с Игорем Муравьёвым, моим однокурсником, приблизительно того же веса и роста что и я, и также имевшим некоторый опыт занятий каратэ. Улыбнувшись друг другу, мы начали поединок. Условия боя обозначены наставником не были, и мы работали в «неполный контакт» или «полуконтакт». Шлепки по бокам, локтям и бёдрам подъёмами стоп длинных ног поединщиков были достаточно ощутимы, и в определённый момент Андрей негромко, но очень серьёзно сказал нам: «Вы только не поубивайте друг друга». Тогда это воспринималось, как шутка - да так, вероятно, и было на самом деле. Завершив поединок, мы уступили татами следующим. Поставив всем в пример последнюю пару, мягко отработавшую в стиле комплекса парных упражнений китайской оздоровительной гимнастики, сэнсэй приступил к обучению. Поняв, что народ собрался, в целом, подготовленный, он начал не с разучивания базовых стоек и движений, а с достаточно сложного для многих начинающих удара, название которого я узнал много позже: долио-чаги 360 или, иначе, торнадо-кик. Мастера тхэквондо порой поражают зрителей ударами, производимыми из прыжков, более  приличных фигурному катанию, например на 1080 градусов - это  как бы некий тройной лутц с выбросом ударной ноги), однако и простой удар ногой с разворотом туловища на 360 градусов, который сегодня без особого труда выполняют в школах боевых искусств даже дети, для многих из нас, и для меня - в том числе, оказался сложным и диковинным приёмом. Андрей демонстрировал приёмы в обычной одежде - просторной рубахе и широких клетчатых брюках, сопровождая тренировку пояснениями и рассказами.
Однажды, когда занятия уже переместились из зала «Военмеха» в спортзал одной из школ Калиниского района, наставник принёс на тренировку лыжную палку. Урок был посвящён работе с предметом - палкой. Позднее, пролистывая учебники по боевым искусствам, я находил множество приёмов защиты от палки. Большинство из них основано на блокировании или перехватывании ударной руки нападающего. Методика предложенная нашим тренером основывалась на уходе от удара и перемещении в недосягаемую для удара зону - за спину нападающего с обхватом его рук и прижатием их к туловищу, разумеется, если такая возможность имеется. Интересно, что изучая методику защиты от ножа по видеозаписи урока в ФСО, я обнаружил аналогичный подход - если невозможно убежать, то лучше всего - «спрятаться за спину нападающего».
Интересны и насыщены были занятия у ученика «корейца с Камчатки», однако вскоре другие увлечения увели меня из среды его учеников, да и вообще из спорта.
Но много лет спустя, уже выступая в Александро-Невской лавре со своими стихами и авторскими песнями, я вспомнил и о рыжеволосом, веснушчатом Андрее, и о его корейском наставнике с Камчатки. На проходившем однажды в Святодуховском центре вечере памяти Виктора Цоя, при жизни активно занимавшегося боевыми искусствами, поэт, автор-исполнитель, этнограф и большой специалист в области русских национальных боевых искусств Андрей Грунтовский рассказал, что в далёкие 80-е годы, на Петроградской стороне, недалеко от Князь-Владимирского собора и легендарной котельной «Камчатка», где кочегарили в своё время Виктор Цой и Александр Башлачёв, на улице Блохина был расположен небольшой спортзал, время для занятий с учениками в котором делили два известных человека - тренер по русскому кулачному бою Андрей Грунтовский и преподаватель корейского боевого искусства, дядя Виктора Цоя, врач и спортсмен Вячеслав Цой. «Кореец с Камчатки» оказался ленинградским хирургом, воссоздавшим на основе традиционного корейского боевого искусства современную боевую технику, ориентированную на прикладное, уличное применение. По-видимому, именно эту технику демонстрировал его племянник, известный певец и актёр Виктор Цой в фильме «Игла», и, по-видимому, ей обучал студентов «Военмеха»  ученик Вячеслава Диновича - Андрей.
Изобретение ленинградского хирурга и мастера восточных единоборств корейской национальности оказалось своевременным и востребованным - вскоре наступили «лихие 90-е». Вероятно, кто-то из учеников Вячеслава Диновича, как наш бывший тренер Андрей, влился в силовые структуры, а кто-то и наоборот...
Трагично и безвременно ушёл из этой жизни кумир конца 80-х годов - Виктор Цой. Можно только гадать о подлинных причинах того рокового ДТП на 35-м километре трассы Слока-Тапси, унёсшего его жизнь: водительская неопытность, творческое выгорание, банальная усталость...
Через несколько лет после гибели племянника Вячеслав Динович стал первым в России координатором межународного центра по борьбе с наркобизнесом, и летом 1995 года был убит в подъезде своего дома семью выстрелами в упор.
Не от всего защищают даже славное имя и боевое искусство.
Судьба же учеников ученика «корейца с Камчатки» сложилась по-разному.
Мой товарищ Костя Белов стал предпринимателем, рискнувшим построить бизнес за границей.
Я стал творческим работником, спустя много лет попытавшимся вернуться в прикладной спорт, но в следствие полученной травмы отказавшийся вскоре от этой затеи.
Игорь Борисович Муравьёв стал исполнительным директором Ленинградской областной торгово-промышленной палаты, и мы иногда видимся на её мероприятиях.
Закостенели с возрастом связки и суставы, пожалуй что из самой двигательной памяти ушли полученные некогда навыки. Однако иногда вспоминается мне и сегодня добродушный голос веснушчатого наставника корейской борьбы: «А кирпичи легче всего ломать «чайником», потому что он - тяжёлый...» 

НИКОЛАЙ ЕРЁМИН

18.05.2026