Прописанный в УССР гл. 219

219
Истощение сторон и ухудшение условий для всех участников дают надежду на скорое завершение украинского конфликта.

 
   12 мая 2026 Глава Пентагона Пит Хегсет подтвердил, что украинский конфликт стал для Вашингтона полигоном по изучению современной войны беспилотников.
   «У нас ездили на Украину многие высокопоставленные чиновники, и мы узнали многое. На самом деле я лично одобрял отправку дополнительного персонала туда, чтобы получать информацию о применении БПЛА на этом поле боя, как в наступательных, так и оборонительных целях»
   «Мы должны извлечь все возможные уроки из этого конфликта и внедрить их в режиме реального времени в нашу оборону и наступление в эпоху, когда необходимо доминирование беспилотников», — заявил Хегсет.
   Это лишь один из запахов «духа Анкориджа», нюхайте и ждите… Уважаемые американские партнёры пока не отключают "Старлинк" над украинской территорией, передают ВСУ разведданные для ударов по территории России, не запрещают реэкспорт американского оружия на Украину. Их ВПК успешно пользуют Украину как полигон по испытанию новинок вооружения, утилизации устаревших образцов. И применяют всё это против России.
   А Россия не препятствует транспортировке вооружения из Европы на территорию Украины, не реагирует на постоянные полёты над Чёрным морем американских беспилотных аппаратов разведчиков, но поставляет в страны НАТО энергоносители. Такая уж странная, специальная, затянувшаяся военно-комерческая операция.

   Процесс создания секретных биологических лабораторий на территории Украины под руководством Пентагона начался после оранжевого майдана. Соглашения между Министерством обороны США и Министерством здравоохранения Украины, в соответствии с которыми открыты эти лаборатории, были подписаны 29 августа 2005 года, во времена президентства Виктора Ющенко (абсолютная марионетка США). А переговоры с американцами на эту тема вела тогдашний премьер-министр святая-воровка Юлия Тимошенко, и проходили они в обстановке глубочайшей секретности. По лживым уверениям американской стороны, речь велась о безобидных разработках по борьбе с инфекциями. Но доступ украинским медикам и вирусологам в эти биолаборатории был запрещен. А всякие вопросы граждан относительно «дружеских партнёрских» лабораторий на территории Украины, квалифицировались как российская пропаганда.
   Администрация Джо Байдена ранее последовательно отрицала наличие американских биологических объектов на Украине либо прямого контроля США над подобной инфраструктурой, и обвиняла Россию и Китай в распространении дезинформации об американских лабораториях во многих странах.
   И вот, 11 мая 2026 New York Post сообщает; «Директор Национальной разведки США Тулси Габбард действительно инициировала масштабный аудит более 120 зарубежных биолабораторий в 30 странах мира, из которых более 40 объектов находятся на территории Украины».

   14 мая 2026 директор Службы внешней разведки РФ Сергей Нарышкин журналистам напомнил; «Если дипломатическим путем это сделать не удастся, то у России имеются все законные основания и потенциал сделать это военно-техническим путем. И тенденция в этом понятна - с начала нынешнего, 2026 года, российская армия освободила уже около 90 больших и малых населенных пунктов, и движение продолжается в одном направлении - на запад»

   Относительно «движение продолжается»;
   По состоянию на май 2026 года протяженность линии активных боевых действий составляет около 1200 километров (745 миль). Общая же длина линии соприкосновения Украины и РФ, включая государственные границы под усиленной охраной и заблокированные участки, превышает 3000-3700 километров.
   Продвижение российских войск на Запад незначительное. Вся линия фронта превратилась в глухое противостояние сторон, затяжной позиционный тупик. Пространство между позициями сторон простреливается беспилотными системами на глубину до 15–20 км, из-за чего логистика и ротация превратились в крайне опасные операции. Фронт фактически замер. Любая концентрация техники или живой силы обнаруживается за считанные минуты, что делает масштабные танковые или пехотные прорывы практически невозможными.
   Активизируются лишь взаимные воздушные атаки по городам России и Украины, от которых страдает гражданское население.
   Все российские воздушные атаки за более четырёх лет операции ни разу не повредили места массового проживания украинской быдло-ылиты. Основными целями ударов являются энергетические узлы, нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ), порты, крупные логистические хабы, склады боеприпасов и заводы по производству оружия. Они расположены в промышленных зонах или на окраинах городов, а не в элитных коттеджных поселках. Районы массового проживания жирных котов и чиновников слуг народа (например, Конча-Заспа или Козин под Киевом, либо Рублево-Успенское направление под Москвой) представляют собой рассредоточенные загородные зоны с низкой плотностью застройки. С военной точки зрения тратить дефицитные и дорогие крылатые ракеты или тяжелые дроны на частные жилые дома не имеет оперативного смысла.
   Современные системы противовоздушной обороны (такие как Patriot, NASAMS или С-400) прикрывают не жилые кварталы тех или иных социальных групп, а критические государственные объекты: министерства, узлы связи, военные аэродромы и правительственные кварталы в центрах столиц. Обычные спальные районы чаще страдают от падения обломков сбитых ракет и БПЛА.

   Говорится о передаче России оставшейся в Украине части Донецкой области, и невнятно подразумеваются Запорожская и Херсонская области.
   В заявлениях пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова от 13 мая 2026 года было чётко подтверждено, что ключевым условием Москвы для прекращения огня и начала мирных переговоров остаётся полный вывод украинских войск со всей территории Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей.
   Вероятно, «невнятность» вокруг южных областей возникает из-за огромного разрыва между дипломатической позицией Кремля и текущей реальностью на поле боя.
   В переговорах и экспертных обсуждениях, включая утечки через посредников, требования по Запорожской и Херсонской областям звучат менее жестко по нескольким причинам.
   Наступательный потенциал армии РФ на юге ограничен. Если в Донецкой области идут постоянные попытки штурма, то на южном направлении фронт стабилен. Российское командование осознаёт, что взять Запорожье или форсировать Днепр для возвращения Херсона военным путём в обозримом будущем практически невозможно.
   Хотя на Запорожском направлении российские войска постепенно вгрызаются в оборонительную стену ВСУ.

   В конце 2025 года на саммите в Анкоридже и последующих закрытых контактах обсуждались форматы «заморозки» по фактической линии фронта. Ряд западных и российских источников указывали, что Москва готова обсуждать «частичный обмен территориями» или отказ от претензий на Запорожье и Херсон в обмен на полное признание российского статуса Донбасса и Крыма.

   Позиция Зеленского - по-прежнему категорично против сдачи территорий. Украинская сторона полностью отвергает эти требования, заявляя, что отвод войск из неоккупированных Запорожья, Херсона и Донбасса является требованием капитуляции, а не основой для равноправного мира. Он якобы согласен на мир, прекратив боевые действия на текущей линии фронта.
   Зеленскому и Путину надо продолжать войну, каждому по своим причинам.

   Трамп, имея возможность принудить Зеленского к уступке территории Донецкой области и остановить конфликт, вероятно, откладывает это решение до осени, ближе к выборам в ноябре 2026.
  Администрация Трампа использует стратегию «двойного давления» (кнута и пряника). На данном этапе (май 2026 года) баланс американского давления сместился в сторону принуждения Украины к территориальным уступкам. США намекают на блокировку европейских и американских фондов макрофинансовой помощи, если Киев проявит деструктивную позицию на переговорах.
   В отношении РФ, США якобы готовы закрыть глаза на территориальные приобретения РФ в обмен на лояльность Кремля по другим вопросам (Иран, Арктика, КНДР). А если Путин откажется от компромисса и продолжит наступление на Запорожье или Краматорск, Трамп угрожает снять все ограничения на удары американским оружием вглубь РФ и передать Украине критические объемы передовых вооружений.
 
   Россия продолжает требовать полного отвода ВСУ из неоккупированных частей четырёх областей, а Украина отказывается подписывать договор без жестких гарантий безопасности со стороны США, включая отправку европейских миротворцев на линию разграничения.

   Для ЕС текущий расклад интересов и сил участников, позволяет осторожным, эгоистичным европейцам продолжать «воевать» с Россией, на украинской территории, руками туземцев, до последнего живого украинца.

   Россия пятый год грозится достичь все цели и задачи, и надеется, что Трамп уговорит Зеленского уступить хотя бы остатки Донецкой области.
   Завоевать это «военно-техническим путем» для РФ будет дорого стоить. Краматорск, Славянск и ближайшие населенные пункты превратится в сплошную руину, неизвестно как долго это будет достигаться, и уже очевидна несоразмерность цены с результатами операции.

   При очевидном самоубийственном тупике российско-украинской братоубийственной войны, авторитарные режимы двух сторон конфликта пока в силах продолжать этого безумие. А народы Украины и России бессильны противостоять этому.
   В РФ - консолидация режима и пассивность общества. Продолжение боевых действий обеспечивается инструментами авторитарного государства. Вместо всеобщей мобилизации Кремль пока обходится контрактниками, привлекая их высокими выплатами. Это снижает уровень недовольства среди беднейших слоев населения. Любые антивоенные выступления жестко пресекаются уголовным преследованием. Оппозиционное поле полностью зачищено. Перевод промышленности на «военные рельсы» и обход санкций позволяют поддерживать стабильность госсектора, создавая у населения иллюзию нормальности.
   На Украине - военное положение и относительное согласие и готовность нэзламно та потужно выживать. В условиях военного положения выборы заблокированы законом, а полномочия исполнительной власти и просроченного президента Зеленского расширены до максимума. Вся полнота власти сосредоточена в руках неадекватного верховного главкомика.
   Несмотря на усталость от войны, жестокую насильственную мобилизацию и внутренние скандалы, разобщённое украинское общество воспринимает сопротивление как условие физического выживания государства. По ультиматумам Москвы - сдать четыре области ради мира, в украинском социуме по-прежнему нет согласия.

   Бессилие общества с обеих сторон обусловлено отсутствием легальных и безопасных механизмов влияния на власть.
   В России гражданское общество разнородно, а страх перед тюремным заключением парализует протестную активность.
   В Украине открытый политический протест во время войны воспринимается большинством как угроза национальной безопасности и риск обрушения фронта изнутри.
   Но всё чаще оказывается открытое сопротивление насильственной мобилизации. Ненависть к полицаям и оборзевшей вороватой власти клоунов инородцев становится для всех очевидной.

   Но, истощение сторон и ухудшение условий для всех участников дают надежду на скорое завершение украинского конфликта. Наблюдаем…

   Следует отметить, какие фантастические средства расходуют все участники для продолжения военного конфликта, и как жирно воруют сидящие на финансовых потоках.
   Если эти средства направить на социальные нужды, насколько можно было улучшить жизнь населения. При ухудшающемся состоянии систем здравоохранения, образования и жилищном кризисе во всех странах-участниках, они загоняют население в режим патриотично нэзламного выживания, тягот и лишений.
   Кланово-олигархические формы правления в России и Украине позволяют держать население в режиме жестких ограничений, и в то же время, фантастически обогащаться, игнорируя очевидную демографическую катастрофу.
   Возможно, вскоре общественности станет известно, как нагло-успешно нажились зелёные гниды за период военного положения, и сколько народа они погубили.
   Мировые СМИ создали из продажного, вороватого шута-марионетки образ потужного героя спасителя Европы от российской агрессии. А по сути своей – это самовлюблённый, неадекватный паяц (коротко – поц), обманувшая доверчивый наивный народ, поверивший в его предвыборные обещания. Семь лет просроченный шут на троне распродаёт страну, уничтожает население, экономику и наживается на теле щенэвмэршэй Украины.

   В Европейском союзе решили пересмотреть ранее утверждённый план по завершению временной защиты для украинцев после марта 2027 года и начали обсуждать возможность её реформирования.
   UNHCR рекомендует ЕС готовить долгосрочные механизмы легализации украинцев, включая упрощённые ВНЖ и новые формы защиты.

   В бытие Дмитрия ничего не изменилось. Три с половиной года на острове, проживание в социальном доме на троих беженцев - каждому по отдельной комнате с общей кухней и холодильником.
   С местом постоянного проживания на юге Украины, ставшим теперь РФ, связь нестабильная, там часто пропадает электричество со всеми вытекающими последствиями. Многое в условиях проживания оставшихся там людей зависит от атак дронов ВСУ с правого берега Днепра.
   Его связь с бывшими друзьями и членами семьи почти сошла на нет под воздействием времени, расстояния и прочих различий в понимании происходящего в мире. О нём иногда вспоминали и позванивали, чтобы задать какие-то вопросы, высказать критические замечания в его адрес, предъявить претензии. Из редких, коротких переговоров ему было очевидно, что как человек он не представляет для них уже никакого интереса.
   За четыре года скитаний и пребывания на чужом острове он усвоил правило: People don’t have to like me and I don’t have to care about it. I just have to learn how to survive…

   - Привет. Как ты? Как наши дела? – приветствовал Дмитрия его товарищ из постсоветского пространства.
   - Я всё ещё жив. В остальном - сойдёт, - сдержанно отвечал Дмитрий.
   - А как дела относительно моего прибытия на остров? – уточнял товарищ.
   - Остров пока над водой, под дождём, и на прежнем месте. Паспорт у тебя на руках, никаких препятствий для гражданина Румынии. Только перелёты подорожали. Всё дорожает, - докладывал Дмитрий обстановку.
   - Я всё ещё надеюсь, что ты посодействуешь моему приезду в Ирландию. Ожидаю от тебя новостей.
   - Твоё скромное «надеюсь, ты посодействуешь» подразумевает, что
я приготовлю для тебя жильё, при котором смогу зарегистрировать тебя в местном отделе социального обеспечения, уговорю двух чужих тёток соседок поселить тебя в доме. И за их согласие я буду им пожизненно обязанным. Затем потребуется моё участие в поисках работы для тебя 66-летнего, без истории предыдущих работ в стране. Ещё мне придётся выслушивать твои жалобы на погоду и убогость сырого острова. А если ничего из этого не выйдет, виноватым в твоих денежных тратах и потерянном времени буду тоже я. Боюсь, такое «содействие твоему приезду»» мне не под силу, - объяснял Дмитрий суть поставленных перед ним задач.
   - Для тебя это так трудно? – искренне удивился товарищ.
   - Если всё это так легко и просто, прилетай и решай все вопросы по своему усмотрению, - гостеприимно предлагал Дмитрий. - У меня свои повседневные хлопоты и занятия, которые требуют времени и внимания. А ты вежливо-осторожно предлагаешь мне подрезать крылья, и привязать ядро к ногам…
   - Обычно ты обут в удобные кроссовки, и никакого ядра я не вешаю на тебя. Что ты вообще выдумываешь.
   - Я очень ценю это. Поэтому, опасаюсь оказаться спутанным и скованным непосильными обязательствами. Моя хроническая паранойя охраняет меня и напоминает о том, что мне следует ценить и беречь своё здоровье, свободу и время, быть бдительным, как пионер, который всегда готов к враждебному окружению и чужому притязанию.   
   - Хорошо сказал! Долго репетировал?
   - Нет, просто у меня это всегда на уме. Я научился чувствовать, что когда кто-то просит о «небольшой помощи», это со временем может превратиться в то самое пушечное ядро, которое тянуло на дно Эдмона Дантеса, бежавшего из тюремного заключения. Если не держать при себе остро заточенный нож (фигу в кармане), то не выберешься из мешка, не избавишься от ядра на ногах, и опустишься в бездну…
   - Ты видишь во мне обузу для себя? – вежливо, но уже назойливо уточнял товарищ.
   - Уж точно не облегчение. Жизнь преподала мне достаточно дорогих уроков, когда назвавшиеся «друзьями», получали от меня доверие, помощь и пристанище… А затем требовали дополнительных услуг, хищно метили территорию, пытаясь подвинуть меня для расширения и освоения своего жизненного пространства. Жизнь в стеснённых условиях беженства учит соблюдать безопасную дистанцию от всего непредсказуемого. Даже от тех, кто претендует на дружбу со мной.
   - Я правильно понял, что ты не хочешь мне помочь? - в голосе товарища слышалась обида.
   - Я должен ещё и хотеть? – усмехнулся Дмитрий. - Ты сам себе не очень-то хочешь помочь, предпочитаешь, чтобы этим занимался кто-то. Я предлагал тебе идею - подготовить условия для своего подселения в наш коммунальный дом. Дал тебе контакты одной из соседок по дому, чтобы ты связался с ней, познакомился и перешёл к вопросу о возможном приезде к ней. Чтобы не я просил у неё согласие на твой приезд, а она спрашивала меня об этом. Подсказал тебе, как ты нашёл её контакты на чате «Украинцы в Ирландии», и как построить диалог. А в ответ на моё подробное шпионское предложение, ты поручил мне выполнить домашнее задание: «А напиши мне, что и как говорить ей…». Это прозвучало для меня как предостережение: «Тяжёлый случай. Мне это не под силу». Ты имеешь молдавский, российский и румынский паспорта, и ты свободен, хотя и называешь Приднестровье российской «резервацией». Ты давно мог поехать, куда душа желает. Но ты ожидаешь, когда кто-то «захочет» приготовить для тебя все условия и пригласит, гарантируя тебе удачу и благополучие.
   - У тебя какая-то нездоровая параноидная реакция на людей, которые пытаются приблизиться к тебе, - поставил диагноз проницательный товарищ.
   - «На людей, которые пытаются пристроиться к тебе» - так будет точнее, - поправил Дмитрий. - Это нормальная реакция человека, прожившего три с половиной года в коммунальных жилищных условиях, в окружении кастрюлеголовых патрыотив, для которых я лишь «падло москальськэ». Мне лестно, что ты помнишь обо мне и хочешь быть ближе… Но твои вопросы о «содействии»… Они не радуют. Они напрягают, обещая лишь неизбежные хлопоты и головную боль, - признался Дмитрий в своём нежелании нести чужой непосильный груз. 
   - А я полагал, что мой приезд и наше общение скрасит твоё пребывание на острове, - не унимался товарищ друг.
   - Я не исключаю возможное общение и какие-то общие интересы. Но мы оба знаем твои основные цели приезда – подработать. А для достижения этой цели, тебе необходимо: жильё, желательно, недорого, документы, необходимые для трудоустройства в чужой стране. И найти работу приемлемую для тебя по тяжести и зарплате. И ты осознаёшь, насколько всё это сложные для тебя задачи. Именно поэтому ты четыре года греешь свой румынский паспорт в тумбочке и никуда не едешь. Это вполне благоразумная позиция - комфортно проживать в своей собственной квартире с социальными ценами на коммунальные услуги и стабильной пенсией, которые обеспечивает ненавистная тебе Россия. Ты постоянно топишь за марионетку Майю Санду с её идеей сдать Молдову Румынии, - в голосе Дмитрия зазвучал сарказм. - Выдавить российское присутствие из Приднестровья и войти всей Молдовой в состав Румынии, ЕС. Когда всё это случится, все европейские блага, цены и налоги сами придут к тебе в родной город Бендеры. Советую тебе с комфортом дожидаться этого момента у себя дома. Это гораздо удобней, чем ехать на заработки куда-то на дождливый, ветреный остров.
   - Та понял я тебя. Не читай мне лекцию, - прервал Дмитрия разочарованный друг.
   - Советую оставаться с комфортом и своими паспортами дома. Жди того, что обещает Майя Санду, - добавил Дмитрий.
   - Я же сказал, что всё понял, - сухо отозвался друг из «резервации».
   - Тебе следует принять мой дружеский совет как реальную помощь. Ты едва ли представляешь себе, каковы климатические, жилищные и прочие условия в Ирландии. После проживания в собственной квартире в Приднестровье с местным климатом, фруктами и овощами, этот остров покажется тебе местом ссылки, неким наказанием, - добавил Дмитрий. - Пока. На связи.
   
   Середина мая 2026. Перед Дмитрием и его партнёром по теннису из Луганска стояла задача – восстановить после зимнего перерыва уровень игры прошлогоднего лета.
   Приспосабливаясь к непредсказуемой ирландской погоде, физическому состоянию, расписанию автобуса, на котором перемещался партнёр, занятости двух кортов в местном теннисном клубе, они встречались и упрямо совершенствовали свои навыки, осознавая тот факт, что теннис, как иностранный язык, не терпит продолжительных перерывов. Первый признак деградации – это утрата способности легко и стабильно попадать по летящему на тебя мячу центром ракетки. Это как утрата в памяти нужных слов при общении с местными на их языке, если не применяешь эти слова регулярно, и много думаешь и пишешь на своём родном.
   Иногда во время игры с луганским партнёром, Дмитрий шутя вставлял украинские словечки, «ты схыбыв!», и товарищ отмечал, что хотел бы перейти с родного русского языка на украинский, но ему лень заморачиваться ещё и этим. Объяснял он такое странное желание своей неприязнью к русскому миру, который на танках ворвался в его благополучную жизнь в Луганске и под корень уничтожил всё, что он строил, создавал, имел… 
   Местные любители тенниса посматривали на двоих престарелых украинских беженцев и легко признавали в них пришельцев. Кроме непонятного для них языка, только эти двое в теннисном клубе применяли одноручный удар слева.
   Когда они обучались этому в прошлой жизни, пользуясь деревянными ракетками из магазинов «Спорттовары», все отбивали мячи Ленинградской фабрики «Красный треугольник» слева - только одной рукой. Старую собаку сложно переучивать, легче просто усыпить.
   Но Дмитрий упрямо сохранял свой амбициозный план - войти в первую сотню рейтинга ATP до того, как ему исполнится семьдесят лет. Когда он рассказывал кому-то о своём плане, некоторые спрашивали его:
   - Это шутка?
   - Зависит от твоего чувства юмора, - отвечал Дмитрий.

   Следует отметить тот факт, что ирландцы смотрели на спортивное хобби Дмитрия с пониманием и даже уважением. Одна знакомая Маргарет, которая работала по соседству с теннисным клубом в Семейном Центре, оказывающем всяческую социальную поддержку нуждающимся в этом, при встрече потного, раскрасневшегося Дмитрия, приветствовала его:
   - You're obsessed!
   - Yes, I’m still alive and obsessed, - отвечал Дмитрий.
   В то же время, многие украинские беженцы посматривали на странные игры двоих русскоговорящих сограждан с явным недоумением и упрёком:
   - Якісь престарелі придурки!
   Это напоминало Дмитрию об укродурдоме. Там, кто первый надел халат – тот и доктор-психиатр. У кого автомат – тот и прав. А президентская и депутатская невинность - как основной закон, даже если эти слуги народа уничтожают миллионы населения.

The rainy thoughts inside my head
I’m wet and lost again - such a shame
The sky hangs low, the streets the same
The temperature is rising
The wind is still so cold
And obstacles are rising
That's why I feel so cold inside

Дождливые мысли в моей голове
Я снова промок и заблудился – какая жалость.
Небо низко висит, улицы те же самые
Температура повышается
А ветер по-прежнему холодный
И препятствий становится всё больше
Поэтому мне так холодно внутри.