Тамерлан. Глава 1

Глава 1
Мое утро всегда одно и тоже: ранний подъем в районе шести утра, пробежка, душ, завтрак. Я вырос в Советском Союзе, где из всего разнообразия предлагалось на выбор два варианта: каша овсяная или манная, размазанная по тарелке. Либо вариант с батоном и докторской колбасой. Так вот, я давно не дома, да и вариантов разнообразия сейчас предостаточно. Вариантов было много, но вот уже много лет я остаюсь верен только одному: чашка крепкого черного кофе с долькой лимона и пончики из местной кондитерской. Сначала я приходил на завтрак именно в эту кондитерскую. Гостеприимство хозяина меня поразило. Заказав кофе, мне предложили попробовать местные пончики. И все. Душа моя покорилась. Тающие во рту, с насыщенной начинкой, и глазурью. И теперь, только сделав звонок, мне каждое утро приносили их домой. Вот и сегодня, совершив свои ритуалы, я потянулся к телефону, вспомнив про девочку Асю. Расчет был прост: если девочка Ася была случайной, то десерт она мне принесет из любого супермаркета. Но, если все так, как я предполагаю, принести она должна была те самые, мои.
Ровно в одиннадцать в квартире раздался звонок. Открыв дверь, я впустил свою гостью. Как и вчера Ася была одета в джинсы, толстовку и кеды. Волосы сегодня она убрала в замысловатую косу. Она стояла, выжидательно смотря на меня. А в руках у нее был сверток со знакомой надписью «Chocaf;». Бинго. Вот птичка и попалась.
– Доброе утро, Ася! Прошу, вас! Проходите!
– Благодарю. Тимур Асланович, где мне можно расположиться? Не хочу тратить ваше время.
Посмотрев внимательно на девочку, я улыбнулся. Взяв из ее рук пакет, показал ей на гостиную.
– Думаю здесь нам будет удобно. Я только сварю нам кофе и вернусь.
Такая передышка была просто необходима мне. То есть получается девочка не простая и я действительно стал интересен. Ну что же, поиграем по правилам.
Это была не моя квартира. Я давно перестал считать окружающее своим. Я не обрастал вещами: в моем логове трудно было за что-то зацепиться. Я не коллекционировал вещи, я просто жил. Поэтому я так легко и отправил Асю в гостиную. Там не было ничего интересного.
– Твой кофе. Прости не знаю твоих вкусов. Так что, просто черный.
– Спасибо! – Ася сидела в моем кресле, поджав ноги под себя. На коленях ее лежал блокнот. – Думаю стоить начать.
– Ну что же. Не будем терять время.
Откинувшись на спинку дивана, я внимательно посмотрел на Асю.
… Я родился в маленьком провинциальном городке, хотя городом его тогда было трудно назвать. Моя мать, Таисия Строева, родилась там, выучилась, и пошла работать на местную швейную фабрику. Про остальных родственников я ничего не знаю, мать как-то обмолвилась, что она сирота, из детского дома. Она не была первой красавицей, но никогда не была без внимания мужчин. Высокая блондинка, привлекала мужское внимание. Своего отца я не знал. Так получилось. С матерью они познакомились на фабрике. Он приехал из другого города, и работал на фабрике простым рабочим. Восточный мужчина сразу привлек внимание многих. Но внимание он остановил на матери. Там не было красивой истории любви. Он пару раз проводил ее до дома. А потом и вовсе остался жить. Трудно сказать, что тогда двигало действиями моей матери. Почему она вцепилась в него. Но вся фабрика гудела об их романе. Только, как и любая сказка, все должно было закончится. Придя однажды после смены домой, она не нашла не только своего Аслана, но и многих вещей в квартире. Только записка, прикрепленная к зеркалу: «Мне было хорошо с тобой. Но я возвращаюсь домой». Как оказалось потом, ее возлюбленный был глубоко женатым, и у него на Родине ждала семья: жена и трое детей. Мама была что-то вроде плота, острова, удобным местом, где он остановился. А еще через пару месяцев, гинеколог местной больницы сообщила матери о скором моем появлении.
Мать никогда не отличалась большой любовью ко мне, как к сыну. Она даже в декрет не ушла. Посидела пару месяцев и спихнула меня в круглосуточный детский сад при фабрике. Дома я появлялся всего несколько раз в месяц. После истории с отцом, она не поставила на себе крест. Все также привлекая внимание мужчин, искала подходящий вариант.  Я не знаю, сколько их было, не запоминал их лиц. Просто помню, что иногда в моей жизни появлялись ухажеры матери, которые с первых минут пытались включиться в роль папаши. Меня водили в парк, цирк, кормили мороженым. Но как все быстро начиналось, так же быстро все и заканчивалось. Пока в жизни матери не появился Сергей.
Сергей Трошин, капитан милиции, познакомился с моей матерью на танцах. Его только-только перевели в наш город и мать сразу обратила на него внимание. Высокий брюнет, широкоплечий, его голубые, почти прозрачные глаза, ямочка на подбородке, покорили ее. После пары танцев, мать не стала изображать святую, и пригласила его домой. Чтобы он остался там на долгие годы. Дом. Трудно назвать домом, комнату в общежитии, где каждое утро, чтобы попасть в туалет, надо было простоять в очереди. Комната была крохотной, всего двенадцать квадратных метров. Из предметов мебели там стояла старая кровать, стол и шкаф. Даже детскую кроватку поставить она не захотела. Именно в столь «шикарные» апартаменты она и привела Сергея. Ее дальновидности хватило, что со временем им дадут квартиру, и на зависть всем она заживет как королева. О моем существовании мать долго не рассказывала, боялась спугнуть, зачем обременять такого мужчину еще и ребенком. Но Сергей оказался из порядочных, после того как пару раз побывал у нее в трусах, решил навести справки. Конечно, мать кукушка, не лучший вариант для сотрудника милиции. Поэтому мать клялась и божилась, что все исправит.
К встрече с Сергеем она приготовила меня основательно. Даже купила новые штаны и рубашку. Дело близилось к десяти вечера, но спать она мне не разрешала:
– Вот придет дядя Сережа, и пойдешь спать! И смотри у меня, веди себя хорошо.
А что я мог тогда ответить. Ничего.
Открыв дверь в комнату, он первым делом направился ко мне. Потрепав меня по волосам, присел на корточки, и протянул руку:
– Ну, давай знакомится! Как тебя зовут?
– Тамерлан.
– Интересное имя. Редкое. Не против если я буду звать тебя просто Тимур?
– Не против. Только спать отпустите уже.
Мать только цыкнула, но Сергей остановил ее рукой.
Так началась моя «новая» жизнь. Спустя годы, я понял, что Сергей был не плохим отцом, воспитывал, учил. Только тогда в прошлом, я не воспринимал его воспитательных методов. Мать поставила его выше меня. Это и сыграло решающую роль. Как только он окончательно переехал в нашу комнату, первым, что он сделал, повесил солдатский ремень на самое видное место. Ощущение холодного металла на пятой точке нельзя ни с чем сравнить.
Когда я пошел в первый класс, Сергей решил, что воспитания его недостаточно, и отдал меня в спортивную секцию и музыкальную школу. Трудно представить подобное сочетание? А было именно так. День я таскался с нотами, другой со спортивной сумкой наперевес. Тренером по боксу у нас был мастер спорта Санников Леонид Степанович. Когда Сергей первый раз привел меня к нему, тот только усмехнулся. Тощий, маленький, на ветру мотало, и в бокс. Но Сергей настоял. Мать тогда вообще перестала вмешиваться во весь это процесс. С работы приходила поздно, готовила на кухне и уходила спать.
Через полгода упорных занятий, Леонид Степанович подозвал меня к себе:
– Тимур, твои успехи меня впечатляют. Ты очень стараешься. Давай сделаем так. Я еду с ребятами на сборы, и хочу взять тебя с собой.
– Леонид Степанович, вы же знаете, пока Сергей не даст добро, я ничего не решаю. Тренер мой был мужиком старой закалки. Да и городок был маленьким, чтобы не знать про кого-то. Сергея я так ни разу и не назвал папой или отцом, всегда только по имени. Конечно, первое время мать пыталась меня вразумить, хватаясь за ремень, но куда там. Вот и для тренера сначала было дикостью слышать такое, а потом и он привык. «Главное уважение», – всегда повторял он.
Кстати, на соревнованиях я одержал свою первую победу. Но дома этого никто не оценил, мать просто вздернула плечами, а Сергей добавил:
– Разве это победа? Нашел чему радоваться.
Все чаще стал задерживаться, либо на тренировках, либо с пацанами на улице.
– Боксер, а где твоя скрипка? – спросил меня однажды мой друг Костя. Мы жили в одном дворе, ходили в одну школу. У Кости была полноценная семья: мама, папа, старший брат. В отличии от нас, они жили в квартире. Большой, светлой, просторной. Моя мать завидовала, ведь по ее расчетам мы должны были жить также. А не ютиться в комнате на общей кухне. Но Сергей, был принципиальным и честным.
– Костян, ты опять? – толкнул я друга. – Я бросил это бренчание еще полгода назад, а ты каждый раз за свое. Надоело. Мне нравится бокс, да и тренер говорит, что у меня талант. И Костя не спорил. Сам он жил, не напрягаясь. Ему как мне ничего не надо было доказывать. Его родители не напрягали школой и дополнительным развитием. Он просто жил. Я не раз спасал своего друга от нападок со стороны шпаны, из соседних дворов.
После очередной такой драки он и стал называть меня боксер.
Леонид Степанович был не просто тренером, он был нашим наставником. Очень часто он оставлял нас после занятий и вел с нами беседы.
– Заполните! – любил он повторять. – Главное — это не ваша сила и способность махать кулаками. Для этого большого ума не надо. Главное, в том, что все то, чему я вас учу, не пошло во вред. А лишь служили благом.
Не помою, когда это случилось, но я втянулся, и теперь каждая моя тренировка, каждое мое соревнование было шагом вперед. С тренером мы выиграли сначала все городские соревнования, потом областные. И вот уже к четырнадцати годам, я собрал приличную связку наград и полку кубков. Дома было тоже относительно спокойно. Мать наконец-то добилась уговорами, криками, и просто молчанием, что Сергею дали квартиру. Полуторка, "хрущевка", в соседнем доме от нашей общаги. А с какими гордым лицом мать рассказывал, какой ее Сереженька молодец, и квартиру дали и на очередь на автомобиль поставили.
– Я же многого и не прошу, – рассказывала она соседке около подъезда.
– А он мне сюрпризом, вот квартиру дали. У нее не было подруг, лишь знакомые, как она любила повторять. На работе она принимала сторону сильных, и не важно правы они или нет.
– Не зря я, Тамерлан, тогда его выбрала.  – Я сидел на кухне и читал книгу. Входить в новую жизнь, так красиво и богато, считала она. На смену засаленному халату пришли красивые домашние платья. Она даже за много лет, сходила в парикмахерскую и сделала новую прическу. И вроде была в нашей так называемой семье воцарился мир и покой. Мама создавала уют, стояла в очередях, просила знакомых чтобы достать то посуду, то новый шкаф или диван. Сергей с утра до вечера пропадал на работе, приходя домой ужинал, если я был не на соревнованиях, спрашивал, как мои успехи. Если узнавал, что я снова начудил, меня ждали карательные мероприятия, нет, теперь ремень уже не висел на видном месте. Сергей знал, что физически уже могу ему ответить. Он выбрал новую методику воспитания: длительные, задушевные разговоры о главном.
– Тимур, пойми, я прожил достаточно долго, – каждый раз он начинал одинаково. – Все что я хочу, это вырастить из тебя достойного человека. Понимаешь, улица, пацаны, это хорошо. Но представь, что пройдет лет десять, и будет все та же улица, и пацаны твои все также будут сидеть на кортанах у подъезда. А вот главный вопрос, где хочешь оказаться ты.
Я каждый раз внимательно слушал его. Сидел на табуретке в кухне, напротив него и слушал. Но что я мог ему ответить, в свои четырнадцать. В очередные такие посиделки на кухне, просто перестал вникать.