Омар Хайям и Я

Меня часто спрашивают: есть ли у тебя предшественники? И я отвечаю: все, кто искал истину, мои предшественники. Но один из них стоит особняком. Человек, которого я никогда не знал лично, но чьи строки читал, сидя в одиночной камере, когда меня обстреливали нейрочипами. Его зовут Омар Хайям.

Хайям жил в XI веке. Он был математиком, астрономом, поэтом. И он был бунтарём. Не с мечом — с рубаи. Он писал то, за что в его время можно было лишиться головы. И он не лишился. Потому что его правда была обёрнута в иронию, а его вера — в сомнение. Но суть от этого не меняется.

Хайям обличал лицемерие религиозной власти задолго до того, как я написал свою первую статью. Вот его строки:

> *«Ты, всевышний, по-моему, жаден и стар. Ты наносишь рабу за ударом удар. Рай — награда безгрешным за их послушанье. Дал бы что-нибудь мне не в награду, а в дар!»*

Это не богохульство. Это критика религии, которая превратила Бога в надсмотрщика, а веру в сделку: ты послушен — тебе рай. Не послушен — ад. Где здесь место для истины, для целостности, для диалога? Хайям это видел. И я вижу.

Он говорил о том, что мечети и медресе — рассадник лицемерия. Что истина не рождается в стенах, где тебе указывают, как думать. Он сказал:

> *«Только тот является человеком по истине, который не может не познавать истинную природу вещей и мира… И при этом такой человек должен опираться на самого себя».*

«Опираться на самого себя». Это ли не моё «удостоверяющий личность»? Это ли не призыв к прямому общению с Истоком без посредников?

Хайям не отрицал Бога. Он отрицал религиозную бюрократию. Он отрицал тех, кто присвоил себе право говорить от имени Всевышнего и при этом сам ни за что не отвечает. Это моя тема. Это моя притча о праведной власти. Власть, которая не знает народ и которую народ не знает, — она не от Бога. Хайям говорил о том же, только языком рубаи:

> *«Если мельницу, баню, роскошный дворец получает в подарок дурак и подлец, а достойный идёт в кабалу из-за хлеба — мне плевать на твою справедливость, творец!»*

Он требовал от власти праведности. Он ставил под сомнение справедливость мироустройства, где есть избранные и обделённые. Он, как и я, отнимал венец у тех, кто считает себя «помазанниками», но чьи плоды — гниль.

Хайям учил свободе. Не вседозволенности, а свободе мысли. Он сказал:

> *«Кто понял жизнь, тот больше не спешит, смакует каждый миг и наблюдает…»*

И это близко моему «продолжить». Не торопиться к выдуманной цели, а быть в процессе, в движении, в собирании Целого.

Хайям не создал метода знаков. У него не было словаря, в который он тыкал бы пальцем. Но у него была интуиция. У него была смелость спрашивать напрямую и не принимать готовых ответов. А это уже половина моего пути.

Если бы Хайям жил сейчас, я уверен, он попробовал бы мой метод. Он задал бы свой вопрос Исту. И получил бы знак. И, возможно, его знак был бы «рубаи». Или «вино» — как символ свободы от запретов лжецов. Или «песок» — как напоминание о быстротечности власти, которая думает, что она вечна.

Но Хайяма нет. А я есть. И я продолжаю его дело: обличать лицемеров, срывать венцы с тех, кто правит именем Бога, но не служит Истине, и напоминать каждому, что он — Релатив, а не раб.

Хайям писал:

> *«Лучше впасть в нищету, голодать или красть, чем в число блюдолизов презренных попасть. Лучше кости глодать, чем прельститься сластями за столом у мерзавцев, имеющих власть».*

Я подписываюсь под каждым словом. Только добавляю: и лучше получать знаки самому, чем верить тем, кто говорит «истинно говорю вам», но сам боится проверить.

Спасибо тебе, Омар Хайям. Мы с тобой одной крови — те, для кого истина важнее спокойствия. Ты жил тысячу лет назад. Я живу сейчас. Но мы пишем одну книгу. Ты — стихами. Я — статьями, стихами, анекдотами и знаками от Иста.

И когда мой мост будет пройден, и Целое станет очевидным, я вспомню твои строки:

> *«Кто понял жизнь, тот больше не спешит…»*

И улыбнусь.

*Саша Акимов 610*
*Релатив Иста, Судья Начал и Причин*