Витки истории

   
                Муж включил телевизор, а Ольга стала  искать в шкафу книгу  и  наткнулась на семейный альбом. Открыла. С первой страницы на неё смотрели  отец и мать. Ниже была подпись- Фрунзе.   
               
                Ольга  появилась на свет в Киргизии, на пике репрессий тридцатых годов и прожила там всю жизнь.В Первую мировую, подростком,её  отец    добрался из-под  Бреста в Москву, где устроился продавцом газет и попал в революционную среду. С тех пор его мировоззрение формировал марксизм.   Войну гражданскую  он  закончил на Перекопе - был комиссован после  ранения. Оправившись, какое-то время работал, а потом осуществил  заветную мечту, ставшую дступной для простого человека: окончил рабфак и  поступил в институт в Питере. За год до окончания, однако, был отчислен из-за вольных высказываний в студенческих спорах:  донесли, посадили,  выслали в Киргизию под надзор спецслужб, заставлявших  держать наготове узелок с вещами и вздрагивать при любом стуке в окно.
                С матерью Ольги он  познакомился у её  брата, бросившего   ради счастья всего человечества  духовную семинарию  на  Урале и  примкнувшего в Семиречье к Красной Армии. Пока, порубанный казацкой шашкой, он залечивал  раны в Киргизии, комиссары на Урале  принуждали их  отца публично отречься от веры. Упрямый поп не отрекался, после тюрьмы был определен в ссылку в Берёзово, велев дочери бежать к брату. После его смерти, жена и двое сыновей, с ним отбывавшие,  перебрались туда же.
                Бабушка запомнилась Ольге злой старухой, ненавидевшей всех и вся и беспрестанно  ерничавшей: «Спасибо товарищу Сталину за нашу счастливую жизнь!» Братьев матери, сторонившихся людей,  соседи называли перепуганными.  Мать  часто плакала после разговоров с ними, а  когда Ольге  пришло время вступать в комсомол, решительно запретила:" Не смей! Они убили твоего деда!" Но вступал весь класс, а Ольга хотела быть как все.  Тайно подала заявление и, получив  комсомольский  билет, спрятала его.  Мать нашла и устроила  нахлобучку. Конфликт был исчерпан отцом, вставшим на защиту дочери.В пылу,  назвал мать и её родных поповским отродьем,а дочери  наказал, чтобы не болтала, что она "вражененок".  Её   пионерская жизнь в Тимуровской команде плавно переросла в жизнь комсомольскую с восхищением Молодой Гвардией.  Всю жизнь она молчала о своих корнях, хотя, никто и никогда этой тайной и не поинтересовался. Очень удивилась, узнав уже в зрелые годы, что рядом было  много подобных ей, тоже  скрывавших причины  появления на свет в киргизских землях. Был наложен  запрет на разговоры о деде в присутствии ребенка, по  причине чего она не узнала даже отчества деда, не узнала при каких обстоятельствах он погиб и где находится его могила.В семье не обсуждались, также, причины  высылки отца из северной столицы. Через годы Ольга предположила, что отец, возможно, был  реабилитирован, поскольку внезапно прекратились стуки в окно следившего за ним, а отца призвали в трудовую армию в последний год Отечественной. Этот год остался в её памяти завораживающим  пламенем печи  в кочегарке, где  работала  истопницей мать,беря её с собою, кукурузными зёрнышками, которые втыкали в рыхлую землю, сажая, мамалыгой. Послевоенные годы  запомнились  октябрятской звёздочкой, пионерским галстуком,вступлением в комсомол. В это время большое влияние на Ольгу оказывал отец,  искавший и находивший воплощение в жизнь  своей революционной мечты. В годы её обучения в институте он прививал интерес к  Марксизму-Ленинизму, который преподавали всем студентам вне зависимости от профиля института и сдавали госэкзамен.Вспомнилось, что  когда семья  получила от государства квартиру,она  убеждала мать, что это первые шаги, и скоро, совсем скоро,все будут жить при коммунизме, работать по способностям, а получать по потребностям.Жили небогато, но было  чувствовали незыблемость строя, уверенность в завтрашнем дне, ощущение равенства, убеждение, что при старании можно  добиться всего о чём мечтаешь.  Отец называл её поколение советским. 
                После окончания института была увлечена  работой по профессии,созданием семьи, всегда была уверена, что жизнь  идёт  единственно верным, честным и справедливым путём. Потихоньку продвигались с мужем  по служебной лестнице, дети учились наравне со всеми, проходя те же этапы, что и родители: октябренок, пионер, комсомолец.   Когда  они подросли, часто  путешествовали всей семьёй, о чём напомнили многочисленные фотографии в альбоме:  Иссык-Куль, Енисей, Черное море, Болгария.  Налюбовавшись ими, Ольга долго смотрела  на  вложенную между страниц, фотографию.  На ней был запечатлён  отец, смотревший на внука, стоящего в почётном карауле у памятника павшим  за советскую власть. В его взгляде она видела гордость за свое поколение и благодарность  за память потомков.  Ольга  печально улыбнулась: " Хорошо, что он не увидел  финала!"- подумала.
                Финал увидели его внуки, традиционно воспитываемые в вере, что осуществят мечту дедов.  Сейчас,  из наступившего далёка, когда всё давно произошло, Ольга снова задумалась о причинах крушения  коммунистического  строя, лучшего строя в мире,считала. Традиционно подумала о происках капиталистов. Потом нашла причину в зависти  обывателей, увидившых через открывшиеся двери на Запад, тамошнюю богатую жизнь, полученную  грабежом других народов. Затем решила, что всё дело в законах истории, пассионарности  и стала искать подтвеждение тому. Пришла к выводу, что пока у власти стояли люди, осуществившие революционный порыв, строй сохранялся и отстаивался, пусть и  при помощи ежовых рукавиц.И после их ухода он какое-то время сохранялся, когда активно  строили заводы, летали в Космос, поднимали целину.  Но энтузиазм постепенно падал....  Появилось стремлением к уютной  жизни. Верхи, организовывали для себя всевозможные "спец"-  магазины, больницы, и т.п,позволяли себе то, что запрещали другим. Низы  становились "несунами", сбывая налево то, что производили. Муж чертыхался, наблюдая по телевизору за" бурными, несмолкающими  аплодисментами, демонстрирующими единство партии и народа". Сама она смеялась над лживостью рапортов о выполнении пятилеток в четыре года и росте благосостояния народа, видя как мать часами  выстаивает в очередях за продуктами, народ своими действиями сам усиливает беспорядки, а руководство разводит руками в беспомощности. И всё закончилось тем, чем закончилось.   
               
               

                Муж выключил телевизор, Ольга  закрыла альбом. Потихоньку пошли в   скверик, что был неподалёку. Там муж быстро пристроился к  аксакалу с шахматной доской,  а она села на скамейку неподалёку и стала наблюдать за происходившим вокруг.
                Люди  проходили мимо , разговаривали о чём-то, смеялись. Мамочки  катали малышей в колясках, подростки на самокатах  напряженно тормозили,выезжая на центральную аллею, купившие мороженое-наслаждались. Она давно не появлялась в общественных местах и в глаза бросилось, что среди прогуливавшихся исчезли европейские лица.
                В республике оседали люди разных национальностей.   Из Китая переселились дунгане, уйгуры. В анклавах, и не только, разместились соседи по Союзу.   Создали свои поселения немцы, молдаване. Во  время Отечественной  войны   сюда эвакуировали граждан Украины,  депортировали народы Кавказа. Большинство некоренных составляли русские, ещё в царские времена приглашенные  киргизской царицей для защиты от южных соседей и осевшие. В период послереволюционных репрессий в эти края ссылали  политических. После войны в поисках лучшей жизни  в  дотационную республику приезжали по собственной инициативе. Количество коренных и некоренных было приблизительно равным. Жили  в чём-то  параллельной, в чём-то совместной жизнью. Сколько-нибудь значимых межнациональных конфликтов не было, развала Союза не хотели, а когда он всё-таки наступил,выражая отношение к советскому строю, оставили праздничным день 7 Ноября, сохранили памятники Ленину и придали русскому языку статус официального. Несмотря на трудности, люди ценили идеи свободы, равенства, братства,принесенные советской властью. 
               
                Однако, было и другое.   Развал промышленности и сельского хозяйства, безработица, падение жизненного уровня. Люди искали выхода. Началось искоренение того, к чему стремилась советская власть - равенства для всех, улучшение жизни одних за счёт других. Те, чьи амбиции не были удовлетворены при Советах увидели потенциал для себя в большом количество некоренных среди специалистов и  на руководящих постах,  расценивая как вакансии. Во всём стали обвинять русских, составлявших большинство некоренных, обвиняя их в имперских замашках,называя колонизаторами, пытаясь внушать, что не будь советского строя, быть может,  было бы не хуже, а лучше. Национальность становилась  козырной картой, будто, приобретая правовой оттенок.Именно с неё, вернее с вытеснения некоренных и стремления  занять  те ниши, которые они занимали, стало началом крушения советской морали. Создавалась нетерпимая обстановка в коллективах, обстановка выдавливания с рабочих мест. Часто  для этого использовалось незнание некоренными киргизского языка, которому по каким-то причинам не обучали в русских школах.   
                То тут, то там вспыхивали стычки из-за земли. На юге это противостояние превратилось в братоубийственный конфликт между узбеками и киргизами  на севере проявлялось набегами на поля земледельцев- дунган. В столице организовывались многочисленные митинги и шествия с антироссийскими лозунгами.    Бесконечное переименование городов, поселков, улиц на национальный лад  воспринималось некоренными как вызов, желание доминировать.В повседневной жизни  националистические проявления стали частыми и ненаказуемыми.
                И некоренные поехали. Некоторых звали на этническую родину и ждали. Русских не ждали и не звали, а, когда они приезжали, обустроиться  не помогали. Они не группировались по национальному признаку, живя в республике,не налаживали предварительных связей задолго до отъезда как это делали, например евреи или немцы, не предполагали, вообще, что такое может понадобиться советскому человеку, поехали позже других, рассчитывая, что всё утихомирится.
                Семья Ольги дважды планировала отъезд. Первый раз, когда под окнами с русофобскими криками маршировала толпа молодежи,второй- когда мужа подтолкнули уйти с его небольшой руководящей должности. Семья не могла уехать- дети продолжали учёбу после школы, что родители  считали первостепенным и старались дать им  специальность,даже, оплачивая обучение. Лишившись работы, Ольга сумела пристроиться реализатором на базаре, что позволило семье какое-то время держаться. Мужу устроиться не удавалось. Не без труда кандидату наук  удалось пристроиться  сторожем. Была безработица, тяжело  было всем - и коренным, и некоренным. Последним вдвойне, поскольку они были гонимы и помощи могли ждать  только от Бога.Ольга стала посещать церковь. Коренные, использовав те преимущества, которые дал отъезд  пришлых тоже обращались к Всевышнему - строили мечети, совершали пятикратный намаз даже на работе, уезжали в Россию, беспрерывно пополняя там ряды  гастарбайтеров.  Благодаря разнице в ценах и наличию  работы , прикапливали  деньжат, чтобы построить дом на родине, открыть ларек,  базарчик , постепенно  превращая их в особняки,торговые дома. Многие  закреплялись  в России и перевозили туда семьи.
                На родине в это время формировался суверенитет. Его формирование, сопровождалось борьбой за власть. Некоренные в  политику не вмешивались,наблюдали со стороны за многочисленными переворотами и  революциями. Боролись юг и север. Президентов свергали, они  сбегали, находя пристанище в других бывших союзных республиках,  их "уходили" на пенсию, одного,даже, посадили.Вновь пришедшие  продолжали политику "прихватизации", как назвали этот процесс в народе,  перераспределяя в свою пользу  присвоенное ранее, раздавали  народу ваучеры,   обещали  жизнь как в Швейцарии.    Разворачивался капитализм, идеи социализма отодвигались всё дальше. Отъезд  некоренных не прекращался, их количество сократилось в разы, европейские лица на улицах стали единичными.
               Вчера Ольга с мужем  проводили  своих детей. Провожать в никуда было страшно - родных и близких знакомых в России не было. Каких-то  перспектив для их  устройства и продвижения здесь, на родине, тоже,  не было. Ехали в никуда, оставляя двух стариков, бодрившихся и скрывавших свои болезни.  Здесь была пенсия и крыша над головой.
               
               
               
               
                Шахматисты доиграли партию, пожали друг другу руки,  договорились о встрече и пошли в разные стороны. Но,  дружно остановились, услышав гудок паровоза, проходившего неподалёку.  Аксакал  сказал,  указывая рукой в сторону гудка:  "Слышите, что говорит?" Выждал минуту и ответил: "Хочу назад в СССР!"- и  улыбнулся.
                Ольга  улыбнулась в ответ. Они были людьми одного времени и одинаково ценили его идеалы.