Курица или яйцо

Глава 10

Гул становился сильнее, тупым, неприятным для слуха да так, что порой начинал в въедаться в голову одолевая неприятными ощущениями порождающими панический страх. За столом, минуту спустя все стали переглядываться, а после послышались голоса.

-- Что за звук? -- произнесла Магдалена.

-- Ураган, что ли -- сказала в след Венера.

-- Нет, какой ураган, на улице небо усыпана звёздами -- приговорила Изабель.

Гул внезапно стал отступать и становясь тише вовсе исчез, будто и не было его.

-- Страшный, неприятный -- сказала Феодосия.

-- Полно вам народ, видимо тёплый, вольный шальной ветер, станцевал вальс с ночной прохладой -- высоким голосом произнёс Гектор.

Кажись, после этих слов все успокоились и за стол стала возвращаться праздничная атмосфера и не успев насладится ей, как после незначительного затишья снова послышался тот самый гул, который сразу перешёл в нарастающую по интенсивности сирену, заставил всех за столом вздрогнуть. Озноб пробежал по спине, предвещая несчастье. Изабель, вскочила, опрокинув бокал с вином. Красная жидкость растеклась по скатерти, словно кровь, подчёркивая царящую вокруг тревогу.

— Это не ветер, — прошептал кто-то из тени.

— Это что-то другое.-- произнесла в ответ тень испуганного человека.

Гектор, побледнев, попытался сохранить самообладание. Он встал, опираясь руками о стол, и его обычно уверенный взгляд метался по лицам гостей.

— Надо выяснить, что происходит, — произнес дедушка Пелей, пытаясь придать голосу твердость. — дамы, оставайтесь за столом.

С этими словами старый Пелей встал с места и с многими из мужчин стали выходить на улицу

Снаружи, ночь казалась непроглядно черной, несмотря на звезды, которые они видели в ночном небе. Сирена теперь звучала так громко, будто пронзала саму природу, заставляя землю дрожать. Вокруг дома время остановилась

Холодный пот выступил на лбу Гектора. Он чувствовал, как его сердце колотится в груди, готовое вырваться наружу. Тристан всё смотрел на звёзды пытаясь отыскать причину в ночном небе. Габри, пользуясь случаем достал сигарелу и закурил. Затянувшись он выпустил густой белый дым и произнёс

-- Тревога, наверно учение.

-- Или не учения.-- ответил ему Паладин.

-- Не ужели как днём, снова летят. -- пробормотал Тристан.

После чьих слов, где-то в дали сверкнула яркая вспышка озарившая горизонт, после раздался потрясающий землю грохот, вследствие чего, все вольфрамовые лампы в миг погасли, а город погрузился во мрак. Сияющий праздником света дом дедушки Пелея и бабушки Магдалены в мгновении оказался во власти тьмы. Не смотря на неожиданный поворот событий у людей уже не было суеты, но страх по-прежнему обнявшись с тревогой ликовали в сердцах объятых ужасом людей. Ужасом, который казалось стал отступать, после того как вольфрамовые лампы снова загорелись и дом как прежде засиял светом, а в месте с ним и весь город.

-- Сотрясала, так что предохранители выбила. -- произнёс Габри.

-- Да, -- ответил Тристан продолжая говорить -- таким образом и станцию генерации электричества ударят и в мгновении вернёмся в каменный век.

Пелей, с трудом подавляя старческую дрожь в голосе, обратился к собравшимся мужчинам:

— Такого гула я не слышал прежде. Это сирена изменила нашу реальность. Теперь все должны быть осторожными, опасность будет подстерегать нас повсюду.

Гектор, бледный, но старающийся держаться, кивнул.

— Вы правы. В воздухе запахло гарью видимо попали.

Габри, выпустив кольцо дыма, задумчиво прищурился.

— Если это снова они, ракеты которые прилетали днём. Значит с каждым днём их будет больше.

— Ну что вы хотели, мы их, а они нас. Война -- недовольно эмоционально крикнул Паладин.

Тристан, всё ещё смотрел в небо и шёпотом бормотал: -- хоть бы ни одна птица не упала с небес.

В этот момент из дома, где царил страх, вышли юные Беатрис и Аламея. За ними следовала Изабель, бледная. Они остановились в стороне, молчаливо прислушиваясь к мрачному разговору мужчин.

Они стояли плотной группой, говорили приглушённо. Гектор провёл ладонью по лицу, стирая холодный пот сказал глядя на тлеющий огонёк сигареты Габри.

— Если это ракетный удар, то следующий может быть точнее.

— Значит, надо готовить подвал, — отозвался Паладин, скрестив руки на груди. — Еду, воду, аптечку.

-- У Пелея погреб крепкий, выдержит. -- С неким сарказмом приговорил Габри.

Тристан наконец отвёл взгляд от звёзд и глухо произнёс:

— Днём они били по жандармерии, где расположили пункт призывников. Теперь — по окраинам ударили. Если это пристрелка, завтра может прилететь в центр.

Габри выдохнул дым и усмехнулся без веселья:

— Или послезавтра нас накроют так, что и хоронить нечего будет. Разобьют город ко все чертям.

Пелей нахмурившись произнёс

— Не каркай, Габри. Нам нужно думать, о наших семьях, как защитить женщин и детей.

Юные дамы стояли поодаль. Беатрис сжала край платья так, что побелели костяшки руки. Аламея молчала, испуганным лицом. Изабель вцепившись взглядом в спину Тристана, кусала губу, её лицо было бледным, а глаза под светом вольфрамовых ламп откидывали блеск ещё не показавшиеся с ресниц слёз.

Сирена резко оборвалась и настала блаженная тишина, в которой все друг замолчали наслаждаясь её спокойствием. Вальдемар, убедившись что опасность миновала обратился ко всем разом

-- Довольно, прошу всех к столу.

Пелей осмотрев тамаду кивнул и вслед произнёс

-- Все слышали, проходите в дом.

С этими словами хозяина гости начали занимать свои места за столом и праздник продолжился. Вальдемар наполнив рог Моисея стал обращаться к столу

-- дорогие друзья! Времена нынче не спокойные, дабы развеять дух смятения и тревоги. Я хотел бы припомнить один незаконченный спор, между двумя героями, которые присутствуют за нашим столом. А спор прост как сама истина. Один утверждал, что первым появилось яйцо, а другой курица. Сами понимаете порочный круг, ни одна энциклопедия не может ответить на этот вопрос. От того я Вальдемар - король за столом, принял решение прекратить этот спор, если данные джентльмены не придут к мирному уговору, и не пожмут друг другу руки, прямо сейчас, за этим столом. Я, данной мне властью призову их к дуэли и пусть она рассудит кто из них прав, кто нет.

Помнится в тот день звезда палило нещадно. На винограднике «У Паладина и Бенжамина» свисали густые гроздья винограда. В рядах между виноградниками вольно разгуливали куры а одна кудахтая присела и снесло яйцо, которое и стала причиной спора Бенжамина и Паладина.

Они оба сидели под лозой укрывшись от жара Андромеды и в пол глотка выпивали прошлогоднее вино, которое по всей видимости стало ударять по голове в которой зародился спор не решаемый ни одной научной энциклопедией.

— Я тебе говорю, Паладин, логика железобетонная! — Бенжамин от злости запустил кистью винограда в пустое ведро и промахнулся — Курица произошла из яйца. Значит, яйцо первое!

Паладин, нахмурившись лицом, смотрел на своего друга изумлёнными глазами. Он долго глядел, то на Бенжамина, то на курицу, которая снесло яйцо и деловито ходила неподалёку. Как вдруг взорвавшись, неожиданно крикнул на своего товарища

— Ты идиот, Бенжамин? А кто тогда яйцо снёс? Динозавр по твоему? Это же куриное яйцо. Если нет курицы — нет яйца. Фундаментальный принцип.

— Это принцип тупицы! -- огрызнулся Бенжамин

— Это принцип гиганта мысли! — рявкнул Паладин, сжимая кулак и выбирая указательный палец вертя им перед самим носом товарища. — Курица, это живой организм! Яйцо его продукт! Где ты видел, чтобы сосиска родила свинью? Отвечай.

— Ты не понимаешь законов эволюции, деревянная твоя башка! Случайная мутация, привела к закономерностям природы, где не носитель порождает эмбрион, а наоборот.

— Ага, вот как ты запел! Вылупилась курица из яйца, которое снесла… кто? Закономерность природы по твоему.-- Паладин сделал эффектную паузу. — Курица! Всё, круг замкнулся. Ты проиграл.

— Я ничего не проиграл! — Бенжамин пнул лозу, и с неба на его лысину приземлилась зеленая гусеница, которую он быстро смахнул, да так, размазав её остатки по своей сверкающей голове, придавив её несчастную.

Они стояли, сверля друг друга взглядами, пьяные от вина и жары, а также от бессмысленности спора. Вокруг, кряхтя, бродили куры, которые в свой черёд не давали затухнуть эмоциям порождая дальнейшие разногласия.

— Ты слабый мыслитель, Паладин, — тихо сказал он. — Яйцо это генетический код. Ген курицы. Он существовал в яйце, которое породила природа.

— Генетический код? — фыркнул в ответ Паладин. — Ты серьезно? Забыл, что ты читать и писать научился недавно. Сидишь здесь умничаешь. Курица была первая и яйцо без неё появится не могла. Это даже мой осёл знает. На этом точка.

— Твой осёл умнее тебя. Он хотя бы не спорит с закономерностями.

— Закономерности? Я тебе покажу закономерности! — Паладин, вскочил подбежал к гнезду и схватил яйцо. — Вот. Это яйцо. Откуда оно? От курицы. Если я его разобью, появится новая курица? Нет. Появится омлет. Понимаешь тупая твоя голова.

— Ты просто не хочешь признать, — вздохнул Бенжамин, — что вопрос сложнее, тех извилин, которые присутствуют в твоей пустой голове.

-- Значит я дурак, по твоему.

-- Перестань принимать слова так близко к сердцу.

-- Отвечай, я дурак по твоему?

-- Да дурак.

Произнёс громко Бенжамин, в сторону Паладина, который возвышался над ним и нервно шевеля губами, терял контроль над своими телом. И в какой-то момент подавшись гневу человеческому он без раздумий широко размахнулся рукой и разбил яйцо об лысину Бенжамина.

-- Вот, я же говорю, никакой курицы. Просто омлет, который запекается под лучами звёзды.

Разбитое яйцо со скорлупой стекалась с лысины Бенжамина на лоб и стала поступать к его обескураженным глазам. Вскочив на ноги он упёрся лбом в лоб Паладина

-- Ты, что наделал. Зачем яйцом бросился, зачем сломал.

-- Затем и сломал, что бы установить закономерность причины следственной связи. Не вышло. Курица не появилась.

-- Как ты мог так со мной поступить.

С этими словами Бенжамина вокруг его головы стала крутится оса, которая так и намеревалась приземлится на его голове. Но тот ещё не подозревая, ругаясь с Паладином взмахами руки не дозволял осе накинутся на белок яичницы. И как только предоставилась такая возможность, она зашла в пике и с лёту накинулась на лысую голову Бенжамина и укусила его.

Бенжамин от боли стал корчится и бить себя по лысине, а дальше и вовсе весь отёк и покраснел.

-- Кто знал, что у него была аллергия.

Произнёс за столом Паладин и как все начали смеяться.

-- Да тебя убить мало, спровоцировал человека, извёл, под жало осы пустил.-- улыбаясь обратилась к Паладину бабушка Феодосия.

-- И всё же, кто может дать ответ на этот вопрос, курица первая или яйцо? -- Задал вопрос Алеандр.

-- Первым был тот, на кого Господь показал.-- сердито но уверено произнёс проповедник.

-- Спор этот длится три года и пора ему положить конец -- продолжил говорить Вальдемар -- готовы ли вы к испытанию которое пошлёт вам судьба в этот праздничный вечер во славу имени Его и украшении нашего пиршества.

Паладин и Бенжамин встали и непрерывно смотрели друг на друга, после чего Паладин поднял руку вверх, прося дозволения говорить.

Вальдемар кивнув в ответ произнёс -- послушаем нашего уважаемого Паладина.

Паладин уже поняв, что не отвертеться от поединка как начал наполнять тронный зал словами.

-- Я, Паладин из рода пиковых шестёрок готов принять участь дуэлянта, при одном моём условии.

Всё застолье застыла в тишине с чем Падали продолжил говорить

-- Я хочу обратится к наместнику Короля его превосходительству в отставке Гегемону сына благородного Лазу из дома крестовых королей.

С этими словами Паладина, посланник короля Гегемон встал с места и поклонившись воле народа стал внимательно слушать просьбу дуэлянта.

-- Ваша превосходительство, я готов взглянуть в глаза смерти, но желаю, что бы моя с Бенджамином жертва была не напрасной.

Гегемон оглядев обоих дуэлянтов произнёс в ответ -- я здесь, что бы представлять законную власть и готов выслушать вашу просьбу.

-- Просьба у меня одна. Проще простого. Я подумал, если ученные умы не смогли установить, кто появился первым яйцо или курица, то пусть они согласятся с тем, кто в этой дуэли одержит победу. И победу занесут в энциклопедию научного света, как достижение ума победителя. Выражаюсь яснее ясного, если я выиграю - научный свет согласится с тем, что курица была первая, если проиграю значит Бенжамина яйцо.

Зал взорвался аплодисментами, а Гегемон улыбнулся и подняв руки вверх произнёс.

-- Властью данной мне, я Гегемон сын Лазу из рода крестовых королей обязуюсь представить победителя дуэли, как первооткрывателя незатейливой головоломки.

Стол взорвался в торжестве и все как один смотрели на Бенжамина, кто подняв руки вверх попросил тишины.

-- Благочестивый народ, я Бенжамин из рода черновых девяток, готов увековечить своё имя в истории приняв бремя дуэлянта. Как никак такой подарок судьбы даётся лишь раз в жизни и я не пущу его. Да здравствует дуэль, которое увековечит имя победителя.

Весь стол подержал клик Бенжамина и все стали кричать одно заветное слово.

-- Да здравствует дуэль...

После чего слова снова вернул Вальдемар обращаясь к дуэлянтам.

-- Идущие на смерть приветствую вас. Правила вам всем известны, но всё же повторюсь. Вы имеете права на одного секунданта, кто может вас поддерживать своей ладонью со стороны спины касанием, не используя захват. Орудием, вместо пистона вам будет служить сосуд, нескончаемым потоком вина, а патронами для ран рог Моисея, чей набат в колокола возвысит ваше имя или же придаст его падению за этим божественным столом.