Неизвестный

Неизвестный

Меня пригласили на это торжественное, поминальное мероприятие как человека, который обнаружил остатки этого неопознанного солдата, и теперь я стоял со всеми приглашенными у наспех выкопанной могилы неподалеку от одной из местных школ, где впоследствии районные власти собирались установить стелу с надписью «Неизвестному солдату» как дань памяти бойцу, трагически проведшему свои последние дни на нашей многострадальной земле. Уже отслужил свою службу приходской священник, прогремели три коротких автоматных выстрела, который произвели военнослужащие из ближайшей воинской части, чего-то там в микрофон воодушевленно, с пафосом произнес любитель попиарится на чем угодно глава администрации, а я все никак не мог прийти в себя, вспоминая все  произошедшее со мной накануне.
Сразу признаюсь, честно, как на духу, я никого не собирался специально искать, никогда не рвался в отряды поисковиков, всегда жил обычной жизнью: дом – работа – семья. И в тот памятный день, едва закончился проливной осенний дождь, невзирая на пасмурное небо, я рванул с корзиной в лес, в надежде поживиться свежими грибами, будучи уверенным, что ненастье отпугнет случайных грибников (молчу уж про заядлых), предпочитающих бродить по лесу поутру, а не когда время перевалило далеко заполдень.
Иные скажут, чудак-человек, и может быть, по-своему будут правы, но я сейчас не объясню даже, что толкнуло меня в тот день отправиться в лес, но, помню, я был в решительности и никакие доводы остановить меня не смогли бы. Но дальше происходило из ряда вон выходящее. Не знаю, в какую даль я забрел, вроде, всегда в лесу чувствовал себя как рыба в воде, потому что сам был из местных, деревенских, и каждую тропку в нем знал с детства, но то ли как-то быстро стемнело, то ли бес попутал, я вдруг понял, что битый час кружу вокруг одного и того же места и то и дело мне на глаза попадается разлапистая ель, зеленым подолом своим прикрывшая усохшее корневище рухнувшего от старости сородича. Мало того, в третий раз увидав знакомую ель, я сильно испугался, пошел быстрее, и вдруг услышал за собой такие же быстрые шаги. Я остановился и обернулся. На самом деле неподалеку от меня на моей тропинке стоял человек, лица которого я, однако, в сгущающихся сумерках рассмотреть не мог. У меня волосы на голове зашевелились, я сломя голову ринулся с места, надеясь убежать от преследователя, но чем быстрее я бежал, тем чаще и громче, казалось, слышал за спиной его дыхание. И когда в очередной раз промчался мимо злополучной ели, я снова тормознул и обернулся. В этот раз человек почти воткнулся в меня, тоже остановился и замер. Я в упор глянул в его глаза, они ничего не выражали, казалось, были стеклянными, пустыми, как у пребывающего под кайфом. «Торчок?» – мелькнуло у меня. «Тебе чего надо? – бросил я. – Иди, куда шел, отстань от меня» Но тот даже не прореагировал, с бледным лицом смотрел куда-то мимо, как будто не видел, но и идти дальше тоже, вроде, не собирался, и руки его висели как плети. Тогда снова первым пошел я, потом опять рванул, думал, отстанет, но он бежал за мной, как и прежде. «Ну, гад!» – взорвался я, обернулся и со всего маху попытался шарахнуть его корзиной, но… Корзина беспрепятственно прошла сквозь его тело, а я с трудом удержался на ногах.
«Матерь божья!» Я весь похолодел. «Да что ты такое, тварь?!»
Несмотря на весь абсурд, я метнул в него корзину и снова стремглав ломанул в лес, но теперь уже не разбирая дороги, в самые дебри. Летел как сумасшедший. Вот, блин, думал, по грибочки сходил. Потом, помню, где-то споткнулся, поскользнулся, скатился с пригорка и угодил в какое-то месиво грязи, гниющих листьев и мха. Но когда я попытался выбраться из него и повернулся к склону, увидел торчащую из земли полусгнившую руку, вымытую скорее всего из почвы проливным дождем. В который раз за сегодня страх овладел мной. Я судорожно отполз в сторону, посмотрел вокруг, глянул вверх, но своего преследователя не увидел. Может, он не заметил, в которую сторону я побежал, и совсем потерял меня из виду? Я надеялся на это.
Вот, собственно, как я и нашел этого, как выяснилось впоследствии, неизвестного солдата. Как он оказался здесь, был ли расстрелян врагами в этом урочище и брошен на растерзание лесному зверью или до последнего патрона отстреливался, пока не был убит и остался лежать непогребен, никто не расскажет. При нем не оказалось никаких документов, ни медальона, ни наград, которые могли бы хоть как-то определить его личность. Поэтому теперь его и хоронят как неизвестного. А как я нашел его, сам себе объяснить не могу, а уж тем более остальным. Еще одна загадка божья, которую, думаю, я унесу в свою могилу.