Детство

Шёл 1980 год.

- Серега-а, что смотрите-е по телевизору-у?
- Кино-о про войну-у.
- Серега-а, я воева-ал, я знаю-ю. Вам сказки-и показываю-ют...
- Ай, Папа-а, всё равно-о интересна-а.

Говорят совершенно не с южным акцентом. Ударения в словах неправильно ставят. Это я нахожусь в гостях у Серёги, который приехал на постоянное место жительства в нашу станицу из Нефтеюганска совсем недавно. Серёге 15 лет, как и мне, и живём мы на одном квартале. И в школу ходим вместе в один класс.

И первый раз в жизни я услышал такое воспитание… Отец Сереги говорил нам:
“Пацаны-ы, никого не бойте-есь... Бейте все-ех, они все бздя-ят, когда страшна-а. Пацаны-ы, я воева-ал, я зна-ю.”.

Отец Сереги был уже на пенсии. По профессии художник. И я вначале думал, что его отец эдакий интеллигентик, по нынешним понятиям, “ботаник”, но увидев его медали и ордена на 9 мая, осознал, что это такое не бздеть врага.
 
Мы с Серёгой вечерами ходим на занятия подпольного каратэ, которое было в нашей школе. В те годы этот вид спорта был запрещён. В СМИ никакой информации, никакого упоминания не было, что это такое - каратэ. Про каратистов ходили великие легенды и слухи. Вот одина из них.

“Смотрят документальные съёмки. Идёт Бруклин (Брюс Ли) с сумкой в руке, а навстречу ему бежит бык и, подбежав к нему, падает набок, а Бруклин, как шёл без всяких изменений, так и продолжает идти. Что произошло? Непонятно! Отчего бык упал?.. Тогда  замедлили прокрутку кинопленки и увидели, что Бруклин рукой, которой держит сумку, бьёт быка в роговой отсек и снова подхватывает свою сумку. Во! Какая реакция!!!”

Учитель по каратэ объяснил, что этот вид спорта - это обыкновенный бокс с добавлением ног: “Несколько приемов отработаете и этого для самообороны будет достаточно”.

Ещё раньше по соседству со мной появился мой одногодок - Олег, но ходил он в другую школу, так как изучал другой иностранный язык, говорил, что занимался боксом, а так как в станице была только одна спортивная секция - тяжёлая атлетика, то он превратился в штангиста.

И вот мы с Серёгой приобрели  боксерские перчатки. И решили проверить Олега на “вшивость”. В первом же раунде Серёга упал - нокаут… Да, уж… Досталось нам от него… И жажда реванша одолела нас.

Упорные тренировки… Набивали кулаки, чтобы ударные костяшки становились как кастет. Самодельная груша, наполненная песком, уже не вызывала боли в кулаках. И психика лишилась страха, что суставы пальцев можно повредить. У меня до сих пор осталась привычка оценивать человека, посмотрев на его кулаки. И ещё нас кадры сильно зацепили в киноэпопее “Курская дуга” , когда танкисты сошлись в рукопашный бой… И там красиво показан удар двумя ногами сразу… И мы тоже подражали - двумя ногами били в стену… И мелом линии чертили - все выше, выше… Кто более из нас прыгучий и ловчей. И ещё нам нравились приемы самбо - всевозможные захваты и броски. Готовились мы выйти в люди… Но не так, чтобы выйти и зайти… И тренироваться у нас были веские причины.

Хулиганство и драчливость в те времена в станице процветали - царство вакханалии какой-то: побить могли за не за что - по надуманным причинам всяким и даже без таковых. Я быковал - тогда звучало гордо. Сильный даст отпор, а слабому как быть? Неужели виноват он в том, что слабым зародился? Но против толпы спасенья нету -  даже сильного толпа, свалив на землю, ногами добивала. Как защитить себя? Вот был бы пистолет, тогда другое дело… И Америкой невольно восхищались: там хорошо - пистолет у каждого в кармане. И до революции в России пистолеты в магазинах свободно продавали: А.П. Чехова, так писал в рассказе “Мститель”. Но почему у нас не так? Почему пистолетов в магазинах нету? Чем защитить себя от деспотов-садистов? Нечем.

Станица была поделена на районы, и чужаков на своей территории совсем не приветствовали. Один парень пошёл провожать девушку в другой район - его побили. Всё - женитьба закончилась уж было. Но любовь - это нечто что-то: все другие инстинкты меркнут перед ней. Любовь его влекла, невзирая на преграды. И снова он пошёл в чужой район. А путь тот, через мост, а там сразу логово врагов. И лучший друг помог ему - ружьё. И вот его рассказ, кратко процитирую: “... На мост толпой вышли и поджидают меня, а я откидываю полу плаща, достаю ружьё и стреляю их, в патронах дробь горохом заменил, они с моста, как лягушки, прыгали в воду… “. И в рассказе этом вывод был таков: а если б не ружьё, то всё - прощай любовь, а взамен - печаль, тоска и водка…

Иногда происходили целые сражения-побоища. Бригады собирали максимальное количество бойцов: голова войска подходила к полю битвы, а хвост войска всё ещё зашнуровывал свои ботинки на крыльце дома своего. Самая сильная группировка в станице быковала - её все боялись… А драчуны наслаждались своими хулиганскими выходками, если кого-то унижали, то сами возвышались. Быковали и кайфовали. И произошёл такой случай. Это было примерно в 1978 году.

Молодого офицера на танцах-дискотеке побили драчуны-хулиганы при его же девушке… Месть не долго ждала. Из военного городка прибыли солдаты и побоище началось… Слухи ходили, что было двенадцать трупов… Я на следующий день проходил мимо больничной курилки и видел много раненых: перебинтованные и на костылях бурно изливали свои эмоции. Радиостанция “Голос Америки” сообщила о геноциде солдат против своего населения… СМИ СССР не обмолвились ни единым словом. Местная газета “Вперёд”, тоже не заметила этого побоища.

Через некоторое время в молодежную культуру войдёт другая идеологическая парадигма: быковство будет считаться неправильной линией поведения и всячески презираться… Пропаганда кричала: отбивайте рога быкам и ставьте их в стойло…
      
                * * *

Поехали туда, где девок много. Серега, опытный водитель, баранку крутит. Прав пока что нет - молодой ещё, но отец покататься разрешил. Мчит автомобиль. Олег достал кассету и музыку врубил. Едем. Спидометр считает километры: пошёл десяток, за ним другой, третий показался… Пошли сады и виноградник. Почти приехали. Здесь студенты всяких ПТУ и ВУЗов урожай обильный собирают - плодов и ягод. В специальном городке живут они, подобном пионерским лагерям и базам отдыха. После работы отдыхают и резвятся. Занятий разных здесь полно: поиграть в футбол и воллейбол; вина виноградного припить местного разлива; потанцевать на дискотеке, сходить в кино; а также волочиться, девушек красивых соблазняя и на ночь глядя, с той или другой попасть в одну постель. Красивых девушек тут много. Сюда охотников до них добраться не мало приезжает. Сюда и тройка мотоциклов приезжает: подкатят явы, седоки на землю сходят маститые во
всех движениях, свои носы от важности задрав выше всякой крыши, ну прямо властелины мира. Крупные детины - размером “семь на восемь”, но более  понятней, как шкафы. У двоих целлюлитная телесность: их толстые зады рессорные пружины мотоциклов сжимали до самого отказа. Но был среди них и тип другой, гораздо лучшего покроя, звали его Вова. Бодибилдинг-культурист. В те времена метандростенолон без рецепта в аптеках продавали, но люди тогда совсем не понимали, от чего так мускулы растут. А бице-трицепный рельеф морально силу воли подавляет. Приедет Вова, парни все прижухнут сразу, и уличив момент, убегают с его пути подальше. Попробуй только, что не так скажи, быстро в порошок сотрут. Если скажут: “А ну сдулся отсюда и потеряйся”, - то нужно выполнять приказ точно и быстро, а неисполнение приказа, тем более возражение, весьма чревато… А если возражать на справедливость уповая, то побьют и все дела. Не дожидаясь изречений в адрес свой, многие заранее уходят, избегая тем самым оскорблений, за которые в мечтах своих, они по десять раз за день злодеев убивают. А девки как себя ведут, когда такое происходит? Любят они таких. Инстинкт животный в девках требует крутых. Крутой и бык. Крутой - понятно, что не лапоть и бык - понять  не мудрено: говядину любит кушать человек, но кому-то больше нравится свинина, а кто-то предпочитает барана.

Приехали. зашли на территорию. А там! Какие девочки! Ножки, губки, а глаза, а нос, а талия, а шейка… ну всё такое… ну даже слов не подобрать. А как их много! А пацанов не густо. Глаза разбежались у Сереги, он закружился как волчок, с ним постоянно происходит так, увидел девушку: красавица в кругу подружек ведёт какой-то разговор. Он туда и к ней. Она ну вся такая… Короткая синяя юбка из коттона… Влюбился сразу и сам не свой он стал. У него натура такова охоч уж больно к женской ласке. Серега быстро израсходовал комплементарный свой запас и вид его был нищему подобен: просящие глаза, ну упади же “сыр”, но “сыр” не падал. Должен был упасть, ведь Серега из последних сил старался. Ну почему бы ей не полюбить его? Серега пыжится топорщится, но всё напрасно не ведётся. Между подружками о Вовике каком-то говорит, а на Серегу ноль внимания. Вот Вовик - это да! Из за него она готова горло перегрызть своей  подружке. Невыносимая тоска напала на Серегу: видит он, что “телки” по “быку” скучают и ждут его с великим нетерпением, но, в принципе, ему то все равно. Любовь уже прошла, как мимолётное видение, мозги уж более не съезжают набекрень, и появилась неприязнь. “Овечье стадо”, - думает Серега и хотел уж было отойти от них - покинуть роль пустого места, уж было жутко оставаться не при деле. Но вот “овечки” заблеяли и загалдели: “Вова приехал”. Подъехали три “явы”, а на них “быки”, те самые, о которых сказано в начале. Серёге стало совсем не по себе… Да уходи ты от этой мартышки, голос разума советовал ему. Так нет же… Подходит Вова: “Брысь отсюда”, - на Серегу говорит. “Да это какое-то недоразумение, пришёл и сидит здесь, - говорит “овца” в короткой синей юбке из коттона и брезгливо смотрит на Серегу. - Проваливай отсюда, тебя никто не приглашал”. Вот это да! Серега начал объяснять, что он не кот, но толку в этом было мало…

А куда это Серёга запропастился, вопрос в воздухе повис. И только вспомнили о нём, как он тут же появился. Идёт Серега, но как то странно, держась за правый бок и ногу за собой волочит, глаз распух, губа рассечена, бок болит - тяжело дыханье сделать и нога почти что отнялась.
“Меня побили, - говорит он, красненьким сморкаясь, и виновато смотрит, вины не ощущая за собой, но всё равно он виноват уж только в том, что резать надо было иль стрелять врагов, но нечем было. - Да я подняться с лавки не даже не успел… Били все - втроем, -  говорить продолжал Серёга, переполняясь злостью. - Я этого Вову, - кулачки у него женские! - если не вырублю, то зарежу, - он засунул за пояс нож. - Малолетке больше десяти лет не дадут… Из тюрьмы приду ещё молодым”.

“Этого оставить так нельзя ни в коем случае, - гласит Олег, нахмурив брови, - отомстим мы им сполна”. И как ныне сбирается вещий Олег отмстить неразумным бычарам, их наглые рожи за буйство бычное обрёк он боксерским  ударам.

Вова в центре на лавке разместился тут же рядом и его друзья. Я и Серёга идём во фронт, а Олег заходит с тыла. А у Вовы на коленях, ну такое милое создание в короткой синей юбке из коттона, ну такие ножки - круглые коленки руку Вовы принимают, ну такие ручки - шею Вовы обнимают, ну такие губки -  тянутся к нему поцеловать… А
Вова разомлел и кайфует… И вдруг раздался звук - хрясь! Это Серёга в челюсть Вовы нанёс боксёрский хук. Всё произошло внезапно, быстро. Несколько секунд всего прошло - картина резко изменилась. Олег подхватил Владимира на руки, недаром штангой занимался, отнёс и выбросил его в большой деревянный ящик, тара стояла недалече, “не кантовать” написано на ней. Крышку на таре затворил и начал на земле искать - ага! - нашёл кусочек проволоки длины метровой и в дело запустил… Хоть не замок, но всё же… Посмотрев вокруг на обстановку, ладонью об ладонь провел три раза - сделал дело - теперь порядок полный.

Суть рассказа такова. Уважение прежде всего имей ты к людям. И не надо будет - только резать и не надо будет в ящике валяться.