Лёша, который не умеет стоять на месте

Лёша никогда не задерживался надолго в одном месте. Его называли перекати-полем, вечным "странником", бродягой — он лишь улыбался в ответ. Для него дом был там, где на ночь можно расстелить спальник, а родина — там, куда ведёт дорога и плюшки раздают бесплатно...

Корни, которых нет. Даже в детстве Лёша не мог усидеть на месте:

   - убегал из детского сада «искать край земли» — нашли его в соседнем дворе в описанных штанишках.;
   - в школе менял друзей чаще, чем тетради — ему быстро становилось скучно;
   - подростком мог сорваться ночью и уехать на электричке в другой город «просто посмотреть»;
   - никогда не коллекционировал ничего, кроме железнодорожных билетов и камешков с разных берегов.

     Родители вздыхали: «В кого он такой дурак уродился?» А Лёша просто не понимал, как можно годами жить в одной комнате, ходить одной дорогой, видеть одни и те же лица.

     Правила жизни перекати-поля. У Лёши были свои неписаные законы:

   - Не обзаводиться вещами. Максимум — рюкзак с самым необходимым: смена одежды, карта, блокнот, фонарик.
   - Не отвечать на вопрос «Куда ты?». «Туда, где ещё не был», — пожимал он плечами.
   - Не привязываться. Он легко заводил друзей, но никогда не обещал вернуться. «Если суждено — встретимся снова», — говорил он на прощание.
   - Жить сегодняшним днём. Деньги тратились сразу — на еду, транспорт или помощь попутчику.
   - Слушать дорогу. Лёша умел «слышать», куда надо идти: иногда это был случайный разговор, иногда — направление ветра.

     Маршрут без конечной точки. Его путь не имел ни начала, ни конца:

   - начинал утро в Москве, а заканчивал в Новороссийске — просто потому, что сел на первый попавшийся поезд;
   - несколько месяцев собирал виноград в Кишиневе, потом вдруг сорвался к бабушке на Вологодчину;
   - жил у староверов в тайге, учился плести корзины, а научился плести интриги, через неделю ушёл с бродячим цирком;
   - работал на стройке в Сибири, а потом полгода пас овец в Дагестане;
   - мог месяц жить в колодце, а затем отправиться с геологами в экспедицию на раскопки неандертальской стоянке в каменистой пустыне.

     Каждый раз, когда кто;то спрашивал: «Ну что, теперь;то ты осядешь?», Лёша смеялся: «Осяду? Да я же не снег!»

     Люди на обочине его пути
За годы странствий и мытарств он оставил след в жизни многих:

   1. Старик-пасечник на Урале до сих пор рассказывает внукам, как Лёша научил его пасквили писать.
   2. Девушка-волонтёр в Сочи, с которой он провёл три дня, до сих пор хранит его рисунок — карту их совместных приключений на песке.
   3. Шофёр-дальнобойщик под Новосибирском, который однажды подвёз Лёшу, теперь каждый рейс ищет его фигуру на обочине — и если находит, то знает: день будет удачным.
   4. Хозяйка придорожного кафе в Краснодарском крае каждый год оставляет для него чашку кофе «на всякий случай» и сухарик.

      Философия вечного путника
Однажды молодой парень, мечтавший о путешествиях, спросил Лёшу:
— Как ты решаешь, куда идти?
— Я не решаю, — ответил тот. — Я слушаю. Дорога сама говорит, если уметь молчать.

— А если страшно?
— Страшно всегда. Но стоять на месте — страшнее.

— Ты хоть знаешь, чего ищешь?
— Нет. И это самое прекрасное. Если бы знал, это уже не было бы поиском.

     Символ, а не человек
Со временем Лёша стал почти легендой. О нём рассказывали истории на вокзалах, в придорожных кафе, в купе поездов:

«Видел его вчера в Уфе — говорит, едет на Камчатку».

«А мне он часы починил в прошлом году, хоть и спешил на поезд».

«Я его в 2015-м в Сочи встречал, а сейчас, гляжу, он в Архангельске!»

Кто-то считал его сумасшедшим, кто-то — мудрецом. Но все соглашались в одном: Лёша был живым напоминанием, что мир огромен, а жизнь слишком коротка, чтобы стоять на одном месте.

      Последняя встреча (или не последняя?)
Последний раз его видели на вокзале в Красноярске. Он пил чай с двумя студентами и рисовал на салфетке карту мира.
— Куда теперь? — спросили его.
— Ещё не решил, — улыбнулся Лёша. — Но точно не назад.

Он допил чай, закинул рюкзак на плечо и вышел на перрон. Через минуту поезд тронулся, увозя вечного странника к новым горизонтам. Ну и хрен с ним с этим дураком перекати-поле. Дышать легче!

А на салфетке осталась недорисованная карта — с множеством стрелок во все стороны, но без отметки «вы здесь». Потому что для Лёши «здесь» всегда означало «уже не здесь». Дураку закон не писан...