Дедова зажигалка

Старый дом деда пах не просто пылью и сеном, он пах залежалым временем. После его смерти мне досталось это наследство в глухой деревне под Псковом: перекошенный сруб, заросший сад и гора хлама, которую нужно было разобрать перед продажей. В общем, в лучших традициях жанра жутких рассказов про деревню. Этот факт меня даже в какой-то мере веселил, хотя, в том, что умер близкий родственник, если честно, веселья мало, даже несмотря на наследство.

Я нашел её на третий день в подполе, завалившуюся между кирпичами фундамента. Массивная, из тяжелой потускневшей латуни, она удобно легла в ладонь.  Так, как будто всегда принадлежала именно мне. На корпусе не было клейма мастера, только странная гравировка: глаз, вписанный в пламя. Я чиркнул колесиком. С первого же раза вырвался ровный, неестественно яркий синий огонек. Он не дрожал на сквозняке и, как мне показалось, не давал тепла.

— Работает, — прошептал я. Надо же….

В ту же секунду в доме стало тихо. Исчез скрип половиц, смолк шум дождя по крыше. Мир словно затаил дыхание, как будто кто-то могущественный обеспечил максимально комфортные условия для вступления мною в право обладания этой вещицей. На мгновение мне стало как-то не по себе, но я отмахнулся от вопящего в моем мозгу чувства опасности. Подбросил на ладони, и ловко поймал зажигалку. Оставлю себе!

Проблеск удачи

Довольно скоро я заметил первые изменения, и они были приятными.

Дело в том, что я всегда был патологически невезучим: вечные опоздания, потерянные ключи, мелкие долги. Но с того дня, как зажигалка перекочевала в мой карман, всё изменилось.

Я нашел в старом пиджаке деда заначку, о которой никто не знал. Позже, когда я вернулся в город, на светофорах всегда горел зеленый. Мой старенький ноутбук, который «умирал» полгода, вдруг начал летать быстрее нового.

Я стал зажигать её по вечерам. Просто сидел в кресле и смотрел на это гипнотическое синее пламя. Мне казалось, что в его глубине я вижу силуэты — города, которых нет на карте, или людей, которые смотрят на меня с той стороны. После таких сеансов я чувствовал прилив сил.

Я заключил на работе контракт, который считался безнадежным, и неожиданно за это получил премию. Было много и других приятных и выгодных для меня событий. Жизнь пошла в гору.

Тени сгущаются

Первый тревожный звоночек прозвенел через месяц. Я сидел в кафе в зале для курящих, и решив прикурить, достал латунную вещицу. Как только синий огонь вспыхнул, женщина за соседним столиком вскрикнула.

— Ваша тень! — пролепетала она, указывая пальцем на стену.

Я обернулся. От света зажигалки на стене моя плясала тень. Но она не повторяла мои движения. Моя тень стояла неподвижно, сложив руки на груди, хотя я в этот момент подносил зажигалку к лицу. Как только я закрыл крышку, тень вернулась в норму. Я не очень убедительно объяснил женщине, что это вовсе не моя тень, а возможно, какого-нибудь прохожего за окном.  Она кивнула, растерянно улыбнулась, но почему-то быстро покинула свой столик, не дождавшись заказа.

Потом начались сны. В них я бродил по тому самому дедовскому дому, но он был бесконечным. В каждой комнате горело синее пламя, и за каждой дверью кто-то шептал моё имя. Я просыпался в холодном поту, обнаруживая, что зажигалка лежит у меня на подушке, хотя я точно помнил, что оставлял её на тумбочке.

Цена везения

Вскоре я понял: зажигалка не просто дает мне удачу, она её выжигает для меня из окружающего пространства. У меня пока всё было хорошо, но вот с близкими мне людьми стали происходить очень и очень нехорошие вещи.

Мой коллега, с которым мы делили премию, попал в нелепую аварию на пустом месте. Моя девушка начала жаловаться на постоянную слабость и мигрени, которые проходили, стоило мне уйти из дома. Цветы в моей квартире засохли буквально за неделю, хотя я их усердно поливал в нужном режиме, и превратились не просто в засохшие стебли, а в настоящий черный пепел, рассыпающийся при прикосновении.

Я попытался избавиться от неё. От зажигалки. Выбросил в реку, и с легким сердцем отправился на работу. Вечером, придя домой, я полез в карман куртки за ключами, и нащупал тяжелый холодный металл.

Размышляя, как подобное могло произойти, и списывая все на переутомление, - наверное все-таки не выбросил, я просто закопал её в парке. Стоит ли говорить, что уже на следующее утро она ко мне вернулась. Зажигалка обнаружилась в моей сахарнице.

Я наивно надеялся, что всё как-то разрулится само по себе. Но понял, что огонь стал требовать больше внимания.
 Если я не зажигал её хотя бы раз в несколько часов, меня начинала бить дрожь, а в углах комнат я видел высокие черные фигуры. Они просто стояли и ждали. Чего ждали? Конечно, только одного – чтобы я зажег эту проклятую зажигалку.

Последний свет

Ситуация обострялась с каждым днем, в моём доме усиливался хаос и разруха.
Сейчас я пишу это, сидя в темноте. В квартире нет света, потому что лампочки лопаются, стоит мне их вкрутить. У меня больше нет друзей, все они отдалились по разным причинам, хотя я-то знаю, что причина одна.

Кто-то начал серьезно болеть, и проводил время в походах по клиникам, кто-то оказался в тюрьме, другие попадали в ДТП, третьи были заняты разводом и дележом имущества. Есть в моем окружении и такие, отстранился от меня сам, интуитивно.

Работу я потерял, и мое здоровье тоже стало ухудшаться, удача исчезла, потому что вокруг меня ни осталось никого, у кого бы зажигалка могла ее выжечь в мою пользу.

Мне всего двадцать пять, но из зеркала на меня смотрит бледный пожилой мужик с растерянным взглядом.



Зажигалка лежит передо мной на столе. Синее пламя часто включается само по себе, без моего участия. Оно стало больше. Оно больше не освещает комнату, оно пожирает её. Я вижу, как края стола начинают медленно обугливаться, хотя жара нет.

Я понял, почему дед спрятал её так глубоко в подпол. Он не хотел, чтобы её нашли. Он, должно быть, потратил остаток своей жизни, пытаясь «усыпить» её, запереть в земле, и ему удавалось держать ее на дистанции от себя и от людей. Похоже, он не нашел способ избавиться от нее навсегда.  Получается, я должен был найти этот способ, не может быть, чтобы его не было. А я упустил время, ведь вначале мне всё очень даже нравилось! Я, как последний кретин, выпустил её на волю.

Часто в синем пламени я вижу лица тех, кто владел ею до меня. Все они смотрят с тоской. Я, как и они, не справился.

Теперь я понимаю — зажигалка не принадлежит мне. Это я принадлежу ей. И пламя, которое она дает, — это не огонь. Это время моей жизни, превращающееся в мутный, холодный дым.

Я снова тянусь к ней. Не потому, что хочу. А потому, что тени в углах стали слишком близко. Они требуют от меня действий. Синий свет — единственное, что их сдерживает. И единственное, что меня убивает. И если я ничего не придумаю….