Чаепитие с Ангелом-хранителем

На окраине города, в котором живёт Люси, стоит полуразрушенный каменный дом. Вдоль темно-серой стены у руин вьется плющ и недавно зацвели фиалки. Здесь когда-то разорвалась бомба. И до сих пор останки дома не снесли и ничего не построили на этом пустыре меж холмов. Люси иногда гуляет среди разрушенного дома. Вот и сегодня она спустилась с холма и уже издалека заметила фиолетовые огоньки на каменной стене. Люси нарвала немного цветов, чтобы подарить букет маме. В руинах мелькнул силуэт сгорбленного человека, но вскоре он подошёл почти к самой стене и стало ясно видно, что это старик в грязно-белой куртке с небесно-голубой заплаткой, в старомодных шароварах и в помятой шляпе неопределённого цвета из-за пятен. За спиной у незнакомца проглядывался горб. На самом деле, это вовсе не горб, но Люси пока не знает, что это раненые крылья, спрятанные под курткой.
А на плече у горбатого странника примостилась синичка "Лазоревка" с голубой макушкой. Горбатый старик подошёл к яблоне, с которой уже попадали жёлтые яблоки в коричневых пятнышках, хотя осень ещё не наступила, а лишь ждала у порога, попрятав в карманы пригоршни солнца. Странник поднял яблоки с земли и положил их в свою неказистую шляпу. А синичка вдруг взлетела и через мгновение уселась на плечо к Люси.
В этот момент странник заметил девочку у стены с фиалками. Он робко улыбнулся ей. 
– Лазоревки только к добрым людям садятся на плечи, – сказал странник с яблоками в шляпе.
Люси улыбнулась и немного порозовела от смущения.
– Я часто здесь гуляю одна, а вас никогда раньше не видела.
– А я порой тебя вижу, когда ты играешь в развалинах моего дома. Не хотел тебя напугать, поэтому и не подходил к тебе раньше. Ты ведь заметила, наверно, мой горб? Я боялся, что он может тебя испугать...
– Вашего дома? – опешила Люси. – То есть, вы хотите сказать, что жили здесь до взрыва?
– Как раз нет. Я поселился здесь после взрыва. Прежде тут тоже жил один человек, но теперь он не небесах. Мы поменялись с ним местами.
– Как это? – не поняла Люси, – Вы хотите сказать, что раньше это, наоборот, вы жили на небесах?
Странник кивнул, но как-то весь сжался и поспешил в разрушенный дом, как будто понял, что чуть было ни выдал тайну. Синичка взлетела с плеча Люси и устремилась в потемневшее небо.
– Кажется, скоро будет дождь. Тебе лучше пойти домой, – крикнул горбатый странник, пропадая в каменных развалинах.
– Постойте, я ничего не поняла, вы говорите, что раньше жили на небесах – как это? Вы что, уже умирали когда-то? А зачем вам яблоки? – не унималась Люси.
Странник нехотя остановился и вздохнул. Синичка села к нему в шляпу, на самое жёлтое яблоко, похожее на дневное солнце.
– Я буду печь пирог, – ответил старик на последний вопрос.
– А здесь есть кухня? – снова удивилась Люси. Сколько вопросов у неё было к этому старичку!
– Есть, Люси, есть,– отвечал усталый старик, – пойдем с нами, если хочешь, поможешь нам приготовить.
– Откуда вы знаете, как меня зовут? – на бегу спросила Люси и прошла через арку за горбатым странником. А синичка влетела в разбитое окно.
Внутри было не совсем внутри, а всё ещё немного снаружи, так как стены наполовину осыпались, по ним вился плющ, потолка и вовсе не было, а на полу, как и на земле, росла тёмная трава и крапива.
– Не ходи по крапиве, она жжется, – предупредил странник.
– Уж это я знаю, – ответила Люси. – А где у вас духовка?
Старичок кивнул в сторону духовки, которая больше походила на камин, и сказал:
– Но сперва поставим чайник. Давно я чаю не пил. А утром нарвал листьев малины. Ты попьешь чаю?
– С удовольствием, – ответила Люси тоном своей мамы. В гостях она старалась быть очень вежливой.
– Тогда наберём воды, – сказал старичок и взял с пола ржавенький металлический чайник. – А фиалки ты можешь пока поставить в вазу.
Люси огляделась по сторонам, но не увидела здесь никакой вазы. На подоконнике стояла одинокая стеклянная бутылка с болотной водой на дне. Бутылку пауки окутали паутиной. Люси догадалась, что другой вазы здесь нет, и поставила фиалки в эту зелёную склянку.
Странник подошёл к полуразрушенной стене, из которой торчал кран и покрутил синюю ручку. Из крана капнула одна капля.
– Ну вот, снова воды нет.
– А здесь бывает вода? Её не перекрыли?
– Бывает... Иногда.
Странник покрутил красную ручку и из крана вылетела птичка. Она была похожа на огонёк – рыжая, красная, с золотым отливом! Птичка закружилась и плавно спикировала на стол, после чего принялась клевать хлебные крошки.
– Из горячей вылетают жар-птицы. А из холодной синички. Лазоревки. – невозмутимо сказал старик.
– И эта синичка тоже? – спросила Люси, кивнув в сторону Лазоревки, сидевшей на плече у странника.
– Да, и она тоже. Озябшая такая была, голубка, когда вылетела из крана... Я её долго в кармане отогревал... А потом пряниками кормил...
Люси тоже захотелось пряников, особенно мятных или шоколадных, но на столе их не было, как и никакой другой еды.
– Но нам нужна вода для чая, – напомнил старик сам себе и подошёл к разбитому окну. Он вытащил битое стекло из рамы, осколки со звоном посыпались на земляной пол, но старик как будто не обратил на это внимания. Он высунулся из рамы и помахал рукой, как будто приглашал кого-то войти. "Будут ещё гости?" – подумала Люси. А в оконную раму тихо проплыло тёмно-серое облако, похожее на пыльного барашка. Облако повисло в воздухе, прямо над чайником, и вот, из него закапал озорной дождь. Люси, птицы и старичок остались сухими, а вот в чайнике воды набралось достаточно.
– Ну вот, теперь можно и вскипятить, – сказал горбун, потирая руки, изрезанные глубокими морщинами.
Он взял со стола спичечный коробок и попытался зажечь спичку, но тщетно.
– Спички наверно промокли под дождем, – заметила Люси.
– Да, ты права, девочка, – сказал старик, – отсырели наши спички. Да и газа здесь давно уж нет.
– А как же вы здесь готовите? – не поняла Люси.
– Придется будить Огонька, – сказал старичок себе под нос, но Люси всё расслышала.
– Будить Огонька? Это как? Метафора какая-то? – уточнила она.
– Никаких метафор, – отвечал ей старик, залезая в камин, – Огонёк – это наш дракончик, который вечно спит днём, а по ночам летает, ищет пропитание и не даёт спать всем домочадцам.
Люси засмеялась, решив, что это просто шутка или детские сказки, но тут из углей стало выбираться какое-то странное существо, похожее на красную ящерицу с крыльями.
– А, ты уже проснулся? – обрадовался горбатый старик.
– Подогреешь нам чайник? У нас сегодня гости. Знакомься, Огонёк, это Люси.
Дракончик отряхнулся от сажи и вылетел из камина, как жар-птица из крана. Как и синичка у стены, он первым делом сел Люси на плечо.
– А он меня не укусит? – немного испугалась Люси, она ведь ещё никогда не играла с драконами.
– Не укусит, он воспитанный дракон, – успокоил её старик.
Люси осторожно погладила дракона, тот заурчал, почти как котёнок, а потом чихнул, да так, что от него поднялось облако пыли и сажи. Люси даже закашляла и несколько секунд ничего не видела перед собой, пока облако ни развеялось.
– Ну будет вам играть, полезай-ка обратно в духовку и подогрей нам воду для чая, – попросил дракона хозяин дома.
– И как же он её разогреет? – поинтересовалась Люси, хотя она и сама догадывалась...
– Погоди, сейчас ты всё увидишь, – ответил старичок.
А дракон забрался в духовку-камин, под самый чайник, и... задышал огнём. Через полминуты чайник громко-громко засвистел, а из носика его повалил клубящийся пар, как из ноздрей дракончика.
– Ну довольно, Огонёк, отдохни, – сказал старичок и осторожно, в варежке, снял чайник с палки над камином.
Дракончик зарылся в догорающие угольки и засопел, погрузившись, по-видимому, в сон.
***
После чаепития принялись готовить пирог. Старичок отыскал в буфете сахар, пшеничную муку, флакончик с ванилью и баночку с корицей. Люси чистила и нарезала солнечно-жёлтые яблоки, старик помогал ей в своём неспешном темпе, а жар-птица, тем временем, снесла огненно-рыжее яйцо, похожее на пасхальное, которое, как и яблоки, отправилось в тесто для пирога. Когда всё было готово и оставалось лишь отправить пирог в духовку, старичок снова разбудил дракончика и тот послушно принялся дышать огнём на противень. Рядом с камином стало довольно жарко и старичок, забывшись, снял свою заляпанную куртку, под которой сжались его раненые крылья.
– Я так и подумала, что вы ангел, а не простой горбатый старик, – сказала Люси, хотя по голосу её можно было определить, что она очень поражена. – Но у вас же раны на крыльях. На перьях кровь. Нужно срочно помазать их йодом или зелёнкой, – забеспокоилась она,  – У вас есть в доме зелёнка?
– Не нужно, Люси, – мягко остановил её пожилой ангел, – эти раны уже не залечить. Не йодом. Может быть, когда-нибудь они и затянутся..  – и старичок вздохнул.
– Меня ранило, когда я пытался закрыть человека, что жил здесь прежде, от осколков при взрыве...  Но я не смог спасти его. Я был его Ангелом-хранителем, Люси. А теперь он на небесах. А я доживаю здесь отмеренные ему дни, – рассказывал старик свои тайны, а затем добавил, улыбаясь, – И заодно присматриваю за тобой.
– А вы и тогда были стариком? Или постарели, пока живёте здесь? – поинтересовалась Люси.
– Нет, что ты, я был бесплотным Ангелом-хранителем, как и твой. Я не был ни юным, ни старым... А здесь я старею, потому что живу за моего человека отведенный ему срок.
– А у меня тоже есть Ангел-хранитель? Вы его знаете? – на сердце у Люси словно затрепетали крыльями птицы.
– Конечно, он стоит за твоей спиной. Привет, приятель! – сказал ангел-старичок, а Люси обернулась и никого не увидела рядом с собой.
– Но я его не вижу, – сказала она обиженно.
– Конечно не видишь. Но он здесь. А пирог, кажется, уже готов, Люси. Огонёк, можешь перестать его греть, – сказал добродушный ангел, и дракончик тот час перестал дышать огнем.
Дракончик подлетел к Ангелу-хранителю и сел ему на ладонь, как бабочка на цветок.
– Никому про Огонька не рассказывай, прошу, а то не дай Бог кто-нибудь придет охотиться на него.
– Обещаю никому не рассказывать про вашего дракона, – сказала Люси, хотя и помнила, что в прошлом ей не всегда  удавалось хранить секреты своих школьных товарищей.
На букет фиалок, окутанных паутиной, села фиолетовая бабочка.
– Улетай, улетай, ни то попадешь в паутину к злодею-пауку, – сказал старичок и аккуратно смахнул бабочку с букета цветов, похожих на неё саму. Бабочка улетела через пустую оконную раму.
– Ну вот и славно, – сказал Ангел-старичок, – а мы будем пробовать пирог. Правда, Люси?
***
Пока Люси, Ангел-хранитель и дракончик набивали рты горячим яблочным пирогом, над ними накрапывал дождик. Стало как-то по-осеннему зябко, но чай и пирог согревали их тем сильнее, чем холоднее становились ветер и дождь. Птицы клевали крошки. И не только жар-птица и синичка, но ещё и воробьи и чайки налетели со всех сторон.
– После дождичка и из крана вода течет, – сказал Ангел-старик, доедая кусок пирога. – Только она по обыкновению ржавая бывает. Зато в ржавой воде золотые рыбки водятся.
– Правда? Я их ни разу не видела, хотя и у нас вода из крана иногда ржавая. – сказала Люси.
– Просто их плохо видно в ржавой воде, они с ней сливаются, – объяснил старичок, поводя крыльями на осеннем ветру. – Доедай пирог и я тебе поймаю золотую рыбку, если повезёт. Всё -таки это редкое явление. В последний раз ко мне рыбка приплывала на прошлой неделе – в четверг или даже раньше...
Люси допила третью чашку малинового чая и с удовольствием доела второй кусок пирога. Ангел-хранитель встал из-за стола, взял свою теперь уже пустую чайную чашку и подставил её под кран. Из крана и вправду полилась ржавая вода. Когда чашка наполнилась до краёв, старичок закрутил кран и стал пристально рассматривать набранную воду.
– О, вот же она! – восторженно воскликнул он.
– Золотая рыбка? Она в чашке? – недоверчиво уточнила Люси.
– Да, взгляни сама, – сказал старичок и протянул чашку Люси. Девочка пригляделась и не сразу, но всё же заметила ныряющую золотую рыбку размером с ноготь. (Она действительно сливалась со ржавой водой, поэтому её можно было и не заметить, если не приглядываться.)
– Вот это чудо! – воскликнула Люси, хоть ей и казалось, что она уже ничему не удивляется.
– Дарю её тебе, – сказал сияющий Ангел-хранитель.
– А мы увидимся завтра? – с надеждой спросила Люси. – Я приду сюда завтра утром.
– Мы ещё увидимся, но боюсь, что не завтра, – как-то таинственно и печально ответил ей крылатый старичок. – Но я буду за тобой присматривать, – пообещал он на прощание.
Дракончик Огонек, жар-птица и синичка подлетели попрощаться с Люси и кружились вокруг неё, пока старичок не начал их журить:
– Ну хватит, хватит, девочке пора возвращаться домой, не задерживайте её.

***
На закате Люси с букетом фиалок и золотой рыбкой в чашке вошла в свой старенький дом на окраине города.
– Мама, я дома, – громко сказала она. – У меня для тебя сюрприз!
– Мой руки, Люси, и иди ужинать. Я пирог испекла, – крикнула ей с кухни мама.
Люси ещё в прихожей почувствовала запах ванили и корицы, но всё же он был не настолько волшебный, как в руинах у Ангела-хранителя.

***
На утро Люси показалось, что всё произошедшее в разрушенном доме ей просто приснилось. Но, встав с кровати, она заметила на подоконнике ту самую чашку с щербинкой, в которую Ангел-хранитель набрал ржавой воды вместе с золотой рыбкой. И в этот момент Люси вспомнила, что чаепитие с Ангелом-хранителем, птицами из крана и драконом из камина было взаправду, и тихая радость разлилась по её телу. Люси подошла к чашке и заглянула в неё. Ржавая вода была на месте, в ней отражались кучевые облака, но вместо золотой рыбки в чашке плавал золотисто-жёлтый осиновый листик. Люси посмотрела сквозь тусклое стекло, за которым уже наступила осень, и глубоко о чём -то задумалась, а потом побежала на кухню завтракать и пить чай.