3. Горы

Если посмотреть на мой маршрут с орбиты какого-нибудь спутника, то будет заметно, что я постепенно поднимался от 116 метров от уровня моря, на которых стоит мой дом во Владивостоке, до 1760 метров, на которых построен уютный гостевой дом в селе Кош-Агач, пять лет становившийся моей «штаб-квартирой» в Горном Алтае.

Надо сказать, что, планируя поездку на Алтай, я не и не думал забираться в горы.

Да, там, на Алтае, на границе России и Казахстана, высится гора Белуха (4506 м), самая высокая точка Сибири, вся покрытая снегом, острозубая, неприступная и холодная. Конечно, для покорителя вершин она – добыча лакомая. Но чтобы на неё залезть, нужно не только полторы недели, разрешение от пограничников и куча денег, но и хорошая альпинистская подготовка, потому как Белуха будет посложнее более высоких кавказских Казбека и даже Эльбруса.

Полторы недели бы нашлись. И у пограничников в ногах ради нужной бумажки можно было бы поваляться. И куча денег, в общем-то, не проблема. Но за моей спиной были всего лишь: гора Облачная (1854 м), пять Ольховых (1669 м), семь Пиданов-Ливадийских (1333 м). И шесть Холодильников, тоже за спиной. Шесть холодильников за спиной – это не очень тяжело, поскольку Холодильник – это всего лишь самая высокая гора во Владивостоке (258 м), с пушками на верхушке, правда один раз я вскарабкался на неё верхом на велосипеде (знатоки оценят).
В общем, альпинистской подготовки у меня – ноль с минусом, поскольку вся моя восходительская практика исчерпывалась лишь топтанием крутых троп с торчащими корнями деревьев, перепрыгиванием с камня на камень на курумниках и перешагиванием и переползанием по предательским, скользким и твёрдым, как железо, липким от смолы ветвям кедрового стланика, в заросли которого меня занесло на Облачной. Так что, приехав на Алтай, оставалось лишь облизнуться на острые, хищные холодные заснеженные вершины Северо-Чуйского хребта, вздохнуть и поскулить.

Однако по дороге на юг я вдруг обнаружил, что на Алтае есть и другие горы – причём, тоже Алтайские. Но гладкие, бархатные, даже какие-то плюшевые, с виду совсем тёплые, окрашенные в необыкновенно приятный для глаз нежный серо-зелёный цвет. Эти горы оказались всего лишь на 600 метров ниже тех, заснеженных, но рядом с ними Облачная – мой личный Эверест до того – была бы не вершиной, а просто впадиной!

Когда я впервые, в 2020 году, увидел гору Янтерек, она смотрела на меня с презрением, этакая хмурая толстуха. Я был на велосипеде, мне нужно было беречь силы для восторгов, изумлённых воплей, оханий, аханий при виде чудес, ожидавших меня на 650 километрах Чуйского тракта, который мне нужно было одолеть за оставшиеся дни отпуска, так что ни о каких восхождениях не могло быть и речи. Тем более что на следующее утро Янтерек выглядел совсем зловеще. Я лишь махнул ему рукой и покатил в Бийск восхищаться красотами, которых на Алтае и без гор хватает на сто отпусков.

А на следующий год, приехав уже на машине и ещё не доехав до Кош-Агача, я встал табором в Чуйской степи. Нужно сказать, что плюшевые горы не только приятно раскрашены, но и удивительно приятно пахнут! Нежно-зелёный цвет степи и бархатным горам придают крохотные кустики разных трав, которые на солнце издают все вместе такой изумительный аромат, что самым маститым парфюмерам стоило бы ехать сюда поучиться у природы. Я готов этим хвалёным обладателям утончённых носов показать местечко, где пахнет вкуснее всего. И вот, гуляя по степи, улыбаясь, наслаждаясь ароматом и набираясь настроения, я снова встретился глазами с Янтереком.

Должен сказать, что я и на этот раз не планировал никаких общих дел с горами. Любоваться был готов сколько угодно, но покорять… Потому и в географические карты на них не смотрел и в справочники об алтайских горах не заглядывал.

Был август, но гору, словно сахарной пудрой, засыпало снегом. Она выглядела не такой уж и зловещей, как год назад. Казалась вполне доступной, по крайней мере, по сравнению с соседками. И вечером я, насквозь пропитанный ароматами степи, залезая в спальник и всё ещё улыбаясь, думал: «Завтра с утра заберусь на вершину, посмотрю оттуда на Чуйскую долину».

Утром я собрал рюкзак и пошёл в поход выходного дня на гору Янтерек. Она была на том же месте, всё ещё в снегу и всё ещё казалась вполне доступной. Я бодро одолел первый склон, потом второй, потом третий и оказался на небольшой вершинке.

И тут я обнаружил совершенно непонятное НЕЧТО. Прямую дорогу длиной в четверть километра, обозначенную бордюром из каменьев! И это, повторюсь, на вершине! Эта дорога великолепно видна даже на спутниковом снимке. Позднее я расспрашивал местных жителей, в том числе и местных колдунов, что же это могло быть, но никто ничего объяснить мне не смог. Для посадочной площадки хрупких высокотехнологичных летающих тарелок марсиан и лунатиков место малопригодное – слишком каменистая дорожка.

Немного передохнув и порядочно наудивлявшись, я продолжил путь, одолел ещё несколько подъёмов, которые становились всё круче, и вдруг обнаружил, что некоторые более сложные, как мне казалось снизу, вершины уже остались позади и внизу, а гора, которую я покоряю, всё так же издевательски далека. В этот момент я подумал в первый раз: «А не вернуться ли назад?» Мысленно просканировал себя, обнаружил, что силы пока есть, и решил идти дальше. Дальше, и, понятное дело, выше. Но когда передо мной встала обширная пыльная осыпь из мелких камней, ничего не имевшая общего с благородными курумами родных приморских гор с их валунами, валунятами и валунищами, я подумал во второй раз: «А не вернуться ли назад?» Шаг вперёл и два шага назад – вот что такое осыпь, которой совсем немного оставалось, чтобы стать зыбучим песком. И всё-таки я её одолел, выбрался наверх и вздох отчаяния вырвался из моего родного организма: ВСЕ казавшиеся более сложными вершины остались внизу, а передо мной открылся хребтик, сложенный из пилозубых скал и поднимающийся к небу.

Единственное, что придало мне сил в тот момент – это то, что вершина явно решила-таки чуточку спуститься и пойти наконец навстречу. И я пополз вверх. Вверх и вперёд. Так и подбадривал я себя: «Вперёд!».

Последний раз я спросил себя: «А не вернуться ли назад?» – буквально за 200 метров до вершины. Настолько я был измотан.

И всё-таки я взошёл! И сразу - откуда силы взялись? Впервые в жизни я играл в снежки в августе месяце! Мёрз нос, как в декабре. Ветер, пробираясь сквозь одежду, холодил разгорячённое тело, а я лепил снежки и швырял их в пропасть!

Стоя на вершине, я оглядывал свой путь. Даже не верилось, что мне это удалось. «Ну что, теперь только вниз!» - счастливо думал я. Наивный. Мне казалось, что вниз будет проще. Куда там! Вниз я спускался почти так же долго, как и поднимался вверх. И когда я доплёлся до машины, уже наступили сумерки. И я понял, что совсем не хочу в палатку, а хочу под горячий душ, горячей моментальной лапши и горячего моментального чаю. К счастью, место для припозднившегося путешественника в гостевом доме нашлось, и путешественник, всё ещё пропитанный чудными степными ароматами, спал без задних ног и передних рук. Причём путешественник, засыпая, хвалил себя, что не забыл трекинговые палки – они дали много работы рукам и здорово облегчили и восхождение, и – в особенности – спуск.

Проснувшись, я полез узнавать, что за вершину я вчера покорил. Вот тебе и вершинка полегче! Снизу она виделась пониже других, потому что стоит гораздо дальше! Это был Янтерек, в 3402 метра высотой. Вершина Курайского хребта! Я разом обновил свой личный рекорд на целых полтора километра! И эти полтора километра мне пришлось штурмовать с самого подножья, одолевая в непрерывном подъёме! И это без какой-либо акклиматизации! Между прочим, полтора километра – это те самые шесть Холодильников, поставленных один на другой!

Я был доволен собой настолько, что забыл, что я устал. Вскочил на велосипед и помчался нюхать степь.

В следующем, 2022 году, из-за неудачной погоды я покорять Янтерек не рискнул, поскольку Алтай накрыли непрерывные грозы, хотя по горным отрогам всё-таки побродил всласть. Но в 2023 году альтернативы не было. Два Янтерека – это вдвое больше, чем один. Элементарная арифметика была убедительна, и я решил взобраться на гору снова, но попробовать другой, более простой маршрут. Я дал себе время на акклиматизацию, переждал мощную грозу и через два дня снова покорил хмурый Янтерек. Забавно, но в результате более простой маршрут привёл к удлинению пути к вершине с семи километров по горизонтали до десяти, а карабкаться вверх с отметки 2200 метров пришлось по тому же самому знакомому старому маршруту.

Я снова был доволен. Снега на вершине не оказалось. Но я взобрался на вершину на полтора часа быстрее! Явно сказались и тренировки, и двое суток акклиматизации. Да и в рюкзаке, кроме воды, вместо тяжёлого фотоаппарата была только миниатюрная экшен-камера. Во время подъёма дул сильнейший северо-западный ветер. Он дул непрерывно и так сильно, что на вершине я ощутил: мышцы с одной стороны шеи, не позволявшие ветру сдуть нафиг голову в пропасть, устали настолько, что не могут удержать голову ровно!

Третий раз, уже летом 2024 года, я смотрел на хмурую вершину с вызовом. Я поднимался в летних маечке и шортиках, в рюкзаке всей своей массой была загружена вся фото и видеоаппаратура со сменными объективами и крепкий штатив. Довольно самонадеянно, честно говоря. Но я снова поставил рекорд, поднявшись на Янтерек ещё на целый час быстрее! Причём оставшиеся силы вполне позволили бы одолеть ещё минимум полкилометра высоты. Эти силы просто булькали во мне! И лишь отсутствие твёрдого пути наверх и благоразумие - надо же ещё спускаться вниз! - не позволили вскарабкаться на небеса. Как и прошлый раз, дул ветер. Он дует там постоянно, что даже видны следы воздушных струй на крутых склонах в ущельях. И снова у меня устала шея. Вот так, с головою набекрень, я спустился вниз, к машине, записав в свои достижения третий Янтерек. До сих пор удивляюсь, как это ветер в тот раз не разметал соломенную шляпу на моей голове.

В третьем штурме Янтерека я впервые за время всех восхождений на всевозможные горы получил травму. Поцарапался, поскользнувшись на одной из предательских осыпей под самой вершиной так, что согнулась трекинговая палка. Пришлось высказать Янтереку всё, что я думаю о негостеприимных горах. Я был услышан. Больше никаких эксцессов не произошло.

Один из случайных собеседников в вестибюле гостевого дома на следующий день сказал, скривившись и сгорбившись: «Не понимаю я этого: куда-то карабкаться, что-то покорять, рисковать. Другое дело: посидеть с удочкой…» Я ответил ему, гордо вскинув голову и распрямив плечи: «Как можно не желать стремиться победить самого себя, стать сегодня лучше самого себя завтрашнего?» Жизнь - это движение. И движение - это жизнь.

Кряхтящий пузатый старик, спорящий со мной, оказался моложе меня на десять лет… А восточная красавица за гостиничной стойкой, слушавшая нашу беседу, смотрела на меня и мои сияющие глаза с улыбкой и восхищением… :-D
Ну, может и не с восхищением, но с одобрением - однозначно!

И в подарок ей была волшебная владивостокская шоколадка.

«Лучше гор могут быть только горы, на которых ещё не бывал».
Но к горам ведь нас ведут ДОРОГИ!