Практика. Он не хотел умирать

   

        Хороший знакомый обратился за помощью. Нужно посмотреть его родственника, который лежит в неврологическом отделении областной больницы. Готов спонсировать его лечение, если в сложившейся ситуации оно ещё возможно.
        Александру 60 лет. С ним просто беда. В недавнем прошлом бизнесмен. Занимался грузоперевозками. Его фирма гоняла большегрузные фуры за рубеж. Всё было хорошо до тех пор, пока, на Сашку не подсела, почуяв деньги, распространительница БАДов. Она годами «впихивала» ему свой товар по всякому поводу якобы с заботой о его здоровье. Он ещё чуть покуривал и попивал алкоголь, «немного, как все».
        От бездумного, безудержного потребления у Александра вначале отказали почки, немного погодя случился инфаркт, а пару месяцев назад вдобавок ко всему инсульт. Теперь прикован несчастный к больничной койке. Почти каждый день он на гемодиализе. Худой, как узник концлагеря, жёлтый, не в состоянии пошевелить ни рукой, ни ногой. Да и сказать что-то вразумительное он тоже не может.
        Его молодая жена в отчаянии. И хотя она работает в финансовой структуре, каждый день в больнице забирает кучу денег, а результат нулевой. Ещё дочке на учёбу в престижном университете с проживанием в другом городе нужно регулярно что-то давать.
        Приезжаю к нему в палату через день и работаю. Он конечно немощный до ужаса, кожа и кости, хотя продуктами тумбочка забита. Оценив в первый визит ситуацию, я разработал индивидуальную программу восстановления, и начинаю трудиться с ним пока что в лежачем положении. Это, прежде всего, физические упражнения для разработки неработающей ноги и руки. А нейрогимнастика для развития памяти и речевого аппарата. Ещё психологический настрой, которым я ему «промывал» мозги при каждой встрече.
        Через пару недель он уже сидел на кровати и еле-еле проговаривал отдельные фразы, хотя всё понимал. Включаю в программу упражнения для рук и ног в сидячем положении, не забывая о нейрогимнастике и психосоматике. Трудимся с ним часа полтора. Он очень-очень слабый. Быстро устаёт даже от элементарного поднятия руки или ноги. Жалкое зрелище. Болезнь никого не красит. Некогда крепкий и симпатичный мужик превратился в немощного, жёлтого скелета в памперсе. Но мы продолжаем. Он слушает, делает по возможности, пыхтит, старается.
        И тут Александра переводят в районную больницу по месту прописки. Причина – гемодиализ, на который его нужно каждый раз возить в другую больницу, а в районке он располагался в одном корпусе. Теперь мне приходится ездить за тридцать километров в район как к себе на работу. Ко мне уже привык медперсонал, пуская без проблем, и мужички – коллеги по несчастью, что лежали с Александром в палате. Пару раз в неделю к нему приезжала жена, привозила памперсы, продукты, предметы личной гигиены и прочее.
        Как только появлялся какой-то положительный сдвиг, я фиксировал это на видео и пересылал его жене и родственнику, что нанял меня. Вот уже Сашка сидит на кровати и шевелит руками и ногами. Вот он разговаривает. Медленно, но по существу. Уже можно понять его слова. Вот он улыбается, пытается помахать рукой, которая раньше почти не шевелилась. Я радуюсь вместе с ним его успехам.
        Сашка молодец! Он терпеливый и никогда не давал заднюю. Через пару месяцев он пытается встать с больничной койки на ноги, держась за мои руки. Чуть позже пошли первые шаги. Осторожные и неуверенные. Пять шагов, семь шагов, десять…. Александр улыбается. Для него это подвиг. Он ждёт моего прихода, как ребёнок. А если я задерживаюсь или переношу встречу на другой день, как ребёнок грустит. Попутно с физическими «рекордами» он постепенно вспоминает и повторяет своё имя, жены, дочери. Как звали родителей, где он родился, сколько и где учился, в какой школе, в каком учебном заведении…. Повторяем цвета, времена года, названия месяцев, таблицу умножения, решаем простейшие примеры на сложение и вычитание. Это гимнастика для мозга, требующего также внимания, питания и тренировок.
        Иногда с утра я попадаю на больничный завтрак, который медсестра приносит прямо в палату. Я откладываю тарелки в сторону. Сашка должен ещё заработать свой завтрак. Он понимает и трудится до устали, до скрежета в зубах. Вот он уже сам ест суп, держа ложку рукой, которая ещё недавно висела безжизненной плетью.
        Уезжаю домой с чувством исполненного долга. Я счастлив. Нет ничего приятнее, чем наблюдать выздоровление человека, которого ты лечишь, вкладываешь силы и знания. Просто благодать на душе. Мы ещё будем с ним ходить не только по больничной палате, но и по коридору и даже по лестнице между этажами. Будем! Обязательно! Я так запланировал в программе выздоровления. Впереди у нас с ним масса интересных упражнений для реабилитации. Эх, Сашка! Мы ещё с тобой «повоюем»! Наступит время, когда будем вспоминать с тобой всё это, как страшный сон.
        Снимаю на камеру его новые успехи. Вполне уверенным голосом, Александр просит своего родственника продолжать финансировать его лечение. Со своей стороны обещает обязательно выздороветь, потому что очень хочет жить и трудиться. А со временем пойдёт на операцию по замене отмерших почек на хотя бы одну, но здоровую. Говорит, улыбаясь, стоя в памперсе возле своей койки, приветливо махая той самой рукой, что некогда висела безжизненной плетью.
        Но вот начались какие-то «непонятки». В один из моих приездов Сашку было не узнать. Он весь почернел, замолчал, неохотно делал упражнения, ничего не рассказывал, о чём-то думал, из-за чего тренировочный процесс в этот день как-то быстро скомкался. Так продолжалось ещё несколько занятий. Его жена в телефонном разговоре тоже не хотела прояснить ситуацию. В конце концов, когда дежурная санитарка занималась Сашкиной гигиеной, его сосед по палате поманил меня к себе и тихо рассказал, что в очередной приезд жены они долго разговаривали на повышенных тонах, пока у них не случился  серьёзный громкий скандал. Из-за чего Сашка слёг в койку, перестал есть и пить, не говоря уже об упражнениях, которые он раньше повторял в моё отсутствие. Днём он лежал, как покойник с закрытыми глазами, а ночами не спал, только глубоко вздыхал.
        Перед очередной поездкой к подопечному мне позвонил его родственник-спонсор и ошарашил:
        - Позвонили из больницы и сказали, что Сашка умер…. - И чуть позже, поняв моё затянувшееся молчание, добавил: - Я сам в шоке!
        Несколько дней я не мог толком прийти в себя. Как же так? Почему? Что случилось? Немного погодя, у родственника, наконец, «сложились пазлы», и он рассказал следующее. Пока Александр находился в больнице и под моим руководством всеми силами боролся за своё выздоровление, его жена всеми неправдами переписала на себя их общую квартиру в центральном районе областного центра и всё движимое и недвижимое имущество. Видимо в тот приезд к нему она как-то попыталась намекнуть об этом, прощупывая почву. Из-за чего у них тогда и случился скандал, после которого Сашка ушёл в депрессию. А с другой стороны его родная сестра, проживавшая в селе, но никогда не проведывавшая его в больнице, вдруг неожиданно нагрянула к нему в палату и, выкрав из тумбочки Сашкин паспорт, кинулась переписывать на себя большой родительский дом и усадьбу.
        Когда Сашка всё узнал, его хватил удар, а точнее второй инсульт, добивший его окончательно. Теперь стало понятно, почему жена не верила в выздоровление мужа и как-то откровенно не радовалась его успехам. А когда он стал на ноги, то под предлогом сильной занятости она крайне редко стала его проведывать, да и не особо горела желанием увидеть мужа дома. У меня ещё тогда закрались сомнения. Даже его дальний родственник, тот самый спонсор, искренне радовался маленьким Сашкиным победам, а тут родная жена. Тогда я думал, что ошибаюсь. Мало ли что? Чужая семья - потёмки. Но всё оказалось горькой правдой.
        Наверное, с месяц я ходил подавленный. Всё не верилось, что его уже нет. Сашка, Сашка! Как же так?! Ещё и ещё раз просматривал записанные видео, где Александр из немощного лежачего больного постепенно превращался в улыбающегося человека. Вот он уже сидит на больничной койке, вот он уже машет той самой рукой, что ещё недавно висела безжизненной плетью, вот он делает первые за многие месяцы шаги, вот он самостоятельно ест из миски больничный суп той самой рукой. А здесь он просит своего спонсора не бросать его и продолжать финансировать лечение, говорит, что хочет жить, а не умирать, потому что верит в меня, в свои силы, в свою семью….
        Прошло совсем немного времени после его смерти, и Фейсбук в разделе «Вы можете их знать» подсовывает мне фото молодой женщины с густо накрашенными бровями, накачанными губами, ярко подведенными глазами и вызывающими румянцами на впалых щеках. Что-то знакомое в наивном взгляде игриво наклонённой головки. Присмотрелся. Так это же жена покойного Александра! Ну, да. Конечно. У неё всё удачно сложилось. Она теперь богатая, свободная и в активном поиске достойного. 
        Меня всё не покидает ощущение, что я потерял кого-то очень близкого, а от нахлынувших воспоминаний почему-то наворачиваются слёзы. Раньше такого за собой не замечал. Становлюсь сентиментальным. Наверное, старею….