Практика. Живчик

        Мне позвонил заведующий нашей сельской амбулатории. Мы работаем в разных структурах и редко пересекаемся, но всегда остаёмся в хороших отношениях:
        - Андрей Николаевич! В Маркивке лежит человек после инсульта. Недавно из города привезли. Я вас очень прошу, пожалуйста, съездите к нему, когда появится возможность. Ему по всем показателям жить осталось совсем ничего. Я честно скажу, на все эти страдания смотреть не могу. Мне сразу плохо становится. Сам могу не перенести. А вы помоложе будете, покрепче. Да и чаще с такими сталкиваетесь. Посмотрите что к чему, поговорите, успокойте родню, аккуратно подготовьте к худшему. В общем, проявите внимание. Как мне сказали в противоинсультном отделении, где он лежал, надежды там осталось мало. Совсем гиблый случай получается.
        Маркивка – глухое село, затерявшееся в бескрайних просторах Подолья. Туда даже маршрутка не ходит. Местному люду, чтобы хоть как-то добраться до цивилизации приходится топать через поле и лес. А за ними выход на трассу.
        Затягивать с визитом не стал – совестливый. Если пообещал, то нужно сделать, да ещё чисто из профессионального интереса хотелось глянуть, в каком же состоянии наша медицина отпускает больных домой умирать. Освободившись после основной работы, еду в Маркивку. Это в стороне от дороги домой. Зимой темнеет рано. С неба сыплет снег и одновременно капает. Дорога не очень, особенно по зимней распутице. В беспросветной темени любая лужа может оказаться глубокой ямой, поэтому еду осторожно. Глухомань страшная. В селе на улицах ни одного огонька, такое ощущение, что все вымерли. С трудом нахожу нужную улицу и дом.
        В большой комнате с низким потолком и слабым освещением на кровати лежит полный мужчина, обложенный невероятным количеством всевозможных лекарств. Рядом за столом сидит девчоночка школьница. Она сейчас на зимних каникулах, потому пристроена к дедушке в помощь водичкой напоить, судно подать, с ложки покормить. Жена где-то копошится по хозяйству со скотиной.         
        Знакомлюсь. Дедушке Володе всего 52 года. Он адекватный и может разговаривать. Как все селяне выпивал и курил. В какой-то момент наклонился и что-то хотел поднять с земли. В глазах потемнело, в виски ударило, голова отключилась. Очнулся уже в больнице в одной палате с такими же несчастными. Сказали, что произошёл инсульт. А что это и какой тип у него он не разбирался в таких тонкостях.
        В больнице с ним особо не церемонились, как впрочем и с остальными. Сразу на второй день отправили на реабилитацию. А так как нога с рукой у него почти не шевелились, то в помощь дали двух санитаров. Те кое-как спустили больного с пятого этажа в подвальное помещение, где располагался зал реабилитации, как-то прикрепили его к беговой дорожке, включили и со словами «Давай, мужик, старайся!» ушли курить.
        Он кое-как старался, пока хватало сил. И хотя скорость была маленькая, всё равно не удержался. Больная нога подвернулась, тапок с неё слетел, и беговая дорожка принялась стачивать сначала носок, а потом и пальцы на ноге. В таком состоянии его застали вернувшиеся из курилки санитары.
        - Ну, что, мужик? – спрашивают они. – Натренировался и хочешь назад в палату? Тогда плати за каждый этаж, а даром тебя тут никто таскать не будет.
        Вот такая вышла реабилитация. Володя стал просить врачей заниматься с ним серьёзно. Он был настроен решительно на выздоровление. Но услышал в ответ, что на серьёзное у него денег не хватит. И вообще надеяться на выздоровление не стоит, так как с ним произошёл очень тяжёлый случай, прям безнадёжный. В общем, сказали, что совсем немного ему осталось жить. С этим и выписали домой, а по-простому - отпустили умирать.   
        ; Мне нельзя сейчас умирать, - заволновался Владимир. – У нас две коровы, три свиньи. А курей с утками даже не сосчитать. Жена одна с хозяйством не справится. А ещё детям помогать нужно, внуков выучить и до ума довести. В общем, рано мне, и всё тут! - подытожил он.
        - А почему так много лекарств вокруг вас? – интересуюсь я. – Почти целая аптека!
        - Я не знаю. Ещё в больнице сказали пить без пропуска, вот и пью. А что и для чего - без понятия.
        Осматриваю больного, оцениваю его состояние и возможности. Одна половина (рука с ногой) почти не двигаются. Почти – это не совсем, потому что есть заметные дёрганья при попытке пошевелить ими. Уже неплохо. Можно поработать в этом направлении. Даже нужно. Самое главное – Володя разговаривает, всё адекватно воспринимает и готов над собой трудиться, не смотря ни на что.
        Объясняю ему: о сигаретах, алкоголе и кофе забыть навсегда. Жирное и сладкое убрать. Пить воду часто и на постоянной основе. Уменьшить количество потребляемой пищи для снижения веса, которая преимущественно должна быть простой, натуральной и больше растительной. Из лекарств оставить только таблетки от давления, которые пить лишь в случаях его повышения. А для этого контролировать давление по собственным ощущениям и показаниям тонометра.
        Ну и главное – показываю упражнения, возможные для его лежачего положения. Внучка всё внимательно слушает и записывает.
        Володя немного дрейфит:
        - В больнице сказали, чтобы я в основном лежал и не нагружал себя, а двигался только по крайней необходимости.
        - То есть лежать и пить как можно больше таблеток? – иронизирую я. – Разве это  реабилитация?
        - Врачи сказали, что в моём положении реабилитация уже не поможет, - грустно подытожил Володя.
        - Любая система живёт, пока она движется. Вы хотите жить? Тогда двигаемся грамотно, настойчиво, постепенно переходя от простого к сложному с надеждой на лучшее.
        Я пояснил, что из-за занятости по работе могу проведать его через неделю, и мы расстались. Скажу откровенно, особых иллюзий я не питал, но где-то в душе у меня теплилось желание вытащить этого добродушного толстячка из ямы, в которой он очутился.
        Через неделю толстячок меня приятно удивил. Он уже сидел в кровати, обложенный подушками и усердно пытался шевелить больной рукой и ногой. Да и на толстячка он не совсем был похож. Куда-то стали уходить его щёки с подбородком и живот. Оказалось, что по моему совету он перешёл на воду, даже вместо обеда сидел на воде и делал упражнения, которые я ему показал. И не один раз в день, а два, а то и три раза.
        - А чем ещё в моём положении заниматься? - оправдывался Володя. – По хозяйству я сейчас не помощник, а привычка что-то делать осталась. Вот и упражняюсь, чтобы не скучать.
        - Красавчик! Молодец! Движемся дальше! – хвалю его и показываю, что можно делать в сидячем положении.
        Я провожу с ним полное занятие, а внучка всё фиксирует в тетрадь. Несколько раз заходила в комнату жена. Затруженная сельскими работами женщина смотрит печальным взглядом на кряхтящего мужа и лишь тяжело вздыхает. Напоминаю, чтобы не забывали контролировать давление.
        На следующей неделе мы работаем с ним, сидя на стуле и лёжа на полу. Учимся вставать со стула, держась за мои руки. Пока получается не очень. Володя пыхтит паровозом, преодолевая больной рукой и ногой силы земного притяжения. Он мокрый от усталости, хотя в доме не особо натоплено.
        - Ничего-ничего! – подбадриваю я. – Мёртвые не потеют. А ты потей на здоровье. Двигаем мышцами – массируем сосудистую систему – снижается давление.
        Ещё через неделю заметно похудевший Володя уже пытается дотянуться больной рукой до лба и с десяток раз может встать со стула. К тому же он всё реже стал пить таблетки от давления, всего пару раз за неделю. Уже пытаемся с ним ходить по комнате небольшими шажками. Я восхищён его успехами. Меня взял принципиальный азарт побороться за него. Когда я вижу такое, я завожусь, забываю о времени, предлагая ему освоить всё новые и новые движения. И он их делает.
        На четвёртую неделю Володе где-то нашли костыль и он, опираясь на него, накручивает круги по дому.
        - Ну, ты просто живчик, Володя! – удивляюсь я.
        - Стараюсь им быть! – смеётся он в ответ.
        Личные успехи его хорошо мотивируют. Он давно отпустил на учёбу внучку после каникул и уже сам себя обслуживает. Нога практически выздоровела. Немного рука отстаёт. Придаём ей больше внимания, нагружая новыми упражнениями.
        На пятую неделю я был шокирован. Володя встретил меня во дворе. Несильно опираясь на палку, он наматывал туда-сюда дистанцию.
        - Вот решил на свежем воздухе подвигаться, - чуть ли не оправдывался он. – В доме мне уже как-то тесновато. А сегодня погода солнечная и не холодно. Я уже и жене немного подсобил по хозяйству. А чего зря штаны просиживать?!
        - Ну, ты, живчик, даёшь! Я прям в шоке. Какой ты молодчинка! Так скоро и на улицу побежишь? Только смотри аккуратнее! Не переусердствуй!
        Володя наклонился ко мне и почти прошептал:
        - Вы не поверите. А если поверите, то будете меня ругать. Я сегодня сел в машину и тихонько доехал до нашей амбулатории. Заведующий как меня увидел, чуть со стула не упал. Даже креститься начал с перепугу. Крестится и приговаривает: «Чур, меня! Чур! Ты откуда взялся? Тебя с того свету отпустили?». Всё никак не мог поверить, что я живой и сам за рулём на машине приехал. В мыслях он меня уже давно похоронил.
        - Так чего же шёпотом? – радостно удивился я. – Тут от счастья кричать нужно. Это же какой прогресс!
        - Шёпотом, чтобы жена не услышала. Она сегодня с утра в город поехала, а я вот решился, - он погладил капот машины. – Тепленькая, ещё не успела остыть. Жена меня ругать будет, если узнает. Она считает, что я пока слабый и мне рано. А я чувствую, что могу больше. Я ведь, как вы сказали, живчик, и всегда был живчиком по жизни.
        После такого, я понял, что Володя в моей помощи уже не нуждается. Мы расстались, как давние друзья. На прощание со словами: «Не отказывайтесь! Это наше, натуральное!» он вручил мне трёхлитровую банку молока.
        Прошло много лет. Откровенно говоря в суматохе дел, я стал забывать этот случай. Но однажды, когда ехал в сельской маршрутке, ко мне обратилась юная девушка:
        - Вам привет от Володи.
        - Какого Володи? – не понял я.
        - Моего дедушки. Вы когда-то к нам приезжали и лечили его после инсульта. А я его внучка. Вы ещё его Живчиком называли. Помните? Он про вас столько рассказывал. Просил при встрече обязательно передать привет и сказать, что у него всё хорошо.
        «Живой Живчик! Молодец! Как здорово, что у него всё хорошо!» - подумал я. – «Только это не я его вылечил, а он себя. Я лишь подсказывал».