Треш поросятош

— Знаешь, как отличить в толпе португальца? — спросила она, отставив эспрессо.
— Как?
— Приложи к его глазу овальную повязку размером с куриное яйцо. Если в ней он похож на пирата — это португалец.
— Отличное наблюдение, — согласился я и тут же засомневался: — Возможно, не очень практичное. Найти португальца в Сеуле для нас так важно?
— Конечно! Португальцы шифруются, косят под корейцев. Только вот язык… португальский не спутаешь ни с чем.
— Почему?
— А потому: накладываешь на речь лекало — «треш поросятош». Если подходит по звучанию — это португальский.
— Логично, — я закивал. — А как быть с бразильцами?
— Бразильцев не трогаем, они свои.
— Как это?
— Прошли обкатку субтропиками. И вот ещё: смотришь на человека — вроде кореец, а прикладываешь ему на глаз повязку, — и уже подозрительно. Подходишь, вворачиваешь: «аннёнхасимникка?», а он: «obrigado». Ну, всё ясно.
— То есть ты предлагаешь клеить повязки на всех подряд?
— Зачем на всех? Только на тех, кто похож на пирата.
— И много таких?
— В Сеуле — полно. Ты просто не замечал. Они висят на крюках вместо пальто, прячут попугаев в рукавах, а карту сокровищ выдают за схему метро.
— И часто ты их вычисляла?
— Семь раз пробовала.

Мы вышли на улицу. Каждый встречный мне казался теперь подозрительно похожим на португальца. Я даже вздрогнул на переходе в тени огромного уличного зонта, услышав за спиной испанскую речь.

— Ничего, — улыбнулась она, щурясь на солнце. — Повязка-то с тобой?