Данилка

        В одном глухом лесу жил старик;лесник. И звали его Степаном. Люди к нему не ходили — больно строгим он был. Зверя стрелять не давал, да и лес ломать на дрова тоже запрещал. Но если ты за сушениной пришёл и лесу не вредишь, то и Степан на тебя не сердится.

Жил лесник далеко в лесу, и простой человек, не знавший дороги, к нему не добирался. Только участковый Митька, который нёс службу в посёлке рядом с лесом, приходил раз в неделю. Он приносил запас еды и медикаментов, слушал рассказы лесника и удивлялся, как тот может жить в лесу.

Жил с лесником его десятилетний внук Данилка. Мамка и папка у него погибли, вот он с дедом и поселился. Степан учил внука разным лесным премудростям: где какой зверь бежал, а где человек браконьерничал. Учил он Данилку и разным травам, и тому, как в лесу ходить и не заблудиться.

Данилка учился хорошо, деда слушал и всегда ему помогал: где лосю соли в кормушку дать надо, а где зайку из петли вытащить. Но никогда наш Данилка не отходил от деда далеко. Дедушка сам учил его и грамоте.

Летом они часто ходили глубоко в чащу и наблюдали за лесными зверями и птицами. Зимой же звери по привычке приходили к избушке лесника, и дедушка с Данилкой их подкармливали.

И вот как;то утром Данилка проснулся раньше дедушки. Встал, умылся и принёс дров и воды в избу. На дворе стояло жаркое и прекрасное лето. Птицы, уже давно проснувшиеся, пели каждая в свой лад — и казалось, что в лесу будто прекрасный слаженный оркестр. Звери тоже бегали кто куда, пробегая мимо избушки. У Данилки было хорошее, весёлое настроение. Он позавтракал, но дедушка почему;то так и не встал. Беспокойство за дедушку поселилось в нём.

— Что с тобой, дедушка? — подойдя к кровати, спросил он.

Дедушка повернулся к нему и ответил:

— Захворал я что;то, внучок. А Митька уже к нам месяца три не захаживал. Пойди, узнай, не случилось ли с ним чего. А мы и знать не знаем. Видишь ли, мне лекарство нужно, а ты мал ещё. Не научил я тебя в них разбираться. Боюсь, Данилка, время моё приходит.

— Нет, нет! — закричал Данилка и заплакал.

— Не плачь, внучок, слезами нам не поможешь. Ты собери себе котомку и ступай по тропе в посёлок. Да помни всё, чему я тебя учил. С тропы не сходи — она и приведёт тебя к Митькиному дому. Расскажи ему всё, а коль его не будет, то сходи к лекарю. Его Хавродием зовут. Ему тогда и расскажи про меня. Он поможет и тебе, и мне. Все слёзы убери и ступай, готовь котомку в дорогу, — проворчал лесник и перевернулся обратно к стенке.

— Я не смогу, диду, я ещё маленький, — сквозь слёзы прошептал Данилка.

— Маленький ты потому, что сам того хочешь. Соберись и вспомни всё, чему я тебя учил, и ступай — время дорого сейчас. Нечего тут сырость разводить, — проворчал снова лесник и накинул посильней на себя одеяло.

Вытер глаза Данилка и пошёл собираться в дорогу. Взял еды и воды, да арбалет прихватил, что дед ему прошлой весной сделал. Посидел на дорожку и, попрощавшись с дедом, пошёл по тропе к Митькиному дому.

Данилка хорошо знал эту тропу, по которой Митька из посёлка к ним приходил, но никогда не ходил по ней один. Больно страшной она ему тогда казалась.

Идёт Данилка по тропе и песенки себе поёт под нос, чтоб веселее идти было. Вдруг вдоль тропы кусты зашевелились, и из них слышится такой жуткий, странный голос. Испугался Данилка, нырнул за берёзку и смотрит на кусты — а от страха всё ещё страшнее, кажется. Глядит на кусты, но подходить боится. Час смотрит, второй, а кусты всё шевелятся, и голос из них странный доносится.

Стоит Данилка за деревом, боится, а про себя думает: «Я тут стою, кустов боюсь, а там мой дедушка больной лежит. Ему помощь Митькина нужна». Собрал он всю свою храбрость и пошёл смотреть, кто там в кустах сидит и пройти ему мешает. Подошёл, глядит — а там мышка солому себе в норку таскает. Сквозь кусты бегает, вот они и трясутся. Рассмеялся Данилка, что маленькой мышки испугался.

Но вдруг жуткий голос снова послышался. Снова испугался он, но не убежал, а стал по сторонам смотреть. Уж больно теперь интересно стало ему, кто таким жутким голосом рычит. Смотрит — а никого и нет рядом, только ветер деревья гнёт. Как начнут они качаться, так и жуткий голос появляется. Вспомнил тогда Данилка дедушкины слова, наказ, что в ветреный час даже лес говорить начинает. Снова улыбнулся наш Данилка и пошёл тропой к Митькиному дому. Идёт по тропе, весёлые песенки поёт, а птицы ему подпевают.

Идёт, а перед ним ручей тропу разделяет. Да вот беда: взрослому перескочить его просто, а ему никак. Сел тогда Данилка на бережок и опять заплакал, а в голове — слова дедушкины: «Слезами делу не поможешь, всегда выход есть. Хочешь дело сделать — подумай, а слёзы оставь на потом».

Вытер Данилка глаза, осмотрелся. Глядит — а чуть в стороне дерево через ручей лежит, словно кто мостик положил. Обрадовался он и перешёл через него на другой берег.

Пошёл наш Данилка дальше по тропе. Смотрит — недалеко от тропы зайка в силки попался. Не прошёл мимо, а освободил зайку. Снял силки и положил себе в котомку. Помнил он наказ дедушки, что каждая животинка жить хочет.

Идёт наш Данилка по тропе, песни поёт, а птицы ему подпевают. Смотрит — навстречу Митька с кем;то идёт. Обрадовался Данилка, подбежал к нему и обнял. Сели они рядом с тропой на травку, и рассказал ему Данилка про своё путешествие и зачем он к нему шёл. Похвалил его Митька за смелость, и пошли они обратно к деду уже втроём.

Митька помог: лекарства нужные дал и жил в избе, пока дедушка не выздоровел. А путник, что с Митькой шёл, оказался военным. Он учил Данилку военному делу, пока дедушка болел.

А как выздоровел лесник, военный с просьбой подошёл:

— Отдай ты, лесник, внука своего ко мне в обучение. У него талант к военному делу.

— Я не в праве за него решать. Пусть сам Данилка скажет, — ответил Степан.

Позвали они Данилку с улицы — он в ту пору с белкой играл, что давно приручена была к людям.

— Ты, Данилка, — начал говорить военный, — пойдёшь ко мне в ученики?

Посмотрел Данилка на него, потом на дедушку и улыбнулся.

— Да, конечно, если диду отпустит.

Дедушка обнял его и сказал:

— Да разве в пору мне такого храбреца у себя держать? Ты иди, грамоте учись, а как захочешь — возвращайся. Моя дверь и изба всегда открыты для моего внука.

Так они и решили. Данилка ушёл с военным учиться, а лесник один остался. Правда, Митька теперь чаще приходить стал и письма от внука приносить.

А когда Данилка выучился и вырос, то стал большим и сильным. Окончился его срок службы — и вернулся он тогда к дедушке своему. Стали они вместе в лес ходить и его охранять.