Место силы

    Мне шесть или семь лет. Я в доме, где родилась моя мама, где живут бабушка и дедушка. Раннее утро. Солнце еще не печет, и мы с дедом выходим за калитку. Перейдя дорогу, сворачиваем на узкую тропинку, трава, еще мокрая от росы, холодит ноги. Радостно поспевать за дедом. Он идет впереди меня, за спиной у него плетеный короб, а на плече острая коса – настоящая диковинка для городского ребенка. На лужайке дед начинает косить. Я смотрю, как падают самые разные травинки: и лебеда, и колоски, и полевые мелкие цветочки. С удовольствием дышу ароматом скошенных трав, помогаю складывать их в короб и жду, когда дед закончит.

 
    Вот наконец возвращаемся. Дощатая калитка кажется высокой, заходим во двор. Дед ставит короб, идет в сарай. Я бегу в дом. Дверь скрипнет – и вот уже приятно босиком пройти по деревянному полу и чистым половикам. Бабушка в кухоньке, пахнет блинами и ветерком из открытого окна. Начинается июльский жаркий день.

 
    Я сижу за небольшим столом, ем блины с густым клубничным вареньем. У мамы всегда варенье жидкое и ягодки в нем мелкие, а у бабушки варенье тянется, как мед, и клубника крупная-крупная. Блины бабушка печет толстые, нигде больше я таких не ела. Запиваю молоком и смотрю в окно. Радуюсь любимому вкусу во рту и разглядываю цветочки и листики за окном. А цветы розовые пахнут невероятно, и ветерок качает их потихоньку…


    Внутренний дворик, полностью скрытый от чужих глаз домом, деревьями и забором – одно из моих любимых мест. Я сажусь там за старый деревянный стол, который устроили когда-то прямо под яблоней. Здесь можно рисовать и любоваться, как над головой и прямо перед глазами на расстоянии вытянутой руки висят зеленые гладкие яблочки. Только посмотришь на них – и чувствуешь во рту их кислый вкус. Они еще совсем не спелые, но не утерпишь и сорвешь яблочко. Надкусишь и морщишься, но ощущаешь счастье в полной мере.


    Заскучаешь, пойдешь по двору, нарвешь какой-нибудь травки и несешь ее кроликам. У деда в сарае около десятка этих животных: беленькие, черные, серые с пятнышками. Сунешь травинку, подпрыгнет поближе такой зверек и жует ее, поводя глазками. А тут и дождик закапает. Стоишь рядом с кроликами, смотришь, как дождик мочит все кусты и деревья, как вода стекает с крыши и скапливается в лужицы на дорожках. А в окно дома, которое как раз напротив, выглядывает бабушка, видит меня и успокаивается.


    Я еще немного брожу по двору под мелким моросящим дождиком. Съедаю несколько ягодок с кустов крыжовника и смородины. Белая смородина самая сладкая. Вкусно, свежо и спокойно. Пахнет мокрой землей, цветами, летом и чем-то еще приятным.
После обеда мама перед домом расстилает мне покрывало, и я играю на нем своей любимой куклой. Рядом высокие пахучие розовые цветы – пионы. Их сладкий аромат навсегда привязан к этому дому. Мне становится жарко на солнце, и я вскоре ухожу со двора в комнату.


    В доме прохладно и тихо. Взрослые куда-то ушли, только дед спит рядом. Я брожу по комнате: то посижу в кресле, то заберусь на бабушкину кровать. Она такая высокая, что я не могу просто сесть на нее, как обычно, а встаю на приступочку, закидываю ногу и забираюсь, помогая себе руками. Я проделываю это несколько раз, спрыгивая на пол и снова влезая наверх.


    От жары хочется пить, и я иду на кухню, где стоит ведро с холодной колодезной водой. Пью из ковша. Это мы с мамой ходили к колодцу, и я видела, как она закидывала пустое ведро, а потом доставала его уже наполненное водой.


    Хорошо забраться по ступенькам на печку и лежать там, глядя на все сверху. Я часто играю там своей куклой и укладываю ее спать. Особенно удобно оттуда смотреть телевизор, но его редко включают. Зимой на печке было еще и тепло. Отогреешься после прогулки и тянет в сон…


***
    Бывало, проснешься ранним утром, а мамы и бабушки уже нет – ушли еще раньше в лес за черникой. Ждешь с нетерпением их возвращения, высматриваешь их за калиткой. А время начинает тянуться, как бабушкино клубничное варенье, и ждать уже нет сил. В эту минуту они возвращаются и ставят на пол корзинки с ягодами. Тут уж меня и сестру не отогнать от этих корзинок! Ягодки пахнут лесом и исчезают во рту одна за другой. Крупные, мелкие – все вкусные.


    Наедимся и просим деда повесить нам гамак за калиткой. Замечательный гамак, плетеный, крепкий! Дед закрепил его между деревьями, которые росли недалеко от дома через лужайку. Качаться лежа в гамаке – одно из истинных удовольствий. Можно смотреть на дома, на тропинку, на травку, на редких прохожих, на небо и облака. Однако, как и все непоседливые дети, мы быстро устаем от однообразия и уходим в дом. Казалось, что зайдем на минуточку, а задержались в разных играх на час. Выходим вновь за калитку, а гамака уж нет… Взрослые нас почти совсем не ругали, что мы не досмотрели за ним.


    К вечеру топят баню. Мама и бабушка носят воду в котел, а дед накладывает дрова и разжигает огонь. Водичка ледяная, а огонь горячий. Нужно немного подождать, и из котла начнет подниматься пар, в бане станет очень жарко. Я не люблю, когда очень жарко, поэтому мама меня моет самую последнюю. Тогда уже в бане просто тепло и сильно пахнет деревом и мылом. Мне всегда радостно, что воду можно лить прямо на пол, ведь дома в городе мне это вовсе запрещено. Черпать горячую воду из котла боязно, но приятно. Смешиваешь ее с холодной водой в тазике, моешься. А выйдешь из бани – нужно пройти через прохладные сени в дом. Так приятно вдохнуть свежесть и уличные запахи после пара и мыла! И сразу чаевничать садимся все вместе и болтаем о том о сем. Я слушаю всех с удовольствием, наблюдаю. Вдруг чувствую усталость от дневных приключений и желание лечь на мягкую удобную подушку…


***
    В один из дней мама зовет собирать липовый цвет. Ароматное дерево растет за калиткой возле соседнего дома. Мама, сестра и я принимаемся за работу, а бабушка сидит рядом на лавочке, и мы все разговариваем о чем-то. Когда делаешь работу вместе с родными, чувствуешь внутри какой-то трепет, некое единение, что-то невыразимо приятное, и так хорошо-хорошо на душе. Уже и устанешь, и хочется уйти, а все равно делаешь, откуда-то берешь силы и делаешь до конца. А потом уже отдыхаешь со всеми и ощущаешь радость от того, что справились все вместе.


    Как только заходим в дом, внезапно набегают тучи, темнеет вокруг и начинается гроза. Когда находишься в деревне в деревянном доме, молнии и гром всегда кажутся ниже, как будто рядом с землей. Бабушка сразу надевает косынку на голову и нам с сестрой дает надеть. Мы садимся в самый темный угол, подальше от окон. В доме становится темно, как после захода солнца. Дождь быстро стучит по крыше и окнам. Только дед и мой папа сидят возле раскрытого окна, посмеиваясь над нами. Они громко разговаривают, подзывают нас и стараются убедить, что ничего страшного не произойдет.

– Иди сюда, не бойся! – говорит мне отец.

    Но шум дождя кажется мне настолько сильным, а молнии сверкают так близко, что я не осмеливаюсь подходить. Природа проявляет свою силу, даже в этот момент я осознаю, что она сильнее и мудрее людей…
Из раскрытого окна пахнет летней свежестью, мокрой травой и грозовым ветром. Жутко и радостно одновременно.


***
    В субботу бабушка и мама стирают белье. Носят из колодца много воды. Наливают ее в старую стиральную машину и в большие корыта или ушаты для полоскания, которые стоят во дворе на траве. Я люблю полоскать белье, особенно небольшие вещи. Вода, конечно, холодная, руки замерзают, но на улице тепло, светит солнце и очень приятно греть руки на солнышке, а потом снова полоскать маечки и юбки. Внутри возникает приятное ощущение от совместной работы, все ходят и делают свою часть дела. В это же время из кухни доносятся приятные запахи будущего обеда.


    Дом живет. И это ощущение жизни повсюду и внутри. И весело становится и от предвкушения вкусного обеда за общим столом, и от ожидания приятного спокойного вечера с внутренней удовлетворенностью от проделанной работы и запахом чистого белья, высушенного на летнем воздухе и солнце…