Я хотел стать для нее героем

Часто слышу этот незатейливый вопрос:
— Помните ли вы свою первую любовь?
И каждый раз невольно улыбаюсь. Сразу и не знаешь, что ответить. Слишком много времени прошло. Сейчас я уже старик, но люди правы: то, что было первым и настоящим, забыть невозможно.
Свою первую любовь я помню до мелочей: имя, глаза, голос…
И самое смешное — случилось это ещё в детском саду.
Девочку звали Олеся. Русская, светловолосая, с огромными глазами — будто два тихих озера. Для меня она была самой красивой девочкой в группе. Первые дни я только украдкой смотрел на неё и никак не решался подойти. В голове бесконечно прокручивал разные варианты знакомства и героических подвигов, которые обязательно должны были произвести впечатление.
И однажды я придумал настоящий план.
Стоял тёплый летний день. Наша группа играла во дворе детского сада. Я отвёл в сторону Макса и предложил ему сделку: за два яблока и десять конфет «Взлётных» он должен был залезть на самое высокое дерево и громко кричать, что не может слезть. А я — героически его спасу прямо на глазах у Олеси.
Макс согласился мгновенно.
Схватив оплату, он взлетел на дерево так быстро, словно белка с турбонаддувом, и уселся ждать сигнала. Мы прождали довольно долго — Олеся всё не появлялась. Макс начал ворчать, что яблоки уже почти закончились и сидеть наверху ему надоело.
Но вот наконец вышла она.
И тут Макс заорал так, будто его собирались съесть: — Помогите! Спасите! Я не могу слезть!
К счастью, воспитателей рядом не оказалось. Всё шло по плану… если не считать одной маленькой детали: я панически боялся высоты. Выше кухонного стола в своей жизни я никогда не забирался.
Но ради любви человек способен и не на такое.
Дрожа коленками, я полез вверх, цепляясь за ветки с видом крайне неудачливого альпиниста. Страшно было так, что я мысленно успел попрощаться со всей своей короткой жизнью. Но до Макса всё-таки добрался.
Увидев меня рядом, он недовольно фыркнул: — Ну наконец-то!
И, ловко перескакивая по веткам, сам моментально спустился вниз.
А я остался наверху один.
С трудом пытаясь сползти обратно, я уже почти видел землю, когда подо мной громко хрустнула ветка. В следующую секунду я повис над землёй, зацепившись лямками шортиков за сучок, как плохо привязанный рюкзак.
От ужаса я заорал так, что, кажется, дрогнули стёкла в окнах детского сада.
Олеся подбежала к Максиму и стала умолять помочь мне. Но тот важно заявил: — Спасу… если дадите конфет!
И тут произошло то, чего никто не ожидал.
Олеся сама полезла на дерево.
Маленькая, хрупкая девочка — но решительная, как настоящий спасатель. Осторожно подобралась ко мне, отцепила от ветки и помогла спуститься вниз.
Когда пришла воспитательница, девчонки наперебой рассказывали, как Олеся спасла мне жизнь. А вечером ей и её родителям даже объявили благодарность.
Но самое хорошее случилось позже.
На следующий день мы с Олесей стали дружить. Она сказала, что я: — Забавный… похож на Карлсона. Только без вентилятора.
Через месяц я тяжело заболел. Меня отправили в санаторий, и в свой детский сад я уже больше никогда не вернулся.
Прошли годы.
Многое стёрлось из памяти, многое стало неважным.
Но свою первую любовь — девочку Олесю, которая однажды спасла меня с дерева, — я помню до сих пор.
© Улан Исмаилов,2012