Как выглядела настоящая стрелка в 1994 году?

Стрелка Васильевского острова в 1994 году: Ожившая история на фоне перемен
1994 год стал для Санкт-Петербурга временем контрастов. Город, только что вернувший себе историческое имя (Ленинград переименовали всего за три года до этого, в 1991-м), жил новой, непривычной жизнью. В то время как в центре кипели коммерческие палатки, на окраинах гремели «разборки», величественный ансамбль Стрелки Васильевского острова оставался островком холодного, сурового, но непоколебимого величия.

В этой статье мы совершим детальную реконструкцию того, как выглядела «главная стрела» города в середине 90-х. Это было время, когда прошлое уже не было таким далеким, а будущее еще не наступило. Здесь еще гуляли ветры «лихих 90-х», но камень, гранит и бронза помнили Империю.

Место силы: Панорама до глобальных изменений
Прежде чем говорить о мелочах, нужно понять общую картину. В 1994 году облик Стрелки не был тем глянцевым, отреставрированным «конфетти», который видят современные туристы. Биржевой мост, соединяющий остров с Петроградской стороной, был капитально перестроен еще в 1960 году (по проекту инженеров Демченко и Левина), поэтому с этой точки зрения панорама была привычной для современника . Но «натюрморт» деталей был совершенно иным.

Сразу стоит отметить, что многие объекты, которые мы сегодня считаем неотъемлемой частью Стрелки, в 1994 году отсутствовали.
В 2001 году нашли знаменитый якорь-кошку Олонецкого завода (1723 г.), а установили его только к 300-летию города в 2003 году . В 90-е годы на полукруглой площади перед Биржей не было этого массивного якоря — там была просто открытая брусчатка и газоны. Не было и бронзового тактильного макета-карты для туристов (он появился позже).

Архитектура доминант: Ростральные колонны в 1994 г.
Главные «маяки» Стрелки — Ростральные колонны — выглядели в 1994 году монументально, но, если присмотреться, несли на себе следы времени. Построенные в 1810 году по проекту Тома де Томона, к середине 90-х они находились в состоянии, далеком от идеала.

Состояние: Штукатурка и каменная кладка в 32-метровых колоннах потемнели от времени и копоти машин. Трещины в пудостском камне у подножия (фигуры рек: Волга, Днепр, Нева и Волхов) были видны невооруженным глазом .

Пламя: В 1957 году на колонны подвели газ, и в праздники на них зажигали факелы. В 1994 году это правило соблюдалось, но работа служб была не такой отлаженной, как сейчас. Огонь могли зажечь не всегда, а если зажигали — это было событие. Газовые горелки на вершине работали с характерным низким гулом .

Уникальный факт: Несмотря на «лихую» эпоху, вандализму эти гиганты (каждая весом около 250 тонн) почти не подвергались, хотя надписи на нижних ярусах колонн в те годы уже появлялись.

Здание Биржи: Центр коммерции или запустения?
Грандиозное здание Биржи, увенчанное скульптурной группой «Нептун с двумя реками» (символ морской мощи), в 1994 году уже не было храмом торговли. С 1939 года здесь располагался Центральный военно-морской музей. В то время это был лучший музей страны, но здание внутри требовало ремонта.

Для прохожего 1994 года здание выглядело строго и сурово. 44 дорические колонны фасада были выкрашены в традиционный охристый цвет (классический петербургский цвет песка/охра), но краска местами облупилась и выцвела . Перед входом в музей стояли очереди не только за билетами, но и за мороженым, которое продавали в ларьках прямо на ступенях главного входа — такое соседство старого музея и уличной торговли было типичной приметой 90-х.

Атмосфера и быт: Жизнь на Стрелке в 1994 году
Настоящий Петербург 90-х узнается не по фасадам, а по мелким деталям на асфальте. Стрелка Васильевского острова была важной транспортной артерией и местом отдыха одновременно.

Транспортное кольцо
В 1994 году не было системы выделенных полос и такого количества светофоров. Площадь перед Биржей работала как гигантское разворотное кольцо. Здесь было много «медленных» автомобилей — старые «Волги», «копейки» и первые иномарки (в основном подержанные) иностранных студентов и «новых русских». Общественный транспорт был представлен:

Троллейбусами (маршруты до Василеостровской).

Трамваями (линия существовала, но уже шла борьба за ее сохранение).

Маршрутными такси «Газель», которые только начинали захватывать город.

Сквер и «Понаехавшие»
Биржевой сквер, разбитый еще в конце XIX века (1894–1896 гг.), в 1994 году переживал свой «второй век» . Деревья были старыми, густыми. В отличие от сегодняшнего ухоженного парка с газонами, тогда сквер выглядел диковато: трава была вытоптана в тех местах, где люди сокращали путь.

Здесь собирались неформальные группы.

Рокеры и панки облюбовали скамейки и подножия колонн.

Торговцы сидели с семечками, пивом и сигаретами прямо на парапетах.

Молодожены свято чтили традицию: разбить бутылку шампанского о гранитную стенку набережной. Это было обязательным ритуалом. Свадебные кортежи состояли в основном из черных «Волг» .

Набережная и «Романтика Разрухи»
Спуски к Неве (пандусы) в 1994 году выглядели так же величественно, как и сейчас, но чувствовалось, что за ними давно никто не ухаживал. Гранитные шары (по бокам спусков) были исцарапаны. Львиные маски на набережной — через которые при сильном ветре переливалась вода — были местами без носов или с выбоинами. Подростки любили лазить по ним.

Вид на Зимний дворец и Петропавловскую крепость был открыт идеально. Но если сегодня этот вид подсвечивается прожекторами, то в 90-е вечерняя Нева тонула во тьме, подсвечивалась только отдельными окнами Ростральных колонн и бликами фар проезжающих машин.

Искусство против реальности: Свидетельства очевидцев
Если вы хотите «увидеть» цвет 1994 года, стоит обратиться к искусству. Художник Юрий Шаблыкин (1932 г.р., представитель ленинградской школы) написал картину «Стрелка Васильевского острова» в 1990 году, за 4 года до нашей эпохи . На его полотне — ведута (детальный городской пейзаж). Там изображена та же архитектура, но нет хаоса 90-х. Шаблыкин пишет вечный, идеальный Петербург — серебристое небо, холодный свет, перспектива .

А вот фотографы того времени фиксировали другое. На любительских фото в архивах видно:

Реклама: Первые растяжки, часто самодельные, закрывали колонны. Рекламировали «Marlboro», жвачку Turbo и местные банки.

Фонари: Фонари на набережной (те самые, знаменитые шары на цепях) горели тусклым желтым натриевым светом, создавая эффект «подводного царства».

Люди: Огромное количество людей в кожаных куртках-«косухах», безрукавках и вязаных шапках. Это была утилитарная одежда, которую носили годами.

Заключение: Почему 1994 год особенный
Стрелка Васильевского острова в 1994 году была местом, где «исторический центр» встречался с «новой русской жизнью». Это был последний год перед масштабными реставрациями и коммерциализацией.

Ансамбль (Биржа, Ростральные колонны, Кунсткамера за спиной) был уже прекрасен, но он находился в «тени». Это была эпоха, когда люди приходили смотреть не на чистоту отреставрированного фасада, а на необъятную воду и воздух свободы, который впервые за долгие годы повеял над Невой.

Здесь не было пафоса начала 2000-х, не было ограждений и тысяч селфи-палок. Там был просто гранит, холодная Нева и люди, которые чувствовали, что живут на переломе истории.

Часто задаваемые вопросы (FAQ)
Зажигали ли Ростральные колонны в 1994 году?
Да, зажигали в Дни города (27 мая) и на главные государственные праздники. Однако газ подавался не всегда исправно, и факелы могли не гореть по техническим причинам.

Где находился вход в метро?
Станция «Василеостровская» находится дальше по набережной Макарова. Пешком от Стрелки идти около 10-15 минут. Прямого входа в метро на самой Стрелке нет и не было.

Можно ли было попасть внутрь Ростральных колонн?
Внутрь колонн (туда ведет винтовая лестница) в 90-е годы попасть случайному туристу было практически невозможно — технические помещения обычно были закрыты.

Что находилось в здании Биржи?
Центральный военно-морской музей (переехал оттуда только в 2010-е годы).

Планируя прогулку по современному Петербургу, попробуйте мысленно «стереть» новые памятники и обновленные фасады — и вы увидите тот самый, суровый и великий город 1994 года.