14. Глава Дневник

 
 
Прошло ещё несколько дней прежде, чем у меня появилось время взять в руки дневник Инны надо признаться, что моё сердце было не на месте, когда я волнуясь открыла первую страницу. У меня было такое ощущение, что я поздно вечером подошло к незнакомому дому и заглянула в незанавешенное окно. Люд, которые проживали там никогда не думали, что кто-то посторонний будет наблюдать за ними и ходили по дому нагишом. Им было нисколечко не стыдно, так как они жили своей жизнью.
Дневник Инны начинался с момента, когда она, устроившись на работу в городе, решилась появиться в деревне, чтобы встретиться с Кузьмой и помириться. Она считала, что её поступок был не правильным. Себя она называла взбалмошной девицей, которая начитавшись всяких романов о чести девичьей, позволила себе ударить любимого по лицу и сбежать.
-Ничего бы со мной не случилось, если бы Кузьма убедился в моей честности, - писала она. Здесь имелись следы переживаний героини. Следы чернил в нескольких местах расплылись, видимо слёзы были слишком горькими. Мне, читая эти строки хотелось крикнуть:
-Дурочка! Ты поступила совершенно правильно! И зря изводишь себя.
Потом спохватилась, что никто меня не услышит и углубилась в чтение. Инна писала, что летела домой, как на крыльях, думая, что Кузьма стоит у порога приёмных родителей и рыдает, ожидая её прибытия. Но я очень ошибалась. Первым делом, когда переступила порог и встретилась с глазами матери, я поняла, что что-то произошло за моё отсутствие. Мама только посмотрела на меня и в её глазах блеснули слёзы. Она отвернулась и начала собирать на стол, чтобы покормить свою дочь, как это она делала всегда. Потом, глядя, как я второпях поглощаю пищу, она тихо сказала:
-Инна, только ты не переживай сильно. Я должна тебе сказать, что Кузьма не долго переживал о твоей пропаже и успел за это время жениться на Соньке.
Я чуть не подавилась картошиной, которую только что успела положить в рот. Словно кто-то большой и очень сильный схватил меня за горло и начал душить. Слёзы текли из глаз, а дышать было совершенно нечем. Мать очень испугалась и бросилась ко мне с кружкой воды, умоляя сделать хотя бы глоток. Я не помню, как очухалась как оказалась лежащей в кровати. Только помню, что меня бил озноб, мать укрывала меня, шептала ласковые слова, но у меня в голове бились слова: «женился на Соньке!»
Как он мог такое совершить? Ведь писал и клялся в любви, а тут не выдержал и месяц. Я ведь ждала его три года. Три года избегала знакомств, не отвечала на ухаживания местных парней. Только под утро меня прорвало, я смогла заплакать. Чтобы не услышали родители и дети, я спрятала голову под подушку и задыхалась там. Мне было очень больно, и я просила Господа, чтобы он послал мне смерть. Утром еле живая я уехала снова в город. Теперь я приняла решение, что выйду замуж за первого встречного. А первым встречным оказался Степан Воднев-мастер нашего цеха. Он сразу положил на меня глаз, но я избегала всяких контактов. Теперь же я научилась «стрелять» в его сторону глазками. Это не осталось не замеченным. Степан так и крутился около меня. То и дело спрашивал не тяжело ли мне даётся работа-если и тяжело, то, что вы сделать можете? – спрашивала я с улыбкой.
-Сделаю всё возможное, чтобы такая красивая девушка не работала физически, а сидела в беленьком халатике и дарила хорошим людям улыбки, - отвечал он.
Я думала, что он шутит так. Но вскоре меня позвали в отдел кадров и предложили пойти на курсы лаборантов. Я с удовольствием прошла курсы и теперь, действительно, сидела в стерильно чистом кабинете, в белом халате и проводила анализы. Сюда часто забегал Степан. Он приносил и незаметно подсовывал мне, то конфету, то кекс, то мороженое. Вечером после работы проводил в общежитие, где у меня была небольшая комнатка. Это ухаживание длилось недолго, и Степан однажды просто предложил:
-Инна, выходи за меня замуж.
Ни один мускул у меня не дрогнул от этих судьбоносных слов. Словно Степан предложил не руку и сердце на всю жизнь, а прогулку на один вечер. Я обыденно ответила, что согласна. Свадьбу решили не делать. Я не поинтересовалась даже есть ли у него родители, другие родственники. Степан тоже отнёсся к моей родословной прохладно. Он просто сказал, что жизнь свою мы будем строить сами для себя и поэтому не перед кем отчитываться не должны. В тот же день, после росписи в ЗАГСЕ, а это случилось через месяц после нашего заявления, Степан перенёс мой лёгкий чемоданчик в свою двухкомнатную квартиру, которая находилась недалеко от завода.
Степан уверенно и по-хозяйски ввёл меня в своё жилище, показал, где что находится и велел расстилать постель. Я вся горела от стыда, от боязни той первой брачной ночи. А Степан накрыл стол на кухне, нарезал докторскую колбасу, открыл банку маринованных огурцов, пожарил яичницу, в фужеры налил красное вино.
-Ну что, моя молодая жена, давай отметим наш союз. Я надеюсь, что он у нас будет прочным и счастливым. Ещё надеюсь, что ты родишь мне здоровых детей, воспитаешь их в любви и уважении к нам, к родителям. Чокнулись. Мы чокнулись фужерами. Звук оказался глухим. Степан выпил и заставил выпить меня. Признаться, я никогда в своей жизни не пила так много. Может от волнения или от других каких-то чувств, но пока я не захмелела. Степан закусил и налил по второму фужеру. Мы снова выпили вино. Есть мне не хотелось. Я еле-еле сжевала небольшой кусочек колбасы. Теперь у меня предательски закружилась голова.
Я что-то весело начала рассказывать мужу. Он отвечал, а я громко смеялась. наконец, Степан насытился, и начал убирать со стола. Я попыталась ему помочь, но только мешала, и он с улыбкой отправил меня в ванную и в постель.
Брачная ночь…… О ней у меня только неприятное воспоминание. Мой муж, когда мне стало очень больно, и я хотела закричать, просто зажал мой рот поцелуем, от которого я чуть не задохнулась.
Он сделал своё дело, блаженно улыбнулся и вскоре уснул, отвернувшись от меня. а я так и пролежала в неудобной позе, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить мужа. Когда через несколько часов боль утихла, я тихо встала и пошла в ванную комнату, где поняла, что теперь я настоящая женщина. Поняла почему Степан так блаженно улыбался. Он взял в жёны честную девушку.
Я вернулась на своё место и только под утро начала дремать. Но не тут-то было. Степан проснулся и снова навалился на меня. Я хотела оттолкнуть его, но он быстро подмял меня под себя и снова вошёл. Мне было больно и очень неприятно. Эта экзекуция продолжалась дольше, чем вчера вечером. Я кусала от боли губы и молила Бога, чтобы эта брачная ночь поскорее подошла к завершению.
Когда, наконец, муж насытился и закряхтев от удовольствия скатился с меня, я была почти без чувств.
-Спасибо, Инна, что сберегла себя для меня, - сказал он и хотел меня поцеловать, но я упёрлась обеими руками ему в грудь и замотала головой.
- Не хочешь, как хочешь! – равнодушно сказал он. Если тебе больно, то эта боль очень скоро проходит. Потом сама будешь просить меня повторить и повторить, -хихикнул он и снова погрузился в сон. На работу нам идти не надо было. Был выходной. Я, конечно, очень пожалела об этом. Потому, что и днём Степан снова «любил меня». А я бы лучше вагоны с углём разгружала бы. Только теперь поняла, что совершила очередную глупость; ведь Степана я не любила, а вышла замуж назло тому, кого любила. И мне стало так горько, что свет померк. Но обратного пути не было.
Я отложила дневник Инны в сторону и вытерла набежавшие слёзы. Я вспомнила, что мне говорила тётя Даша о замужестве Инны. Но разве мать знала о том, что переживает её дочь, о чём кричит её душа? Для меня, для незамужней девушки, этот дневник стал откровением, стал настольной книгой. Мне надо было срочно найти хоть какую-нибудь литературу, чтобы проникнуть в эту тайну мужчины и женщины. Ведь нас никто не учил этому. Если бы Инна знала, что так будет, она бы ни за что не решилась на замужество без любви. Она бы дождалась того, кто растопил бы её сердечко, их души слились бы воедино.
В доме моих хозяев было тепло. Иванович всегда к вечеру растапливал печку, чтобы я не замёрзла. Но сегодня мне было зябко. Я зябла от боли за незнакомую мне молодую и красивую женщину, за её сломанную по своей глупости жизнь.
А может я не права? Может она уже счастлива, - подумала я. Ведь, и тётя Даша говорила, что вышла замуж за своего Игната Ивановича без любви, а теперь вот как хорошо живут. Но что-то мне подсказывало, что Инна несчастная женщина. Но в тот вечер дневник в руки я не взяла. Мне хотелось, чтобы время приглушило то впечатление, которое вызвало откровение молодой девушки, пережившей свою брачную ночь.
 
 продолжение