Тоннель контрабандистов на тихом океане

По рыбам, по звездам
Проносит шаланду:
Три грека в Одессу
Везут контрабанду.

Эдуард Багрицкий

Татьяна упруго семенила по плотному песку за отходящей на глазах волной.
Отлив на Тихом океане.
И полнолуние.
В полнолуние отлив безропотно подчинялся луне. Ее круглое облако замерло над далеким горизонтом. Не облако и не луна — намек. Хочешь увидеть — обшарь все небо. И океан, подчиняясь полупрозрачной властительнице всех вод, всасывал-заглатывал-откачивал воду с пляжа так быстро, что Татьяне приходилось бежать-поспевать. Несподручно. На голове она несла, придерживая руками, упругую доску для серфинга. Вот и шаг получался упругим.

Скользкий снаружи, сухой внутри, черный скафандр мешал песчаному забегу. Водонепроницаемая вторая кожа стиснула тело. Ноги в неопреновых носках проваливались в мокрый песок, путались в водорослях. Подошвы ожигали мелкие острые ракушки — морские желуди.

Татьяна, соревнуясь с лунным магнитом, спешила догнать кромку океана. Хотелось войти по пояс в воду, лечь на доску и грести ладонями в неопреновых перчатках, радуясь ледяным брызгам в лицо. Выплыть к линии волн, оседлать устойчивую, подняться, наконец, во весь рост и мчаться по гребню, пока волна не сломается и сбросит непрошенную всадницу.

Но сегодня вода уходила стремительно.

Татьяна остановилась отдышаться, сняла доску и поставила ее вертикально. Вдохнула соль тумана, видимого ц берега, и не видимого ей. Острый запах огромных тихоокеанских водорослей с пушистыми головами и длинными узорными листьями. Их толстыми, пустыми внутри стволами, хорошо размахивать и лупить по бревнам пляжа.

Оглянулась: пляж, пока она бежала, обрел бесконечность и ровное сияние неба. Рассмотрела знакомую скалу, замыкающую пляж с севера. Ее купол словно осел к подножию. Не скала, конечно, а холм из песка и глины — нависает обрывом над пляжем. Дальнозоркими глазами Татьяна разглядела и ручей, который водопадом обрушивался с холма. Да, ночью шел проливной дождь. В струях водопада болтались белесые корни кустарников. Для Татьяны, глядящей издалека, мелкие цветочки кустов слились в розовое облако.  Жадная луна заглотит и пресные воды ручья, и этот розовый цвет.

Понемногу у подножия скалы стало проступать, обнажаться из-под воды что-то похожее на дверь. Нет! Ерунда! Дверь в скале…

Татьяна воткнула доску поглубже в песок, отстегнула липучку с веревкой с запястья и поспешила к скале.

Да, обычная дверь с облупившейся голубой краской. Татьяна оглянулась, пляж пустынен, лишь далеко в воде плотно чернеют головы серферов, поджидающих волну. Помедлила, но все же открыла. Дверь вела в узкий, почти по размеру её тела, тоннель сквозь холм. В самом конце чуть брезжил свет. Она стала осторожно продвигаться, держась за мокрые стены, задевая потолок, и оступаясь в лужи. Хорошо хоть костюм серфера спасает от холода. Остро пахло соленой водой, водорослями и опасностью. Тоннель вывел на маленький пляж, который, как поняла Татьяна, живет только с отливом в полнолуние.

Зачем? Кто пробил этот тоннель?

Потом уж раскопала в краеведческом музее, что это тайный тоннель контрабандистов двадцатых годов прошлого века.

Так что сломаться на гребне волны не пришлось.

21 мая 2026
Воспоминание о ноябре 2024.