Глава 6. Оставьте бога в покое

          Предыдущая глава: http://proza.ru/2026/05/13/1887



          «Не имейте дел с богами. Не доверяйте богам.
          Не злите богов. Не торгуйтесь с богами.
          Не тягайтесь с богами. Оставьте богов в покое».

                Стивен Фрай.

          Локи только хмыкнул, посмотрев на лежавшую без чувств девчонку, и подумал, что, ему стоит принять меры, чтобы оставшаяся без управления яхта не врезалась в ближайшую скалу. Он с подозрением осмотрел приборную доску, мерцавшую разноцветными, тусклыми огоньками индикаторов и подсвеченных шкал. При этом на его выразительном лице читалось явное сомнение. Одно дело водить флаер, другое – вот это чудо мидгардской мысли, совершенно небезопасное на вид. Для того, кто привык черпать энергию из мировых потоков, это гремящее, дурно пахнущее судно казалось олицетворением человеческого бессилия.

          В далёком прошлом в Асгарде тоже пользовались лодками, пока не решили, что летать намного удобнее. Идея научить лодку летать первым пришла на ум альвам, в совершенстве владевшим искусством магии. Оставив без изменений красивую старинную форму, они приспособили к знакомому средству передвижения левитационный комплекс, и так появился первый флаер. Асам пришлось по душе изобретение жителей Альвхейма и они усовершенствовали его, снабдив биометрическим распознаванием хозяина, голосовым управлением и зеркальным корпусом, отражавшим окружавший мир и делавшим его совершенно незаметным в небе.

          Локи осторожно потянулся разумом к системе управления яхтой, прислушиваясь к своему внутреннему состоянию – не появится ли снова тошнота и дезориентация. Но пока всё было спокойно. Тогда он закрыл глаза и направил импульс магии сквозь пластик и тиковую палубу вниз, в нутро яхты, пытаясь понять, что приводит в движение механическое сердце мидгардского судна. Он увидел два металлических цилиндра, внутри которых сжатый воздух смешивался с вонючим земным топливом и буквально взрывался, толкая тяжёлые поршни. Эти толчки крутили огромный стальной вал, выходящий через днище прямо в воду и вращающий винты. Всем этим железным хаосом управлял крошечный примитивный «мозг» из кремния, к которому по пучкам медных жил лениво, словно сонные черви, текли слабые электрические импульсы. Биометрию заменял ключ, вставленный в стартер, а управление скоростью и направлением осуществлялось с помощью рукояток и штурвала.

          Его поразил контраст. С одной стороны – примитивность: шумный двигатель, изрыгающий вонючий дым и содрогающийся в конвульсиях при каждой смене оборотов, сотни мелких деталей и паутина проводов. С другой стороны: конструкция, хоть и топорная, но рабочая, собранная с какой-то упрямой человеческой изобретательностью.

          «Они дисциплинировали огонь, заперев его в стальную коробку и заставив крутить винт, – с неохотным уважением подумал маг.  – Эти смертные действительно безумны. Не приручить стихию, а разозлить её, заставив работать на них – варварски, но эффективно».

          Локи оторвал взгляд от приборной панели и передвинул рукоять газа, придав лодке ускорение. Мотор отозвался глухим, мощным рыком, и яхта рванула вперёд, задирая нос.

          Позади него раздался тихий стон. Принц оглянулся и увидел, как мидгардка пытается сесть, потирая ушибленный локоть и морщась от боли. Её странная шапка слетела при падении, и по плечам рассыпался каскад белокурых волос, которым бы позавидовала любая асинья. Уродливые розовые стёкла, которые казались ему примитивным артефактом для тех, кто боится дневного света, валялись у противоположного борта. Астрид подняла на него испуганный, ещё мутный после стазиса, взгляд, и Локи замер. У неё оказались необыкновенно красивые, большие глаза того редкого цвета, который бывает у предгрозового неба над фьордами – глубокие, серые, с лёгким холодным блеском.

          Её беспомощность, смешанная с этой чистой, первозданной стихией в глазах, зацепила в нём какие-то давно забытые чувства. Внутри шевельнулось странное желание – помочь, защитить, успокоить, чтобы исчезло выражение страха с её милого, почти детского лица. Повинуясь порыву, Локи сделал шаг вперёд и протянул ей руку, раскрытой ладонью вверх, предлагая помочь подняться.

          Девчонка судорожно выдохнула и отпрянула назад, вжавшись спиной в пластиковый борт, словно увидела перед собой змею.

          Реакция Астрид мгновенно отрезвила мага, напомнив ему, кто он и кто эта дрожащая, скорчившаяся в страхе смертная. Импульс природного благородства тут же сменился глухим раздражением. Принц холодно прищурился, пожал плечами и демонстративно отвернулся, возвращаясь к штурвалу.

          – Как угодно, – процедил он сквозь зубы.

          Какое-то время на палубе царила тишина, нарушаемая лишь утробным рычанием двигателей да яростным белым кильватерным следом, бурлящим за кормой.

          Локи каждой клеткой своего тела чувствовал напряжение, царившее за его спиной. Наконец тишину нарушило тяжёлое, напряжённое сопение. Вероятно, Астрид отчаянно пыталась заставить двигаться непослушное после стазиса тело. Через минуту послышались осторожные, почти невесомые шаги, словно кто-то старался ступать бесшумно, затаив дыхание. Маг плотно сжал губы и замер, глядя прямо перед собой на ровную гладь фьорда, сохраняя полную невозмутимость и позволяя девчонке подойти ближе.

          Астрид чувствовала странный, болезненный и тягучий жар во всём теле. Мышцы слушались плохо, и каждый шаг давался ей с трудом. Больше всего на свете ей хотелось провалиться сквозь землю, забиться в самый тёмный, глухой угол каюты или просто перемахнуть через фальшбот в воду – только бы оказаться подальше от этого высокого, затянутого во всё чёрное, странного парня, который с такой нахальной уверенностью управлял её яхтой.

          Но любопытство оказалось сильнее.

          Он стоял на мостике, уверенно сжимая штурвал. Его силуэт чётко вырисовывался на фоне закатного неба. Девушка замерла, ловя каждое его движение. Кто же он такой? Мутант со сверхспособностями, скрывающийся от закона или действительно тот, чьим именем назвался – древний скандинавский бог, сошедший со страниц книг прямо на борт её судна, трикстер из мифов, великий маг и повелитель огня? Эта мысль показалась ей совершенно дикой и абсурдной.

          Едва дыша, словно провинившийся кот, она сделала ещё один маленький шаг вперёд и замерла, готовая в любую секунду броситься наутёк, если он обернётся. Страх всё еще сидел в подреберье липким комом. Сложно сохранять хладнокровие, когда человек, стоящий перед тобой, недавно одним гортанным звуком своего голоса заморозил само время – остановил яхту, брызги воды и её собственное сердце. Ей отчаянно хотелось рассмотреть его поближе, поймать хоть какую-нибудь деталь – искру между пальцами, особенное сияние глаз или просто какую-то человеческую слабость – что-то, что могло подтвердить или опровергнуть её догадку. Она ждала, что он обернётся. Но мужчина продолжал неподвижно смотреть на горизонт, словно вёл корабль не по приборам, а по одному ему ведомой воле. И совершенно не замечал её присутствия. Или только делал вид.

          «Во что же я вляпалась? – тревожно подумала девушка, пытаясь справиться с внутренней дрожью.

          – Вот мне чисто академически интересно, – раздался вдруг спокойный, глубокий голос.

          Астрид взвизгнула, подпрыгнув на месте от неожиданности. Локи даже не вздрогнул, проявляя чудеса выдержки. Он по-прежнему непринуждённо держал штурвал, подставив лицо незаходящему солнцу.

          – Мы плывём уже почти час, – продолжил он тоном, в котором сквозило высокомерное превосходство. – А это светило застряло в одной точке. Оцени масштаб, смертная. Моя магия сплела столь совершенные путы, что сковала само солнце и порвала ткань времён. Моя сила поистине не знает границ. 
 
          – Да это же полярный день, тупица! Солнце летом здесь вообще не заходит, – перегруженный паникой мозг Астрид выдал первую, пришедшую на ум фразу.

          И в ту же секунду, сообразив, кого она только что обозвала тупицей, девчонка зажала рукой рот и, зажмурив от ужаса глаза, замерла, с трудом подавив желание рвануть прочь,  пока не получила удар каким-нибудь заклинанием.

          Но Локи так и остался неподвижно стоять у штурвала, только спина стала ещё напряжённее и прямее. Триумфальная улыбка, игравшая на его лице  мгновение назад, угасла, сменившись выражением полного замешательства. Божественная гордость, только что взлетевшая до небес, с глухим стуком покатилась по тиковой палубе. Сказать, что он был смущён – ничего не сказать. Он был искренне растерян и уязвлён. Пытаясь скрыть эту позорную неловкость, принц глухо откашлялся в кулак и произнёс максимально деловым тоном, делая долгие паузы:

          – Кхм... Что ж. Прекрасно. Значит... мы выяснили, что мидгардское светило функционирует в штатном режиме. Отлично. Гм... И... э-э... раз уж мы вернулись к нормальному направлению движения... Сколько, ты говоришь, нам ещё плыть до этого самого Соммарёй?

          Астрид осторожно приоткрыла один глаз. Жива. Цела. Напротив всё также маячила широкая спина грозного бога или пришельца, кем бы он там ни был. Только что он выглядел как повелитель Вселенной, а сейчас с подозрительным усердием рассматривал карту навигатора на приборной панели.

          Медленно опустив руки и выпрямившись, она произнесла голосом, что ещё слегка дрожал от пережитого страха:

          – Примерно... час, если ты больше не будешь устраивать фокусы со временем.

          Несколько минут они плыли в полном молчании. За это время Астрид почти успокоилась, а Локи окончательно взял себя в руки. Его эго изо всех сил боролось с природным любопытством и жаждой новых знаний. Наконец он обернулся к девушке, которая продолжала настороженно стоять за его спиной, и уже без прежней спеси, но всё еще свысока произнёс:

          – Ладно. Допустим. Тогда объясни мне, смертная... э-э... Астрид, что это за магия, при которой ваше дневное светило отказывается отправляться на покой.

          Мидгардка сделала глубокий вдох, окончательно взяв себя в руки. Незнание элементарных, с её точки зрения, вещей придавало «богу» уязвимости, а ей –  уверенности. Она подошла ближе и став рядом с Локи, указала рукой на залитый золотым светом горизонт.

          – Это не магия, это астрономия. Земля наклонена к Солнцу своей осью. Летом наш северный полюс постоянно развёрнут к нему, поэтому мы буквально плывём под солнцем круглые сутки. Океан не даёт нам сгореть, здесь всегда прохладно. Но именно поэтому остров Соммарёй, куда мы плывём, называется «островом без времени».

          – Остров без времени? Звучит претенциозно, – Локи прищурился, вникая в слова девушки. – И что, люди, живущие там тоже не подвластны времени?
Глядя на суровое лицо своего «божественного» пассажира, на котором сейчас читался искренний интерес, Астрид окончательно избавилась от страха.

          – Почти, – произнесла она, улыбнувшись такой искренней и лучезарной улыбкой, от которой у мага перехватило дыхание. – Местные жители официально выбросили свои часы. Если солнце светит постоянно, какая разница, два часа ночи сейчас или два часа дня? Люди красят дома в полночь, дети играют в футбол в три часа утра, а кофе пьют тогда, когда хочется, а не тогда, когда «уже пора». Время там просто теряет смысл.

          – Кофе? – цепкий ум бога обмана  с ходу зацепился за незнакомое слово. – Это местный алкогольный напиток?

          Астрид не смогла сдержать смешка, но тут же стала серьёзной под пристальным взглядом зелёных глаз.

          – Нет, совсем даже не алкогольный. Это... ну, если коротко, то это легальный земной эликсир бодрости. Мы берем плоды кофейного дерева, обжариваем их семена, перемалываем в порошок и варим в кипятке.

          – Напиток из варёных семян? – Локи скептически приподнял бровь и поморщился.

          – Именно, – с энтузиазмом продолжила Астрид. – На вкус он горький, чёрный, как смола, а пахнет просто невероятно. Но главное – его магия. Внутри этих семян есть вещество, которое заставляет сердце биться быстрее, прогоняет усталость и проясняет разум. В нашем полярном дне, когда стираются границы дня и ночи, кофе – это то, что помогает нам не сойти с ума и держаться на плаву.
 
          Принц задумчиво хмыкнул, сложив руки на груди. Перспектива пить «горькую смолу» его не вдохновила, но концепция эликсира, пробуждающего разум, показалась любопытной.

          В то время, как Локи пребывал в раздумьях, Астрид стояла рядом, бездумно теребя пуговицу на своей рубашке, пряча за машинальными движениями рук растерянность, смешанную с изумлением. Можно было как угодно назвать события сегодняшнего дня, но это никак не помогало уложить в голове случившееся. Вот так: живёшь себе спокойно, думаешь, что знаешь всё об окружающем тебя мирке, а потом тебе на голову сваливается незнакомец, и вся твоя привычная жизнь переворачивается с ног на голову. Можно, конечно, счесть пустыми россказнями все его слова, но как быть с яхтой, висящей сама по себе в воздухе?

          Всё ещё во власти сомнений, она подошла к магу почти вплотную, заглянула ему прямо в лицо – снизу вверх, едва доставая золотистой макушкой до его плеча, и осторожно задала мучивший её вопрос:

          – Послушай. Мне ведь не послышалось тогда? Перед тем, как всё... застыло. Ты сказал, что ты бог.

          – Нет, не послышалось, – на губах парня заиграла едва уловимая ироничная усмешка. – Просто реальность отказывается упаковываться в твой маленький, уютный череп.

          Девчонка насупилась, внимательно вглядываясь в его резкий, точёный профиль. Смелость и нахальство возвращалось к ней быстрее, чем он рассчитывал.

          – Значит... Локи, – выдохнула она, пробуя на вкус его имя, острое и резкое, неожиданное, словно щелчок, и опасное. – Тот самый, из скандинавских мифов. Бог обмана, коварства и вечных неприятностей?

          – Нет, я не из ваших мифов,  – Локи глянул на неё уверенно и чуть-чуть свысока. – Мифы пишут люди. А им свойственно преувеличивать то, чего они не могут объять своим умом, и очернять тех, кого боятся до судорог. Но общую суть ты уловила верно.

          Девушка нервно сглотнула, поёжившись под этим пронизывающим, забирающимся под кожу взглядом, но не отвела глаза и, набрав побольше воздуха в лёгкие, выпалила:

          – Ну, так докажи! Покажи свою «божественную» силу. Но только без заморозки Вселенной. Что-нибудь попроще, пожалуйста.

          Локи сморщился, как от зубной боли. Ну, что за несносное создание! Другая бы уже молилась ему, стоя на коленях, а эта мелюзга ещё доказательств требует, глядя на него своими глазищами цвета зимнего океана, в которых надежда отчаянно боролась с недоверием. В этот момент он и сам не понимал, чего ему хочется сильнее: выкинуть эту строптивую смертную за борт или сгрести в охапку, заставив замолчать самым простым и очевидным для мужчины способом, просто ответив на её вызов поцелуем. И где-то на самом дне его божественного эго внезапно шевельнулось постыдное, мелочное желание – увидеть в её глазах не просто страх, а трепетное обожание и поклонение. Эта мысль была настолько жалкой и недостойной, что Локи чуть не застонал от отвращения к себе. С каких пор ему понадобилась ментальная капитуляция какой-то земной девчонки? Но её вызов задевал его глубинные инстинкты. И несмотря на ожидаемую отдачу от вмешательства в ткань реальности, он решился.

          Принц вспомнил их недавнюю ссору, дурацкое плоское стекло, на котором Астрид посмела показать ему вульгарную, оскорбительную шутовскую стряпню, под названием «фильм про Тора». Он так разозлился, что выбросил этот пасквиль в воду.
Маг сосредоточился. Найти остаточный энергетический след этого прибора в чистой воде фьорда было несложно. Локи мысленно зацепил его, сплетая простейшее заклинание левитации. И мироздание тут же послало ему свой ответ. Ощущение, что его лягнула в голову задними копытами норовистая лошадь, было совершенно реальным. Вот только никакой лошади не существовало. Когда же он, наконец, сумел вернуть себе нормальное мироощущение, то увидел, что Астрид стоит рядом, тревожно заглядывая ему в лицо.

          – Эй, что случилось? С тобой всё нормально?

          Локи зажмурился, освобождаясь от остатков дичайшего головокружения.

          – Пожалуй, вот прямо сейчас не очень. Но уже полегче...

          – Ты за секунду стал белее снега. Я думала, что ты свалишься в воду, и мне придётся за тобой нырять.

          – Я умею плавать.

          – Но не в таком состоянии.

          – В любом, уверяю тебя.

          Девушка продолжала стоять рядом, ловя его блуждающий взгляд. Наконец он сфокусировался и посмотрел ей в глаза, стараясь остановить кружение вселенной вокруг своей головы. Мелькнула шальная мысль: а ведь она и вправду беспокоилась за него. Это было не просто вежливое оказание моральной поддержки, а настоящее волнение. Удивившись собственному открытию, Локи нашёл в себе силы улыбнуться своей спутнице, как можно более жизнерадостно, предвидя её реакцию на возвращение так дорогого ей, как там его... айпада.

          И он не замедлил появиться, просвистев над их головами и с треском шлёпнувшись на палубу к ногам Астрид.

          Маг слегка повернул голову, ожидая увидеть на её лице благоговейный ужас, священный трепет или хотя бы каплю уважения к законам гравитации, которые он только что нарушил ради неё.

          Мидгардка молча посмотрела на мокрый, облепленный водорослями айпад. Затем на Локи. Лицо её исказилось от глубочайшего разочарования.

          – Ты серьёзно? – возмущённо воскликнула она, всплеснув руками. – И это всё? Да от него же теперь никакого толку, он же утопленник! Внутри него вода, плата сгорела, он даже не включится! Тоже мне маг! Лучше бы ты мне новый из магазина призвал, пятисотгигабайтный!

          Локи от неожиданности застыл, как соляной столб. Боль в висках на секунду отступила, вытесненная чистейшим, искренним изумлением.

          – Что? – тихо переспросил он, недоверчиво глядя на неё. – Я нарушил законы твоего осязаемого мира. Я заставил кусок железа лететь по воздуху со дна морского. А ты… ты отчитываешь меня за то, что он мокрый?

          – Да потому что он стоил, как два моих месячных дохода! – Астрид подняла несчастный айпад, брезгливо отряхивая с него водоросли. – Я три месяца без выходных катала туристов по этим чёртовым фьордам, спала по четыре часа в сутки, чтобы накопить на него! А ты его сначала утопил, а теперь вернул мне этот труп из алюминия и ждёшь, что я тебе поклоняться начну?

          Локи сел на диванчик и схватился руками за голову.

          «Надо было и вправду выбросить её за борт».

          Он смотрел, как она искренне, до слёз сокрушается над испорченным куском металла и внутри него боролись два чувства: раздражение от её неблагодарности и дикое, рвущееся наружу желание расхохотаться. Эта земная девчонка была абсолютно несносной, но в её приземлённой логике было какое-то извращённое очарование.

          – Ладно, замолчи. У меня от твоих причитаний голова раскалывается, – вздохнул он.

          Принц закрыл глаза и приготовился к новой порции боли. В этот раз он не воспользовался энергией, что текла вокруг. Вместо этого он осторожно направил свой разум внутрь прибора. Его ментальное зрение, натренированное веками изучения сложных механизмов, легко скользнуло сквозь защитное стекло. Часом ранее он подобным же образом изучал принцип работы двигателя этой яхты, чтобы понять, как ею управлять.

          Он увидел внутреннее устройство прибора. Замысловатые микроскопические дорожки, крошечные накопители и воду, закоротившую контакты. Ювелирно испарив влагу внутри корпуса, он нашёл поврежденные, на его взгляд, «лишние» микросхемы, которые мешали энергиям идти правильно и мягко перенаправил энергетические потоки напрямую.

          Открыв глаза, Локи с удивлением не почувствовал никакой боли, никакого головокружения. 

          «Так вот оно что... Когда я пытаюсь силой изменить физические законы этого мира, его полевые структуры бьют меня наотмашь. Но когда я ментально взаимодействую с материей, изучаю устройство и лишь слегка пытаюсь корректировать его – пространство остаётся слепым и глухим к моей магии».

          В этот момент в руках Астрид экран айпада ярко вспыхнул, и на нём появилось изображение надкусанного яблочка. Пальцы девушки запорхали по стеклянному экрану. Прибор был абсолютно сухим и работал быстрее, чем в день покупки.

          Девчонка подняла на Локи округлившиеся глаза, в которых светилось искреннее изумление. Пятисотгигабайтный утопленник не просто ожил – он летал по меню с такой скоростью, словно в него запихнули процессор от квантового компьютера.

          – Он работает... – прошептала Астрид, и её лицо вдруг просияло такой чистой, детской радостью, будто ей только что подарили весь этот фьорд. – Он, правда, работает!

          – Я встроил туда бесконечный заряд. Не благодари, – небрежно произнёс Локи, в душе победно улыбаясь.

          Девушка внезапно резко шагнула вперёд и, прежде, чем он успел что-то сообразить, с размаху обвила его шею руками, намертво вцепившись в порыве безумной благодарности.

          Локи мгновенно окаменел. Великий маг и наследник тронов двух миров оказался абсолютно безоружен перед объятиями земной девчонки.

          – Эй, смертная, – процедил он, стараясь придать своему голосу угрожающий тон, хотя внутри его разбирал смех. – Ты нарушаешь личные границы божества. И если ты меня сейчас же не отпустишь, узнаешь мой гнев.

          – Ты лучшее божество на свете! – Астрид, кажется, вообще его не слышала, продолжая душить в объятиях и шмыгать носом ему подмышку. – Спасибо, спасибо, спасибо! Я беру назад свои слова про тупица! Ты просто гений!

          И подняв на него свои глаза-озёра, вдруг ни с того ни с сего произнесла:

          – А тебе кто-нибудь говорил, что у тебя просто фантастически красивые глаза? Такие зелёные, как вот эта вся растительность вокруг!

          Она внезапно отпустила шею Локи и, заложив за спину руки с зажатым в ладонях айпадом, повернулась на носочках и неспешно отправилась в рубку, оставив своего спутника стоять столбом.

          Десяток-другой секунд Локи простоял с открытым ртом, потом взял себя в руки и захлопнул челюсть. Еще какое-то время ушло на то, чтобы осознать: он, никогда не лезущий за словом в карман, не знает, что ответить.


СЛЕДУЮЩАЯ ГЛАВА: продолжение следует