Вспомним. 15 лет со дня смерти И. С. Кона

В конце апреля этого года исполнилось 15 лет со дня смерти Игоря Семеновича Кона (28 мая 1929 года – 27 апреля 2011), выдающегося социолога, психолога, сексолога, эрудита, мужественного человека, личности высоких гуманистических принципов. На proza.ru размещено несколько моих текстов о Коне, это воспоминание было написано пять лет назад, по случаю 10 лет со дня его смерти.
У Кона не было семьи, поэтому в эти дни его вспоминают лишь немногие живущие его друзья и, надеюсь, многие ученики. Здесь описаны две встречи с Коном. Первая, как оказалось, ввела меня в социологию, последняя – была прощанием с ним...


Но сначала – несколько слов о Коне его многолетнего друга Владимира Александровича Ядова. Это – фрагмент моей беседы с Ядовым, состоявшейся в 2013-2014 годах. В течение восьми лет, отделявших моё второе интервью с Ядовым от первого, умерло несколько социологов, близких ему по понимаю их общего дела и по гражданской позиции. Потому в нашей второй беседе был более чем оправдан следующий вопрос: «В последние годы ушло несколько человек, дорогих нам не только как профессионалы, но и как личности. Давай поговорим о них, это тема – трудная, но нам надо и с ней справиться...». Приведу полный ответ на него:
«Ты задал непростую задачку, сказать о наших товарищах что-то ранее не сказанное. Мне представляется, что стоит поговорить о стиле их работы: «человек – это стиль». Википедия приписывает эту фразу французскому натуралисту 18 века Бюффону, который, правда, сказал несколько иначе – “стиль – это человек”. Хочу напомнить, что советский психолог Вольф Соломонович Мерлин целенаправленно исследовал проблему индивидуального стиля деятельности и пришёл выводу, что разные люди способны решать поставленные им задачи разными индивидуальными “манерами”.


Игорь Кон, например, прежде, чем приступить к работе над некоторой проблемой, затрачивал уйму времени на поиски литературы, исчерпывающей предмет к данному времени. Я уже говорил, что проект “Ценностные ориентации” мы начали с переходом всей командой в ленинградский отдел ИКСИ, которым руководил Игорь. Долгое время мы не могли сколь-нибудь продвинуться в разработке программы по той причине, что Игорь, выслушав каждого, неизменно заключал: об этом писал такой, а проблема, о которой говорил (обращается к “неучу”) хорошо известна. И называет источники. Игорь сам предложил мне взять на себя руководство, продолжая приходить на рабочие обсуждения программы. Я пытался, как считал, в меру дозировать знакомство с литературой, отсекая всё пограничное, и мы начали продвигаться.
В общем скажу, что стиль работы Игоря Кона – это стиль учёного книжника, притом работающего в одиночку, о чём он рассказывает в своих мемуарах».


Теперь, воспоминание о Коне его коллеги, выдающегося археолога, историка и культуролога Л.С. Клейна: «Сначала его друзья знали, что он многообещающий философ, потом что историк философии, затем на первый план выступил социолог, позже он оказался психологом, потом проявились его другие ипостаси — то ли культур-антрополог, то ли сексолог. И, наконец, стало ясно, что Кон — это ЯВЛЕНИЕ советской, а затем российской общественной и культурной жизни. […] В условиях нашей страны, с её причудливой смесью марксистских догм и средневекового клерикализма, коррумпированной науки и суеверий, для этого требовались огромные знания, постоянный труд и мужество».


ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА С И.С. КОНОМ

Моя первая встреча с социологией как наукой и с социологами произошла именно по приглашению И.С. Кона принять участие в таких рабочих заседаниях. Движение к этой встрече было долгим и сложным, а мое вхождение в социологию, можно сказать, было мгновенным и простым.
В июне 1967 года, за шесть месяцев до окончания аспирантуры, состоялось распределение. Я смотрел на это как на рутинное мероприятие, но оно оказалось определяющим в мой жизни. Мне единственному была предложена работа вне Ленинграда, в Архангельске — при том, что всем, даже приезжим, нашлось место в ленинградских НИИ и учебных институтах. Распределение я не подписал и начал искать работу. Позиции были, но всюду меня просили принести документ, который я по определению принести не мог: освобождение от распределения. Завершился 1967 год, я уже начал подумывать о работе в Архангельске.


В январе 1968 года мой приятель, физик, слушавший на своем факультете теперь уже – легендарные лекции И. С. Кона по социологии личности, предложил мне сходить на какую-то открытую лекцию на факультете психологии и там познакомил меня с Коном. Я сказал Игорю Семеновичу, что я – математик и ищу работу. Кон пригласил меня на семинар, на котором сотрудники Ядова обсуждали общие концепции диспозиционной теории. Пришел, мало что понял, но встретил там давно знакомую по мат-меху Галю Саганенко, теперь она известный – социолог, доктор наук и профессор, а тогда — недавняя выпускница мат-меха, работавшая в команде Ядова.
Я рассказал ей, что ищу работу, и разошлись. Но через несколько дней мы случайно встретились на мат-мехе, она – как всегда – торопилась и лишь сказала, что есть социолог с бородой Здравомыслов, которому нужна консультация по обработке результатов социологического исследования. Дала его телефон и побежала дальше. Позвонил я не известному мне Здравомыслову, сослался на Саганенко, объяснил, кто я и в чем заинтересован. Он назначил мне встречу на каком-то совещании в Большом зале главного здания университета.
Кто-то из присутствовавших в зале указал мне на Здравомыслова, он в тот момент о чем-то говорил с профессором психологического факультета Евгением Сергеевичем Кузьминым, с которым я был знаком пару лет.


Мое знакомство с Андреем Григорьевичем состоялось, и после нескольких минут разговора он попросил меня прийти в Таврический дворец. Пришел, и человек в военной форме дал мне пропуск и объяснил, как пройти на кафедру марксистско-ленинской философии. Деталей я не знал, но буквально через три-четыре дня я стал ассистентом кафедры марксистско-ленинской философии Ленинградской высшей партийной школы (ВПШ) при обкоме КПСС. Так я «приземлился» в социологию, даже не представляя, что это за поляна. Это было 12 февраля 1968 года. Так цепочка ленинградских ученых: И. С. Кон – Г. И. Саганенко – Е. С.  Кузьмин – А. Г. Здравомыслов определила мою профессиональную жизнь. Уверен, даже много больше.


ПРОЩАНИЕ С И. С. КОНОМ

На 2 мая 2011 года на конференции Gallup International Association в Москве была запланирована презентация моей книги «Джордж Гэллап. Биография и судьба» [1], до этого несколько членов Оргкомитета посещали Петербург. Был приглашен и я, поэтому моя поездка в Россию началась заранее, 26 апреля. 27 апреля вечером я прямо с самолета отправился к моей сестре, и, по-моему, 28 апреля вечером она сказала, что звонил Б. М. Фирсов: «Умер Кон», все о похоронах знает Ядов. Конечно, я сразу позвонил Владимиру Александровичу, узнал о времени и месте прощания с Игорем Семеновичем и обещал быть. Панихида была назначена на утро 1 мая в небольшом зале прощаний в больнице, в которой лечился Кон, по-моему в районе метро «Шаболовская». Приехал пораньше, было очень холодно и ветрено, народ собирался медленно, знакомых было мало. Через какое-то время ко мне подошла Наташа, многолетний водитель машины, прикрепленной к Ядову, его верный друг. Владимир Александрович ждал меня в машине, он уже ходил с большим трудом. Начало панихиды затягивалось, но вот народ стал заходить. Зал был заполнен, однако никто не решался заговорить... многие смотрели на Ядова, но ему было, наверное, сложнее многих других... Прощание прошло быстро, народ стал расходиться... некоторые садились в автобус для поездки в крематорий... я объяснил Владимиру Александровичу, что не смогу быть в крематории, но он попросил меня приехать на поминки...


С некоторым опоздание, мне помнится, что поминки проходили в ресторане «Черный лебедь», я приехал... людей было немного, во главе стола сидели Владимир Магун с женой и Леонид Гозман. У другого конца стола сидел Ядов, и после него было несколько пустых кресел. Конечно, я сел рядом с ним... за годы жизни в Америки, в процессе проведения историко-социологического исследования я сблизился с моими социологическими наставниками, официальное обращение к ним по имени и отчеству сменилось дружескими Володя и Игорь.
Наверное, в начале поминального обеда были выступления коллег и друзей Кона, но когда я пришел, люди говорили лишь с соседями, тихо и мало.
Мы с Володей вспоминали ленинградские годы, встречи с Игорем... конечно, больше говорил Ядов, я старался слушать... было грустно, мы и без слов понимали друг друга...
А через четыре года не стало и Володи Ядова...


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В 2016 году вышла моя книга о В. А. Ядове [2], а в 2019 году в журнале «Телескоп» была опубликована часть моей переписки с И. С. Коном за 2005-2008 годы [3]. Переписка оборвалась незадолго до смерти Кона, 5 марта 2011 года.


1. Докторов Б. Джордж Гэллап. Биография и судьба. М.: Изд-во ООО»Полиграф – Информ», 2011.
2. Докторов Б. З. Мир Владимира Ядова. В. А. Ядов о себе и его друзья о нём. М.: Радуга, 2016.
3. Докторов Б. Игорь Кон: «От истории ничего утаить нельзя» Из электронной переписки с И.С. Коном. Часть I. 2005-2006 гг. // Телескоп. 2019. №2. С. 2-13; Часть II. 2007-2008 гг. // Телескоп. 2019, №3, с.7-21.