Понемногу обо всем

               
       Я уже писал о том, что меня использовали и на других работах.  Флаг связист доверял мне и не боялся поручать работы, связанные с радио аппаратурой.
       Перед длительными выходами в море, мы сдавали радиоприемники в мастерские Флота для профилактических работ. А после их забирали.
       И вот, мне дают команду забрать приемники из мастерской. Приезжаю и отдаю документы, необходимые для получения аппаратуры. Меня приводят в ремонтный зал.
«Принимай» - говорит мне мичман.
       Я готов их принять, но прежде надо проверить их работоспособность. Включаю и жду, когда прогреются лампы. После чего начинаю проверять.
       Но, что это? Стрелки должны находиться в зеленом секторе, а здесь – где угодно, только не в зеленом. Получается – лампы заменили, а в режим их не вогнали.
       Если такое безобразие увидит Флаг связист, то нагоняя не избежать. Зову мичмана и говорю ему, что параметры ламп не выставлены. Тот начинает возражать, что мол тебе надо, так ты и делай. Наше дело – это заменить лампы, что и сделали.
       Но тут, "возбух" я. Началась перепалка. Я стал требовать начальника.  Мичман долго артачился, но я стал настаивать. На шум сбежались все.
       В свой адрес я услышал много прелестных слов.  И что, я салага, и ничего не понимаю, и вообще я ноль. Было неприятно и обидно.
       Да, я был по званию и по возрасту им неровня. Но, в море они не пойдут, в случае чего, за аппаратуру буду отвечать я.
       Я продолжать требовать начальника. Один мичман, видя мое упорство, пошел за начальником.  Подходит начальник и интересуется, что здесь произошло. Я все ему рассказал.
       «Да, с тобой не поспоришь» - говорит он, и дает команду привести режимы ламп в норму.
       Мичман нехотя стал регулировать параметры ламп. Закончил. Я еще раз все проверил – это другое дело. Расписываюсь в получении аппаратуры и на лодку.
       На следующий день на лодку приходит наш Флаг связист.
       «Да ты, оказывается – скандалист»- говорит он мне. Я молчу.
       «Не ожидал я такого от тебя» - продолжает он.
       Я молча проглатываю сказанное. И начинает сам проверять режимы ламп приемника. Все в норме.
       Поворачивается ко мне и говорит: «молодец матрос.
       Ты все сделал правильно.  Им в море не ходить, но, скандалить не надо было.»
       Оказывается, начальник мастерских позвонил Флаг связисту и все рассказал.
       Я отхожу от этих слов. Становится приятнее от похвалы. После этого случая, он загрузил меня командировками.
       Об этих командировках я расскажу в отдельных рассказах.
                ***
       Я уже писал, что перед выходом в море, мы пополняли запас всего необходимого для нашей службы.
       Мы готовились к выходу на боевое дежурство, а это месяц в море.
       Надо было кое - что получить на складе. Нам – радистам, надо было получить магнитофонную пленку и пополнить ЗИП.
       Наш боцман берет меня с собой в помощь. Берем с собой две 20 литровые и одну 10 литровую канистры под спирт.
       Подходим к складу. Боцман мне говорит: «Иди получи спирт, а я получу краску и ветошь.»
       Беру накладные на получение спирта и канистры. Подхожу к стойке и отдаю накладные мичману- кладовщику.
       Тот смотрит накладные и говорит: «Сколько будешь брать спирта.»
       Я ставлю на стол две 20 литровые канистры и говорю: «вот».
       Мичман, хитренько улыбаясь, говорит: «хорошо матрос, понял.»
       И начинает наливать спирт в канистру.
       И почти уже наполнил ее. Я молча наблюдаю. Но, в этот момент входит наш боцман.
       «Канистру взвесили?» - спрашивает он у меня.
      «Нет» - отвечаю я.  Это 20 литровая стандартная канистра, и зачем ее мол взвешивать – подумал я.
       Боцман говорит кладовщику, что бы тот прекратил наливать спирт. Берет вторую канистру и ставит на стол.
       «Взвешивай» - говорит он мичману. Хитринка исчезает с лица кладовщика. Он берет канистру и взвешивает.
       «А теперь переливай спирт сюда из той канистры» -  говорит боцман.
       Мичман с недовольной физиономией стал переливать спирт.
       «Смотри на весы» - снова говорит наш боцман.
       Я смотрю на все манипуляции со взвешиванием и переливанием с недопониманием и удивлением. Зачем это все надо?
       Оказывается, спирт выписывают и получают в килограммах. А вес одного килограмма спирта составляет немного больше одного литра. Правда, все зависит от плотности спирта, температуры и от самого спирта – какой этот спирт.
       Это сейчас я знаю о спирте кое -  что. А тогда я был полным профаном в этой области. Загляните в Интернет – та все подробно написано о спирте.
       Вот, на этой разнице кладовщики и имеют лишек для себя.
       После получения спирта идем на другой склад получать магнитофонную пленку.
       В нашей накладной было указано, что нам было положено получить 1000 метров пленки - это две кассеты по 500 метров.
       Мы использовали 500 метровые кассеты.
       Причем -  в накладной единица была написана одной простой палочкой – носика не было. Я отдаю накладную мичману.
       Тот смотрит и говорит мне: «матрос, есть деловое предложение. Ты получишь свою пленку, сколько положено и еще кассету сверху.
       «Это как?» - спрашиваю я.
       «Смотри» - отвечает мичман.
       Он берет накладную и показывает ее мне.
       «Видишь единицу как она написана. Допишем к ней две черточки и получим четыре тысячи метров.
       То есть – сделать из одной тысячи четыре.
       «Каждый получит по тысяче метров пленки, и ты в накладе не останешься. Т.е. – 1000 для лодки, а 3 тысячи метров разделим.
       Кровь заиграла в моих жилах. Соблазн был велик. Тогда пленка была в дефиците.
       С другой стороны - витала мысль, а что будет со мной в случае обнаружения подделки. Ведь любая проверка сразу же выявит дописку о количестве пленки.
       Но, я был хорошим мальчиком, и отказался от такого заманчивого предложения.
       Я получил свои кассеты по 500 метров, и мы покинули склад.
                ***               
       Немного расскажу о еде на лодке. Перед каждым выходом в море пополнялись запасы продовольствия. Подъезжала машина с продуктами, все было упаковано в картонные ящики и коробки.
       Боцман и кок принимали это добро, и все это отправлялось в провизионную камеру – по сути это большой холодильник. Там все аккуратно раскладывалось, и по мере надобности, доставлялось на камбуз, а оттуда на бачки.
       Продукты были разнообразные – это хлеб белый кирпичиком, хлеб темный, пропитанный спиртом в полиэтиленовых герметичных пакетах. Он долго сохранялся и был мягким.
       По вкусу был горьковатый, сказывалась пропитка спиртом. Он был на любителя. Его использовали, когда заканчивался белый. Дня три его можно было есть, а потом наступала спиртовая оскомина.
       Надо сказать, что этот хлеб пользовался успехом. Когда лодка возвращалась из похода, то к ней подходили матросы береговых служб и просили этот хлеб. Его можно было обменять на сигареты или еще на что - то другое.
       Но, главное – это то, что от него балдели. Надрывалась полиэтиленовая упаковка, и этот разрыв подносили к носу или ко рту, и дышали испарениями спирта.
       Две, три таких упаковки и наступал балдеж. Мы такого не делали – хватало «шила». Шило – так называли спирт на Флоте. Нам запрещали выносить этот хлеб и отдавать береговым матросам, но все же выносили.
       Очень много было различных консервов, как рыбные, так и с мясом – тушенка. 
       Были также овощные блюда – особенно из Болгарии и Югославии.
       Особым спросом пользовалась сгущенка. Из нее делали так называемые «птюхи». Делалось это так: белый хлеб кирпичиком разрезали на четыре части.
       Из четвертинки выбирали среднюю часть мякиша и туда заливали сгущенку. Это была большая птюха. А маленькая - это опять же от кирпичика отрезалась горбушка сантиметра три, из середины также выбирали мякиш и заливали сгущенкой.
       Из круп преобладала гречка. Была также колбаса твердого копчения «Московская». Голландский сыр шарами., куриные яйца. Сливочное масло, сахар рафинад, печенье, галеты, бублики, сухари. Из сладкого –это различные джемы, повидло, варенье.
       В морозилке висели мясные туши. Особым спросом была вобла. Она хранилась в герметичных металлических трехлитровых банках. Это была астраханская вобла. Одна в одну и все с икрой.
       Было и вино. Это в основном белые вина «Рислинг» или «Ркацетель».
       Давался и шоколад. Это были маленькие плитки из серии «Сказки Пушкина».
       Еды было много, и жаловаться на кормежку было бы грех.
       Несмотря на разнообразие еды, порой ничего не хотелось есть. Все - таки длительное нахождение без солнца и свежего воздуха давало о себе знать.
       Доктор очень следил за нами, и иногда вместо вина назначал спирт. Это делалось для того, чтобы работал желудок. А, те положенные 50 грамм вина, порой и не помогали. Иногда делали так: делили вино на несколько частей или отдавали кому- то одному. Делали это по очереди.
       А, если лодка попадала в шторм, то к еде вообще не притрагивались. Сосали воблу и ели галеты. И полный стол еды оставался не тронутым.
       Было по - всякому. Надо сказать, что меня никогда во время шторма не тошнило. Мой Шурик, я его менял, научил меня, как переносить качку и все есть.
       Все просто: надо есть сливочное масло. Масло обволакивало стенки желудка, и неприятных ощущений было меньше. Бывали случаи, что пол бачка, не ели. А за столом сидели два, три матроса – ешь – не хочу.
       Так вот: во время загрузки провианта – умудрялись подворовывать сгущенку, печенье, бублики и еще что ни будь вкусненькое.
       Если не хватало много банок, то боцман обходил все отсеки и изымал эти банки. Он знал все потайные места на лодке. Если не хватало две, три банки, то на это закрывали глаза.
       Приведу пример завтрака на лодке: это обязательно яйцо, 50 грамм твердой колбасы (Московская колбаса), листик голландского сыра, толщиной в пол сантиметра, сливочное масло, сахар рафинад, белый хлеб, какао или чай и каша.
       Такой рацион был одинаков для всего экипажа от командира лодки до последнего матроса.
       На берегу же - все питались отдельно. Матросы ели свою еду, мичманы свою, а офицеры свою.
      Если у кого-то был день рождения, то выдавалась банка сгущенки, связка бубликов, вобла и шоколадка, а также кок пек торт.
      Так, что с едой было все нормально.

                ***
           .