Мiхась i свiння

Поздней осенью, когда по утрам навоз во дворе уже брался коркой, дзядзька Міхась решил колоть свинью.

Свинья была старая, жирная, с умными глазами. В деревне даже говорили:

-Глядзіць, як старшыня перад праверкай.

С утра во дворе стоял пар от дыхания, пахло соломой, дымом и кислой капустой. Міхась молча точил нож о камень. Жена вынесла таз.

- Глядзі, каб без крыку сёння, - сказала она. - Учора ў Пятровіча паўвёскі слухала.

- Свіння ж, не чалавек, - буркнул Міхась.

Только подошёл к хлеву - свинья сама выходит. Медленно. Смотрит прямо на него.
И человеческим голосом говорит:

- Ну што, гаспадар… Прыйшоў час?

У Міхася камень из рук выпал.

- Цьфу ты, нечысць…

А свинья спокойно: - Ды не. Усё нармальна. Я ж на гэта і гадавалася. Каб людзі сала елі. Такі парадак.

Міхась даже перекрестился.

- Ну… свінням свінячая смерць.

Свинья вздохнула почти по-человечески:

- Воно як… А табе хто сказаў, што чалавеку -чалавечая?

И тут из-за сарая вылетает кабан. Огромный, чёрный, дикий. Видимо, из леса пришёл на запах.

Как даст Міхасю клыками между ног.
Тот сел прямо в мерзлый навоз и завыл на всю улицу.

А свинья подошла ближе и тихо сказала:
- Каб яшчэ аднаго дурня свет не атрымаў.

Потом повернулась и ушла обратно в хлев.

А Міхась после этого два месяца дома сидел. Боялся выйти. Не пил, не ругался, свиней не резал. Только глядел в окно на сарай и каждый раз, когда оттуда раздавалось хрюканье, вздрагивал.