Кино Большереченска...

     Другие места страны давно уже снимают своё кино. А Большереченск в этом сильно поотстал. Не снимает свой движ. Своё кино. И вот большереченцы с деньгами стали вдруг думать о появлении в Большреченске своего, местного, движа. Кино, снятого большереченцами и в Большереченске, без всякого столичного вмешательства.

     Те большереченцы, которые и свои деньги дали, и чужие деньги собрали на устройство  большереченского движа (кинематографа), обратились сначала за помощью к сообществу писателей Большереченска: "С чего начать съёмки?".

     Живущие в Большереченске писатели оказались и скромнягами, и патриотами: для первых экранизаций стали предлагать не свои произведения, а произведения таких большереченцев, как Гордун Светлеевич Пришибоков, Жар Лезвиевич Доказалов, Указ Гладкович Напоминалин. Данные большереченские писатели уже завершили свой земной, телесный, физический путь.

     Собравшие деньги на устройство большереченского движа заглянули в предлагаемые местными писателями для экранизации произведения и Пришибокова, и Доказалова и Напоминалина. И ничего достойного, чтобы именно с этих произведений начать большереченский кинематограф, то есть движ, предприниматели в этих произведениях не нашли. И тут появился местный дикий сочинитель Пыл Юнгович Раскрываев с уже готовым сценарием.

     Сценарий Пыла Раскрываева назывался так: "Со'мбро. Или пляшущие скворечники".  Сценарий был сделан Раскрываемым по произведению Владислава Крапивина "Лужайки, где пляшут скворечники".

     Местные живые писатели были возмущены отсутствием в сценарии Раскрываева большереченского патриотизма, а большереченцам, давшим и собравшим деньги на устройство местного движа, сценарий понравился.

     И вот в движзреле (кинотеатре) "Сладкий лимон", при торгово-развлекательном комплексе "Распродун" города Большереченска, идёт премьерный показ сжатого (компактного) движполотна "Сомбро. Или пляшущие скворечники...".

     "Пролог. По весенней степи бегут радостные скворечники на высоких куриных ногах. Над ними летит странная авиационная конструкция, в которой больше, чем солидной аэродинамики, белого полотна, то есть ткани, и деревянных реек. В самолёте этой примитивной, но всё-таки летающей конструкции с двигателем, сидят трое: пилот Максим, лет четырнадцати, Кей Назаров, того же возраста, что и Максим, и двадцатидвухлетний Артём.

     Голос за кадром
     Сидя в данном, неизвестно как летающем примитивном аэроплане, Артём думал о том, какая всё-таки большая ответственность лежит на этих таинственных сомбро,  в длинных чёрных кожаных плащах и такого же, то есть чёрного цвета, шляпах с широкими полями: внимательно, ничего серьёзного не упуская из вида, приглядывать за такими беспокойными Безлюдными Пространствами, которые на самом деле являются Многообещающими. Лично Артём бы так и назвал их, данные пространства: Эмпэкабэ, Многообещающими Пространствами, Кажущимися Безлюдными.

     Артём
     (сидящему впереди пилоту)
    Извините за любопытство, вас не Максимом зовут?.

     Пилот Максим
     Да, моё имя - Максим. Максим Шмель.

     Артём
     Ещё раз простите, но меня просто разрывает изнутри моё любопытство историка. Там, откуда вы прилетели, может быть, пребывает в живых ваш друг, король Большого Хельта, Денис Первый?

     Кей Назаров
     (толкая в бок локтем Артёма)
     Ты что, Артём, с дуба рухнул? Нельзя такие вопросы задавать!

     Артём
     Что? Такие вопросы задавать, - сомбро запрещают?

     Пилот Максим
     Не волнуйся, Кей. Последовательный ход Пространств нарушают не плохие вопросы, а отвратительные ответы на них. Я прекрасно знаю, на что можно отвечать, а на что, - ни в коем случае отвечать нельзя! А вы, Артём, настоящий молодец, потому что обезвредили мину на дороге автобуса с девчонками и мальчишками".

    - Хороший пролог, Пыл Юнгович, - шепнул в левое ухо сценаристу Раскрываеву один из большереченцев, который дал деньги на большереченский движ. - Я почти уже прослезился.

      А в это время на экране действие продолжалось:

     "Натура. Парадный вход во дворец Великого Герцога Большого Хельта. Через раскрытую дверь на ступени парадного входа выбегает, в белом мундире с орденами и красной лентой через плечо, в белых брюках с золотыми лампасами и в начищенных до ослепительного блеска ботинках, с длинноствольным револьвером в руке, Великий Герцог Евгений.

     Голос Герцога Евгения
     Я не боюсь пуль этих злобных мятежников. Жалею об одном: не добился от Совета Монархов провозглашения меня Королём Большого Хельта. Верю, что первым королём Большого Хельта станет мой сын Денис. Лишь бы мои чёрные кирасиры, - люди, крепко и честно верные своему долгу, справились бы со своей наитруднейшей задачей!

     Несколько пуль мятежников попадают в герцога Евгения, он падает на камень парадного входа в свой дворец, на его белом мундире видны красные пятна крови, которые постепенно сливаются в одно большое кровавое пятно".

     - Красиво! - на этот раз не в левое, а в правое ухо сценаристу Пылу  Раскрываеву прошептал другой влиятельный большереченец.

     "Натура. Канат, натянутый над пропастью в горах. По канату перебираются, на сторону чёрных кирасир, двое мятежников, так называемых "горных духов". Суб-корнет Максим Шмель своей небольшой саблей пытается перерубить канат с мятежниками. Вокруг суб-корнета свистят пули".

     "Интерьер личных покоев юного короля Большого Хельта Дениса Первого. Кроме самого короля в покоях находится бывший гимназист и действующий суб-корнет чёрных кирасир Максим Шмель. У короля Дениса под левым глазом, - заметная родинка. У  Максима там родинки нет, но они очень, просто как близнецы, похожи друг на друга.

     Денис Первый
     Значит, командир моих верных чёрных кирасиров, полковник Глант,  не погиб от пули, а умер от сердечного приступа? Это ничуть не уменьшает значения его подвига во славу и во имя величия нашего горячо любимого Большого Хельта!

     Максим Шмель
     Не уменьшает. Ничуть. Ведь такая ответственность - это же огромная тяжесть на сердце.

     Денис Первый
     А ты, Максим, тоже - большой молодец. Устроить переправу через реку, в соседний Малый Хельт, моим верным чёрным кирасирам, с помощью рискованного полёта на воздушном змее! Как тебе удалось уговорить моих кирасиров, взрослых  и серьёзных людей,  на то, чтобы они согласились с этой своей безумной затеей?

     Максим Шмель
     Я убедил их, что умею уменьшать свой вес и соврал им, что это не первый мой полёт на воздушном змее.

     Денис Первый
     Так это был ещё и твой первый полёт?

     Максим Шмель
     Да, первый. Но я очень хочу стать лётчиком. Я уже поступил в частную лётную школу. И мне хорошо живётся в доме у славного капрала в запасе, у чёрного кирасира Филиппа Дзыги!

     Денис Первый
     Жаль. Мне так нравится беседовать и играть с тобой. Но будь по-твоему: становись лётчиком, а не паркетным придворным!" .

     - Трогательно! - в один голос прошептали сидящие и слева, и справа от сценариста Пыла Юнговича Раскрываева влиятельные большереченцы.

     "Нат. Берег довольно широкой речки в степи. Видна, в глубине кадра,  автомобильная дорога. Взрыватель, летящий в воду речушки. Артём бросает туда же и саму мину, старясь, чтобы взрыватели и мина в воде никогда бы больше не встретились. Артём не замечает, что к нему, с его спины, подходит человек с лицом в саже и камуфлированной костюме.

      Человек с лицом в саже
      Ну вот мы и опять встретились, очкарик Артёмка! А ты думал, что этого уже не случится никогда? И это после того, как ты шарахнул из гранатомёта по скальному козырьку, под которым находились трое, включая и меня, твоих боевых товарищей?!

      Артём
      Те, которые хотели зверски расправиться с двумя местным пацанами, мне, - не товарищи!

     Человек с лицом в саже
     Да, не дал ты тем пацанам приятно развлечься, - прокатиться сверху вниз по проволоке, через них пропущенной. Ну теперь держись: расплата пришла, за срыв развлекательного меропрития. Сначала я прострелю тебе колено.

     Человек с лицом в саже направляет на ногу Артёма неизвестно откуда взявшийся пистолет с глушителем. Артём резко пригибается к земле, хватает с неё камень, резко разгибается и бросает камень, - точно в голову Человека с лицом в саже. Тот падает".

     "Нат. На крылечке небольшого домика в одном из Многообещающих Пространств, Кажущихся Безлюдными стоит Нитка (Анита) Назарова. Она видит как легкомоторный самолёт Максима Шмеля садится, немного пробегает по земле, останавливается. Из остановившегося самолёта выбегают Артём и младший брат Нитки Кей, Иннокентий. Самолёт Максима делает разбег, взлетает и скоро исчезает в облаках.

     Голос Кея (Иннокентия)
     (глядя, как Артём подбегает к Нитке и обнимает её)
     Ну вот и Нитка вернулась, хотя и не верила в добрые намерения со'мбро. А они, сомбро, вон как хорошо всё устроили. Или это устроили не они, а сами Многообещающие Пространства, только Кажущиеся Безлюдными?  Какая разница? Главное, что я буду помогать Тёме и сестре Нитке растить мою племянницу".

      - Ну, что Вам сказать, господин большереченский сценарист Пыл Юнгович Раскрываев? Движлента по произведению Владислава Крапивина, у нас у всех, - удалась. Воспитательная лента получилась, о мальчишеской верности, чести, любви и дружбе! - сказал Раскрываеву влиятельный большереченец.

      -  И хорошо, что лента, - не длинная. Не хотите попробовать и вторую ленту по произведению того же автора снять? - спросил Пыла Раскрываева богатый большереченец.

      - Хочу. Уже и второе произведение Владислава Крапивина подобрал: повесть "Гуси-гуси, га-га-га...".

     Вот так стремительно стал развиваться движ, то есть кинематограф, в городе Большереченске.

     P.S. Автор предупреждает читателей и читательниц: так легко движ, извините, кинематограф, делается только в Большереченске, но этот город является не действительным, а полностью вымышленным.